G(8344) mutation as the only manifestation of disease in a carrier of myoclonus epilepsy and ragged-red fibers (MERRF) syndrome. Am J Hum Genet. 1993r;52(3):551–6. PMID: 8447321","Мазунин И.О., Володько Н.В., Стариковская Е.Б., Сукерник Р.И. Митохондриальный геном и митохондриальные заболевания человека. Молекулярная биология. 2010;44(5):755–72.","Celentano V., Esposito E., Perrotta S., Giglio M.C., Tarquini R., Luglio G., et al. Madelung disease: report of a case and review of the literature. Acta Chir Belg. 2014;114(6):417–20. PMID: 26021689","Lemaitre M., Chevalier B., Jannin A., Bourry J., Espiard S., Vantyghem M.C. Multiple symmetric and multiple familial lipomatosis. Presse Med. 2021;50(3):104077. DOI: 10.1016/j.lpm.2021.104077","Вецмадян Е.А., Труфанов Г.Е., Рязанов В.В., Мостовая О.Т., Новиков К.В., Карайванов Н.С. Ультразвуковая диагностика липом мягких тканей с использованием методик цветного допплеровского картирования и эластографии. Вестник Российской Военно-медицинской академии. 2012;2(38):43–50.","Богов А.А., Андреев П.С., Филиппов В.Л., Топыркин В.Г. Оперативное лечение болезни Маделунга. Практическая медицина. 2018;16(7-1):90–3.","Уракова Е.В., Нестеров О.В., Ильина Р.Ю., Лексин Р.В. Хирургическая тактика при рецидивирующем липоматозе (болезни Маделунга). Клинический случай. Практическая медицина. 2022;20(6):131–3.","Егай А.А., Тентимишев А.Э., Норматов Р.М., Тян А.С. Хирургическое лечение множественного симметричного липоматоза (болезнь Маделунга), осложненного сдавлением яремных вен с обеих сторон. Преимущества липэктомии перед липосакцией. Научное обозрение. Медицинские науки. 2022;1:5– 10. DOI: 10.17513/srms.1225","Тимербулатов М.В., Шорнина А.С., Лихтер Р.А., Каипов А.Э. Оценка липосакции в структуре абдоминопластики и сочетанной герниоабдоминопластики. Креативная хирургия и онкология. 2023;13(4):278–83. DOI: 10.24060/2076-3093-2023-13-4-278-283","Dang Y., Du X., Ou X., Zheng Q., Xie F. Advances in diagnosis and treatment of Madelung’s deformity. Am J Transl Res. 2023;15(7):4416–24.","Leti Acciaro A, Garagnani L, Lando M, Lana D, Sartini S, Adani R. Modified dome osteotomy and anterior locking plate fixation for distal radius variant of Madelung deformity: a retrospective study. J Plast Surg Hand Surg. 2022;56(2):121–6. DOI: 10.1080/2000656X.2021.1934845","Liu Q., Lyu H., Xu B., Lee J.H. Madelung disease epidemiology and clinical characteristics: a systemic review. Aesthetic Plast Surg. 2021;45(3):977–86. DOI: 10.1007/s00266-020-02083-5","Sia K.J., Tang I.P., Tan T.Y. Multiple symmetrical lipomatosis: case report and literature review. J Laryngol Otol. 2012;126(7):756–8. DOI: 10.1017/S0022215112000709","Kratz C., Lenard H.G., Ruzicka T., Gärtner J. Multiple symmetric lipomatosis: an unusual cause of childhood obesity and mental retardation. Eur J Paediatr Neurol. 2000;4(2):63–7. DOI: 10.1053/ejpn.2000.0264","Nounla J., Rolle U., Gräfe G., Kräling K. Benign symmetric lipomatosis with myelomeningocele in an adolescent: An uncommon association-case report. J Pediatr Surg. 2001;36(7):E13. DOI: 10.1053/jpsu.2001.24776","Madelung O.W. Über den Fetthals (diffuses Lipom des Halses). Arch Klin Chir. 1888;37:106-30.","Lanois P.E., Bensaude R. De ladeno-lipomatosesymetrique. Bull Mem Soc Med Hosp. 1898;1:298.","El Ouahabi H., Doubi S., Lahlou K., Boujraf S., Ajdi F. Launois-bensaude syndrome: A benign symmetric lipomatosis without alcohol association. Ann Afr Med. 2017;16(1):33–4. DOI: 10.4103/1596-3519.202082","Chen C.Y., Fang Q.Q., Wang X.F., Zhang M.X., Zhao W.Y., Shi B.H., et al. Madelung’s disease: lipectomy or liposuction? Biomed Res Int. 2018;3975974. DOI: 10.1155/2018/3975974","Coker J.E., Bryan J.A. Endocrine and metabolic disorders: Causes and pathogenesis of obesity. J. Fam. Pract. 2008;4:21–6.","González-García R., Rodríguez-Campo F.J., Sastre-Pérez J., Muñoz-Guerra M.F. Benign symmetric lipomatosis (Madelung’s disease): case reports and current management. Aesthetic Plast Surg. 2004;28(2):108– 12; discussion 113. DOI: 10.1007/s00266-004-3123-5","Holme E., Larsson N.G., Oldfors A., Tulinius M., Sahlin P., Stenman G. Multiple symmetric lipomas with high levels of mtDNA with the tRNA(Lys) A-->G(8344) mutation as the only manifestation of disease in a carrier of myoclonus epilepsy and ragged-red fibers (MERRF) syndrome. Am J Hum Genet. 1993r;52(3):551–6. PMID: 8447321","Мазунин И.О., Володько Н.В., Стариковская Е.Б., Сукерник Р.И. Митохондриальный геном и митохондриальные заболевания человека. Молекулярная биология. 2010;44(5):755–72.","Celentano V., Esposito E., Perrotta S., Giglio M.C., Tarquini R., Luglio G., et al. Madelung disease: report of a case and review of the literature. Acta Chir Belg. 2014;114(6):417–20. PMID: 26021689","Lemaitre M., Chevalier B., Jannin A., Bourry J., Espiard S., Vantyghem M.C. Multiple symmetric and multiple familial lipomatosis. Presse Med. 2021;50(3):104077. DOI: 10.1016/j.lpm.2021.104077","Вецмадян Е.А., Труфанов Г.Е., Рязанов В.В., Мостовая О.Т., Новиков К.В., Карайванов Н.С. Ультразвуковая диагностика липом мягких тканей с использованием методик цветного допплеровского картирования и эластографии. Вестник Российской Военно-медицинской академии. 2012;2(38):43–50.","Богов А.А., Андреев П.С., Филиппов В.Л., Топыркин В.Г. Оперативное лечение болезни Маделунга. Практическая медицина. 2018;16(7-1):90–3.","Уракова Е.В., Нестеров О.В., Ильина Р.Ю., Лексин Р.В. Хирургическая тактика при рецидивирующем липоматозе (болезни Маделунга). Клинический случай. Практическая медицина. 2022;20(6):131–3.","Егай А.А., Тентимишев А.Э., Норматов Р.М., Тян А.С. Хирургическое лечение множественного симметричного липоматоза (болезнь Маделунга), осложненного сдавлением яремных вен с обеих сторон. Преимущества липэктомии перед липосакцией. Научное обозрение. Медицинские науки. 2022;1:5– 10. DOI: 10.17513/srms.1225","Тимербулатов М.В., Шорнина А.С., Лихтер Р.А., Каипов А.Э. Оценка липосакции в структуре абдоминопластики и сочетанной герниоабдоминопластики. Креативная хирургия и онкология. 2023;13(4):278–83. DOI: 10.24060/2076-3093-2023-13-4-278-283","Dang Y., Du X., Ou X., Zheng Q., Xie F. Advances in diagnosis and treatment of Madelung’s deformity. Am J Transl Res. 2023;15(7):4416–24.","Leti Acciaro A, Garagnani L, Lando M, Lana D, Sartini S, Adani R. Modified dome osteotomy and anterior locking plate fixation for distal radius variant of Madelung deformity: a retrospective study. J Plast Surg Hand Surg. 2022;56(2):121–6. DOI: 10.1080/2000656X.2021.1934845"],"dc.citation.ru":["Liu Q., Lyu H., Xu B., Lee J.H. Madelung disease epidemiology and clinical characteristics: a systemic review. Aesthetic Plast Surg. 2021;45(3):977–86. DOI: 10.1007/s00266-020-02083-5","Sia K.J., Tang I.P., Tan T.Y. Multiple symmetrical lipomatosis: case report and literature review. J Laryngol Otol. 2012;126(7):756–8. DOI: 10.1017/S0022215112000709","Kratz C., Lenard H.G., Ruzicka T., Gärtner J. Multiple symmetric lipomatosis: an unusual cause of childhood obesity and mental retardation. Eur J Paediatr Neurol. 2000;4(2):63–7. DOI: 10.1053/ejpn.2000.0264","Nounla J., Rolle U., Gräfe G., Kräling K. Benign symmetric lipomatosis with myelomeningocele in an adolescent: An uncommon association-case report. J Pediatr Surg. 2001;36(7):E13. DOI: 10.1053/jpsu.2001.24776","Madelung O.W. Über den Fetthals (diffuses Lipom des Halses). Arch Klin Chir. 1888;37:106-30.","Lanois P.E., Bensaude R. De ladeno-lipomatosesymetrique. Bull Mem Soc Med Hosp. 1898;1:298.","El Ouahabi H., Doubi S., Lahlou K., Boujraf S., Ajdi F. Launois-bensaude syndrome: A benign symmetric lipomatosis without alcohol association. Ann Afr Med. 2017;16(1):33–4. DOI: 10.4103/1596-3519.202082","Chen C.Y., Fang Q.Q., Wang X.F., Zhang M.X., Zhao W.Y., Shi B.H., et al. Madelung’s disease: lipectomy or liposuction? Biomed Res Int. 2018;3975974. DOI: 10.1155/2018/3975974","Coker J.E., Bryan J.A. Endocrine and metabolic disorders: Causes and pathogenesis of obesity. J. Fam. Pract. 2008;4:21–6.","González-García R., Rodríguez-Campo F.J., Sastre-Pérez J., Muñoz-Guerra M.F. Benign symmetric lipomatosis (Madelung’s disease): case reports and current management. Aesthetic Plast Surg. 2004;28(2):108– 12; discussion 113. DOI: 10.1007/s00266-004-3123-5","Holme E., Larsson N.G., Oldfors A., Tulinius M., Sahlin P., Stenman G. Multiple symmetric lipomas with high levels of mtDNA with the tRNA(Lys) A-->G(8344) mutation as the only manifestation of disease in a carrier of myoclonus epilepsy and ragged-red fibers (MERRF) syndrome. Am J Hum Genet. 1993r;52(3):551–6. PMID: 8447321","Мазунин И.О., Володько Н.В., Стариковская Е.Б., Сукерник Р.И. Митохондриальный геном и митохондриальные заболевания человека. Молекулярная биология. 2010;44(5):755–72.","Celentano V., Esposito E., Perrotta S., Giglio M.C., Tarquini R., Luglio G., et al. Madelung disease: report of a case and review of the literature. Acta Chir Belg. 2014;114(6):417–20. PMID: 26021689","Lemaitre M., Chevalier B., Jannin A., Bourry J., Espiard S., Vantyghem M.C. Multiple symmetric and multiple familial lipomatosis. Presse Med. 2021;50(3):104077. DOI: 10.1016/j.lpm.2021.104077","Вецмадян Е.А., Труфанов Г.Е., Рязанов В.В., Мостовая О.Т., Новиков К.В., Карайванов Н.С. Ультразвуковая диагностика липом мягких тканей с использованием методик цветного допплеровского картирования и эластографии. Вестник Российской Военно-медицинской академии. 2012;2(38):43–50.","Богов А.А., Андреев П.С., Филиппов В.Л., Топыркин В.Г. Оперативное лечение болезни Маделунга. Практическая медицина. 2018;16(7-1):90–3.","Уракова Е.В., Нестеров О.В., Ильина Р.Ю., Лексин Р.В. Хирургическая тактика при рецидивирующем липоматозе (болезни Маделунга). Клинический случай. Практическая медицина. 2022;20(6):131–3.","Егай А.А., Тентимишев А.Э., Норматов Р.М., Тян А.С. Хирургическое лечение множественного симметричного липоматоза (болезнь Маделунга), осложненного сдавлением яремных вен с обеих сторон. Преимущества липэктомии перед липосакцией. Научное обозрение. Медицинские науки. 2022;1:5– 10. DOI: 10.17513/srms.1225","Тимербулатов М.В., Шорнина А.С., Лихтер Р.А., Каипов А.Э. Оценка липосакции в структуре абдоминопластики и сочетанной герниоабдоминопластики. Креативная хирургия и онкология. 2023;13(4):278–83. DOI: 10.24060/2076-3093-2023-13-4-278-283","Dang Y., Du X., Ou X., Zheng Q., Xie F. Advances in diagnosis and treatment of Madelung’s deformity. Am J Transl Res. 2023;15(7):4416–24.","Leti Acciaro A, Garagnani L, Lando M, Lana D, Sartini S, Adani R. Modified dome osteotomy and anterior locking plate fixation for distal radius variant of Madelung deformity: a retrospective study. J Plast Surg Hand Surg. 2022;56(2):121–6. DOI: 10.1080/2000656X.2021.1934845"],"dc.citation.en":["Liu Q., Lyu H., Xu B., Lee J.H. Madelung disease epidemiology and clinical characteristics: a systemic review. Aesthetic Plast Surg. 2021;45(3):977–86. DOI: 10.1007/s00266-020-02083-5","Sia K.J., Tang I.P., Tan T.Y. Multiple symmetrical lipomatosis: case report and literature review. J Laryngol Otol. 2012;126(7):756–8. DOI: 10.1017/S0022215112000709","Kratz C., Lenard H.G., Ruzicka T., Gärtner J. Multiple symmetric lipomatosis: an unusual cause of childhood obesity and mental retardation. Eur J Paediatr Neurol. 2000;4(2):63–7. DOI: 10.1053/ejpn.2000.0264","Nounla J., Rolle U., Gräfe G., Kräling K. Benign symmetric lipomatosis with myelomeningocele in an adolescent: An uncommon association-case report. J Pediatr Surg. 2001;36(7):E13. DOI: 10.1053/jpsu.2001.24776","Madelung O.W. Über den Fetthals (diffuses Lipom des Halses). Arch Klin Chir. 1888;37:106-30.","Lanois P.E., Bensaude R. De ladeno-lipomatosesymetrique. Bull Mem Soc Med Hosp. 1898;1:298.","El Ouahabi H., Doubi S., Lahlou K., Boujraf S., Ajdi F. Launois-bensaude syndrome: A benign symmetric lipomatosis without alcohol association. Ann Afr Med. 2017;16(1):33–4. DOI: 10.4103/1596-3519.202082","Chen C.Y., Fang Q.Q., Wang X.F., Zhang M.X., Zhao W.Y., Shi B.H., et al. Madelung’s disease: lipectomy or liposuction? Biomed Res Int. 2018;3975974. DOI: 10.1155/2018/3975974","Coker J.E., Bryan J.A. Endocrine and metabolic disorders: Causes and pathogenesis of obesity. J. Fam. Pract. 2008;4:21–6.","González-García R., Rodríguez-Campo F.J., Sastre-Pérez J., Muñoz-Guerra M.F. Benign symmetric lipomatosis (Madelung’s disease): case reports and current management. Aesthetic Plast Surg. 2004;28(2):108– 12; discussion 113. DOI: 10.1007/s00266-004-3123-5","Holme E., Larsson N.G., Oldfors A., Tulinius M., Sahlin P., Stenman G. Multiple symmetric lipomas with high levels of mtDNA with the tRNA(Lys) A-->G(8344) mutation as the only manifestation of disease in a carrier of myoclonus epilepsy and ragged-red fibers (MERRF) syndrome. Am J Hum Genet. 1993r;52(3):551–6. PMID: 8447321","Мазунин И.О., Володько Н.В., Стариковская Е.Б., Сукерник Р.И. Митохондриальный геном и митохондриальные заболевания человека. Молекулярная биология. 2010;44(5):755–72.","Celentano V., Esposito E., Perrotta S., Giglio M.C., Tarquini R., Luglio G., et al. Madelung disease: report of a case and review of the literature. Acta Chir Belg. 2014;114(6):417–20. PMID: 26021689","Lemaitre M., Chevalier B., Jannin A., Bourry J., Espiard S., Vantyghem M.C. Multiple symmetric and multiple familial lipomatosis. Presse Med. 2021;50(3):104077. DOI: 10.1016/j.lpm.2021.104077","Вецмадян Е.А., Труфанов Г.Е., Рязанов В.В., Мостовая О.Т., Новиков К.В., Карайванов Н.С. Ультразвуковая диагностика липом мягких тканей с использованием методик цветного допплеровского картирования и эластографии. Вестник Российской Военно-медицинской академии. 2012;2(38):43–50.","Богов А.А., Андреев П.С., Филиппов В.Л., Топыркин В.Г. Оперативное лечение болезни Маделунга. Практическая медицина. 2018;16(7-1):90–3.","Уракова Е.В., Нестеров О.В., Ильина Р.Ю., Лексин Р.В. Хирургическая тактика при рецидивирующем липоматозе (болезни Маделунга). Клинический случай. Практическая медицина. 2022;20(6):131–3.","Егай А.А., Тентимишев А.Э., Норматов Р.М., Тян А.С. Хирургическое лечение множественного симметричного липоматоза (болезнь Маделунга), осложненного сдавлением яремных вен с обеих сторон. Преимущества липэктомии перед липосакцией. Научное обозрение. Медицинские науки. 2022;1:5– 10. DOI: 10.17513/srms.1225","Тимербулатов М.В., Шорнина А.С., Лихтер Р.А., Каипов А.Э. Оценка липосакции в структуре абдоминопластики и сочетанной герниоабдоминопластики. Креативная хирургия и онкология. 2023;13(4):278–83. DOI: 10.24060/2076-3093-2023-13-4-278-283","Dang Y., Du X., Ou X., Zheng Q., Xie F. Advances in diagnosis and treatment of Madelung’s deformity. Am J Transl Res. 2023;15(7):4416–24.","Leti Acciaro A, Garagnani L, Lando M, Lana D, Sartini S, Adani R. Modified dome osteotomy and anterior locking plate fixation for distal radius variant of Madelung deformity: a retrospective study. J Plast Surg Hand Surg. 2022;56(2):121–6. DOI: 10.1080/2000656X.2021.1934845"],"dc.identifier.uri":["http://hdl.handle.net/123456789/8932"],"dc.date.accessioned_dt":"2025-07-09T13:59:02Z","dc.date.accessioned":["2025-07-09T13:59:02Z"],"dc.date.available":["2025-07-09T13:59:02Z"],"publication_grp":["123456789/8932"],"bi_4_dis_filter":["madelung’s disease\n|||\nMadelung’s disease","lipectomy\n|||\nlipectomy","диффузный симметричный липоматоз\n|||\nдиффузный симметричный липоматоз","шеи новообразования\n|||\nшеи новообразования","липэктомия\n|||\nлипэктомия","diffuse symmetric lipomatosis\n|||\ndiffuse symmetric lipomatosis","adipose tissue proliferation\n|||\nadipose tissue proliferation","жировой ткани разрастание\n|||\nжировой ткани разрастание","болезнь маделунга\n|||\nболезнь Маделунга","neck neoplasms\n|||\nneck neoplasms"],"bi_4_dis_partial":["липэктомия","Madelung’s disease","diffuse symmetric lipomatosis","neck neoplasms","болезнь Маделунга","adipose tissue proliferation","шеи новообразования","lipectomy","диффузный симметричный липоматоз","жировой ткани разрастание"],"bi_4_dis_value_filter":["липэктомия","Madelung’s disease","diffuse symmetric lipomatosis","neck neoplasms","болезнь Маделунга","adipose tissue proliferation","шеи новообразования","lipectomy","диффузный симметричный липоматоз","жировой ткани разрастание"],"bi_sort_1_sort":"systemic benign lipomatosis (madelung’s disease): experience of surgical treatment. clinical case","bi_sort_3_sort":"2025-07-09T13:59:02Z","read":["g0"],"_version_":1837178072511545344},{"SolrIndexer.lastIndexed":"2025-07-09T13:58:52.762Z","search.uniqueid":"2-8021","search.resourcetype":2,"search.resourceid":8021,"handle":"123456789/8910","location":["m195","l687"],"location.comm":["195"],"location.coll":["687"],"withdrawn":"false","discoverable":"true","dc.doi":["10.24060/2076-3093-2025-15-1-12-18"],"dc.abstract":["

Introduction. The incidence of anemia in colorectal cancer patients reaches 30–67% depending on the stage and location of the tumor; the presence of anemia adversely affects the short-term and long-term results of radical treatment. One possible way of anemia correction is to parenterally administer iron preparations, specifically ferric carboxymaltose (III), prior to cancer treatment.

Materials and methods. The efficacy of anemia correction through intravenous administration of ferric carboxymaltose (III) in prehospital care was retrospectively evaluated in Stage II–III colon cancer patients who were treated at the Oncology Center No. 1 of the S.S. Yudin City Clinical Hospital (Moscow) from June 2022 to February 2023. The study group included 103 patients who underwent primary tumor removal (Group 1) and 61 patients who received chemotherapy (Group 2). The mean hemoglobin level prior to correction with parenterally administered iron preparations amounted to 92.12 ± 10.75 g/L in both groups. Mild anemia was observed in 58% of patients; moderate, in 39% of patients; severe, in 3% of patients. The average amount of ferric carboxymaltose (III) received by each patient in both groups was 982.58 ± 102.93 mg. The hemoglobin and iron levels were, on average, monitored on day 14 in both groups.

Results. In the entire sample, the hemoglobin and iron levels, on average, increased to 113.7 ± 11.0 g/L (p < 0.0001) and 20.3 ± 9.1 µmol/L (p < 0.0001), respectively. On average, the hemoglobin level increased by 21 ± 11.5 g/L (p = 0.01086), and the iron level rose by 15.7 ± 9.4 µmol/L (p = 0.038). Following correction, no severe anemia was observed; moderate and mild anemia was noted in 2% and 80% of patients, respectively; 18% of patients had no anemia (p < 0.0001).

Discussion. The correction of anemia through intravenous administration of ferric carboxymaltose (III) to colorectal cancer patients at the outpatient stage was found to be safe and efficacious.

Conclusion. The administration of ferric carboxymaltose (III) to colorectal cancer patients with iron deficiency anemia 14 days prior to the cancer treatment enabled a statistically significant increase in hemoglobin levels and a drastic reduction in the number of patients with moderate and severe anemia.

","

Введение. Частота развития анемии при колоректальном раке достигает 30–67 % в зависимости от стадии и локализации опухоли, а ее наличие ухудшает непосредственные и отдаленные результаты радикального лечения. Один из возможных путей коррекции — применение препаратов железа, в частности железа карбоксимальтозата (III), парентерально до начала специального противоопухолевого лечения.

Материалы и методы. Ретроспективно проведена оценка эффективности коррекции анемии путем внутривенного введения препарата железа карбоксимальтозата (III) на догоспитальном этапе у пациентов с II–III стадиями рака толстой кишки, проходивших лечение на базе «Онкологического центра № 1 ГКБ им. С. C. Юдина ДЗМ города Москвы» с июня 2022 по февраль 2023 года. В группу исследования вошли 103 пациента, которым проводилось хирургическое лечение по поводу первичной опухоли (группа 1), и 61 пациент, получавший лекарственную противоопухолевую терапию (группа 2). Средний уровень гемоглобина в крови до коррекции парентеральными препаратами железа в обеих группах составил 92,12 ± 10,75 г/л. Тяжелая степень анемии отмечена у 3 % пациентов, средняя — у 39 %, легкая у 58 %. Среднее количество препарата, полученного каждым пациентом, составило в обеих группах 982,58 ± 102,93 мг. Контроль уровня гемоглобина крови и железа крови в среднем проводился на 14-е сутки.

Результаты. Во всей выборке уровень гемоглобина крови в среднем увеличился до 113,7 ± 11,0 г/л (p < 0,0001), железа крови до 20,3 ± 9,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня гемоглобина составил 21 ± 11,5 г/л (р = 0,01086). Средний прирост уровня железа достиг 15,7 ± 9,4 мкмоль/л (p = 0,038). После коррекции анемия тяжелой степени отсутствовала, средняя степень отмечена у 2 %, легкая — у 80 %, у 18 % больных анемии не было (p < 0,0001).

Обсуждение. В результате исследования установлено: коррекция анемии внутривенным введением железа карбоксимальтозата (III) на амбулаторном этапе у пациентов с колоректальным раком безопасна и эффективна.

Заключение. Применение железа карбоксимальтозата (III) за 14 дней до начала противоопухолевого лечения у пациентов, страдающих железодефицитной анемией на фоне колоректального рака, позволило добиться статистически значимого повышения уровня гемоглобина и резкого снижения числа пациентов с анемией средней и тяжелой степени.

"],"dc.abstract.en":["

Introduction. The incidence of anemia in colorectal cancer patients reaches 30–67% depending on the stage and location of the tumor; the presence of anemia adversely affects the short-term and long-term results of radical treatment. One possible way of anemia correction is to parenterally administer iron preparations, specifically ferric carboxymaltose (III), prior to cancer treatment.

Materials and methods. The efficacy of anemia correction through intravenous administration of ferric carboxymaltose (III) in prehospital care was retrospectively evaluated in Stage II–III colon cancer patients who were treated at the Oncology Center No. 1 of the S.S. Yudin City Clinical Hospital (Moscow) from June 2022 to February 2023. The study group included 103 patients who underwent primary tumor removal (Group 1) and 61 patients who received chemotherapy (Group 2). The mean hemoglobin level prior to correction with parenterally administered iron preparations amounted to 92.12 ± 10.75 g/L in both groups. Mild anemia was observed in 58% of patients; moderate, in 39% of patients; severe, in 3% of patients. The average amount of ferric carboxymaltose (III) received by each patient in both groups was 982.58 ± 102.93 mg. The hemoglobin and iron levels were, on average, monitored on day 14 in both groups.

Results. In the entire sample, the hemoglobin and iron levels, on average, increased to 113.7 ± 11.0 g/L (p < 0.0001) and 20.3 ± 9.1 µmol/L (p < 0.0001), respectively. On average, the hemoglobin level increased by 21 ± 11.5 g/L (p = 0.01086), and the iron level rose by 15.7 ± 9.4 µmol/L (p = 0.038). Following correction, no severe anemia was observed; moderate and mild anemia was noted in 2% and 80% of patients, respectively; 18% of patients had no anemia (p < 0.0001).

Discussion. The correction of anemia through intravenous administration of ferric carboxymaltose (III) to colorectal cancer patients at the outpatient stage was found to be safe and efficacious.

Conclusion. The administration of ferric carboxymaltose (III) to colorectal cancer patients with iron deficiency anemia 14 days prior to the cancer treatment enabled a statistically significant increase in hemoglobin levels and a drastic reduction in the number of patients with moderate and severe anemia.

"],"subject":["colorectal cancer","iron deficiency anemia","correction of anemia","cancer treatment","iron compounds","blood transfusion","колоректальный рак","железодефицитная анемия","коррекция анемии","противоопухолевое лечение","соединения железа","переливание крови"],"subject_keyword":["colorectal cancer","colorectal cancer","iron deficiency anemia","iron deficiency anemia","correction of anemia","correction of anemia","cancer treatment","cancer treatment","iron compounds","iron compounds","blood transfusion","blood transfusion","колоректальный рак","колоректальный рак","железодефицитная анемия","железодефицитная анемия","коррекция анемии","коррекция анемии","противоопухолевое лечение","противоопухолевое лечение","соединения железа","соединения железа","переливание крови","переливание крови"],"subject_ac":["colorectal cancer\n|||\ncolorectal cancer","iron deficiency anemia\n|||\niron deficiency anemia","correction of anemia\n|||\ncorrection of anemia","cancer treatment\n|||\ncancer treatment","iron compounds\n|||\niron compounds","blood transfusion\n|||\nblood transfusion","колоректальный рак\n|||\nколоректальный рак","железодефицитная анемия\n|||\nжелезодефицитная анемия","коррекция анемии\n|||\nкоррекция анемии","противоопухолевое лечение\n|||\nпротивоопухолевое лечение","соединения железа\n|||\nсоединения железа","переливание крови\n|||\nпереливание крови"],"subject_tax_0_filter":["colorectal cancer\n|||\ncolorectal cancer","iron deficiency anemia\n|||\niron deficiency anemia","correction of anemia\n|||\ncorrection of anemia","cancer treatment\n|||\ncancer treatment","iron compounds\n|||\niron compounds","blood transfusion\n|||\nblood transfusion","колоректальный рак\n|||\nколоректальный рак","железодефицитная анемия\n|||\nжелезодефицитная анемия","коррекция анемии\n|||\nкоррекция анемии","противоопухолевое лечение\n|||\nпротивоопухолевое лечение","соединения железа\n|||\nсоединения железа","переливание крови\n|||\nпереливание крови"],"subject_filter":["colorectal cancer\n|||\ncolorectal cancer","iron deficiency anemia\n|||\niron deficiency anemia","correction of anemia\n|||\ncorrection of anemia","cancer treatment\n|||\ncancer treatment","iron compounds\n|||\niron compounds","blood transfusion\n|||\nblood transfusion","колоректальный рак\n|||\nколоректальный рак","железодефицитная анемия\n|||\nжелезодефицитная анемия","коррекция анемии\n|||\nкоррекция анемии","противоопухолевое лечение\n|||\nпротивоопухолевое лечение","соединения железа\n|||\nсоединения железа","переливание крови\n|||\nпереливание крови"],"dc.subject_mlt":["colorectal cancer","iron deficiency anemia","correction of anemia","cancer treatment","iron compounds","blood transfusion","колоректальный рак","железодефицитная анемия","коррекция анемии","противоопухолевое лечение","соединения железа","переливание крови"],"dc.subject":["colorectal cancer","iron deficiency anemia","correction of anemia","cancer treatment","iron compounds","blood transfusion","колоректальный рак","железодефицитная анемия","коррекция анемии","противоопухолевое лечение","соединения железа","переливание крови"],"dc.subject.en":["colorectal cancer","iron deficiency anemia","correction of anemia","cancer treatment","iron compounds","blood transfusion"],"title":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"title_keyword":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"title_ac":["ferric carboxymaltose in the treatment of anemia in patients with locally advanced colon cancer\n|||\nFerric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки\n|||\nКарбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"dc.title_sort":"Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","dc.title_hl":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"dc.title_mlt":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"dc.title":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer","Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"dc.title_stored":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nen","Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nru"],"dc.title.en":["Ferric Carboxymaltose in the Treatment of Anemia in Patients with Locally Advanced Colon Cancer"],"dc.abstract.ru":["

Введение. Частота развития анемии при колоректальном раке достигает 30–67 % в зависимости от стадии и локализации опухоли, а ее наличие ухудшает непосредственные и отдаленные результаты радикального лечения. Один из возможных путей коррекции — применение препаратов железа, в частности железа карбоксимальтозата (III), парентерально до начала специального противоопухолевого лечения.

Материалы и методы. Ретроспективно проведена оценка эффективности коррекции анемии путем внутривенного введения препарата железа карбоксимальтозата (III) на догоспитальном этапе у пациентов с II–III стадиями рака толстой кишки, проходивших лечение на базе «Онкологического центра № 1 ГКБ им. С. C. Юдина ДЗМ города Москвы» с июня 2022 по февраль 2023 года. В группу исследования вошли 103 пациента, которым проводилось хирургическое лечение по поводу первичной опухоли (группа 1), и 61 пациент, получавший лекарственную противоопухолевую терапию (группа 2). Средний уровень гемоглобина в крови до коррекции парентеральными препаратами железа в обеих группах составил 92,12 ± 10,75 г/л. Тяжелая степень анемии отмечена у 3 % пациентов, средняя — у 39 %, легкая у 58 %. Среднее количество препарата, полученного каждым пациентом, составило в обеих группах 982,58 ± 102,93 мг. Контроль уровня гемоглобина крови и железа крови в среднем проводился на 14-е сутки.

Результаты. Во всей выборке уровень гемоглобина крови в среднем увеличился до 113,7 ± 11,0 г/л (p < 0,0001), железа крови до 20,3 ± 9,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня гемоглобина составил 21 ± 11,5 г/л (р = 0,01086). Средний прирост уровня железа достиг 15,7 ± 9,4 мкмоль/л (p = 0,038). После коррекции анемия тяжелой степени отсутствовала, средняя степень отмечена у 2 %, легкая — у 80 %, у 18 % больных анемии не было (p < 0,0001).

Обсуждение. В результате исследования установлено: коррекция анемии внутривенным введением железа карбоксимальтозата (III) на амбулаторном этапе у пациентов с колоректальным раком безопасна и эффективна.

Заключение. Применение железа карбоксимальтозата (III) за 14 дней до начала противоопухолевого лечения у пациентов, страдающих железодефицитной анемией на фоне колоректального рака, позволило добиться статистически значимого повышения уровня гемоглобина и резкого снижения числа пациентов с анемией средней и тяжелой степени.

"],"dc.fileName":["cover_article_1047_ru_RU.jpg"],"dc.fileName.ru":["cover_article_1047_ru_RU.jpg"],"dc.fullHTML":["

ВВЕДЕНИЕ

В 2022 г. в мире рак ободочной и прямой кишок был впервые выявлен более чем у 1 миллиона 850 тысяч человек, что соответствует третьей позиции в структуре онкологической заболеваемости. Колоректальный рак (КРР) приводит к более чем 500 тысячам смертей в мире ежегодно [1–3]. В России распространенность рака толстой кишки также растет, достигнув в 2023 году показателя в 172 выявленных случая на 100 тысяч населения при опухолях ободочной кишки и 128 случаев для прямой кишки [4]. КРР в нашей стране является второй наиболее частой причиной смерти с показателем в 13 случаев на 100 тысяч населения в год, уступая лишь раку легкого [5].

Одним из неблагоприятных факторов прогноза при раке толстой кишки является железодефицитная анемия (ЖДА), в частности периоперационная, которая встречается при этом заболевании c частотой от 30 % на этапе первичной диагностики до 77 % в процессе специального противоопухолевого лечения [6]. Предоперационная анемия способствует повышению риска гемотрансфузии и прямо влияет на снижение качества жизни и повышение числа послеоперационных осложнений, в том числе со стороны сердечно-сосудистой и дыхательной систем, а также повышает вероятность развития несостоятельности колоректального анастомоза (отношение шансов (ОШ) при многофакторном анализе 1,84, p = 0,07) и является неблагоприятным фактором в отношении общей и безрецидивной выживаемости (ОВ и БРВ) [7].

Распространенным и традиционным методом коррекции низкого уровня гемоглобина (ГБ) крови и восполнения объемной кровопотери являются заместительные гемотрансфузии и применение эритропоэз-стимулирующих препаратов (ЭСП). Однако при лечении анемии, связанной с проявлениями опухолевого процесса (распад опухоли, опухолевая интоксикация) или проведением противоопухолевого лекарственного лечения, гемотрансфузия обладает целым рядом неблагоприятных эффектов, включая повышение риска тромбообразования, инфекционных осложнений и снижение показателей выживаемости, что ограничивает клиническую значимость использования данного метода коррекции анемии в онкологии [8]. Применение ЭСП также может способствовать повышению частоты венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) (ОР 1,67; 95 % ДИ: 1,35–2,06), что не позволяет рекомендовать их применение в онкохирургической практике [9].

Коррекция ЖДА посредством парентеральных форм препаратов железа является экономически выгодной альтернативной методикой, приводящей к значимому росту уровня ГБ и уменьшению количества гемотрансфузий у пациентов с КРР [10].

В результате в настоящее время применение парентеральных форм препаратов железа является ведущим методом коррекции ЖДА при онкологических заболеваниях, включая рак толстой кишки. Учитывая дефицит отечественных исследований в данной области, нами проведена ретроспективная оценка эффективности коррекции ЖДА с помощью карбоксимальтозата железа на амбулаторном (до начала специального хирургического или лекарственного противоопухолевого лечения) этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки.

Цель: провести анализ эффективности амбулаторной коррекции железодефицитной анемии у пациентов, страдающих раком толстой кишки II–III стадии и получающих специальное противоопухолевое лечение, путем парентерального применения железа карбоксимальтозата (III).

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В обсервационное ретроспективное исследование были включены пациенты, получавшие лечение по поводу рака толстой кишки II–III стадии в отделении онкологии № 4 и отделении химиотерапии № 2 Онкологического центра № 1 «ГКБ им. С. C. Юдина ДЗМ» (ранее ГБУЗ «ГКОБ № 1 ДЗМ») с июня 2022 по февраль 2023 года.

Проведен анализ эффективности коррекции ЖДА путем парентерального применения препарата железа карбоксимальтозата (III) (ЖК (III)) на амбулаторном этапе.

Диагноз ЖДА подтверждали лабораторно на основании общего анализа крови (ОАК) с определением концентрации гемоглобина, количества эритроцитов (RBC) и ширины распределения эритроцитов (RDW), гематокрита (HCT), среднего объема эритроцита (MCV), среднего содержания ГБ в эритроците (MCH), средней концентрации ГБ в эритроците (MCHC), а также уровня железа (Fe) крови.

В исследование были включены 164 пациента с ECOG статусом 0–1. Радикальное хирургическое лечение после коррекции анемии проведено 103 пациентам (63 %, группа 1), адъювантная химиотерапия 61 пациенту (37 %, группа 2). Клинико-эпидемиологическая характеристика пациентов приводится в таблице 1. Тяжесть анемии определяли по критериям ВОЗ в зависимости от уровня ГБ крови: легкая (90–120 г/л для небеременных женщин и 90–130 г/л для мужчин), средняя (70–89 г/л) и тяжелая (<70 г/л) формы. Гемотрансфузии периоперационно осуществлялись в 4 (3,8 %) случаях в группе 1, суммарно было перелито 10 доз (2970 мл) эритроцитарной взвеси.

Статистически значимых различий по основным клиническим показателям между группами не выявлено.

Данные о распределении пациентов по уровню гемоглобина представлены на рисунке 1.

Статистический анализ проводился при помощи программ Statıstıca 10 и Mıcrosoft Excel, обработка результатов проведена в программной среде R (версия 4.1.1) с использованием пакетов survival, survminer и ggplot2.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Все пациенты перенесли внутривенное введение карбоксимальтозата железа (III) без нежелательных явлений и реакций.

Во всей выборке уровень гемоглобина крови в среднем увеличился до 113,7 ± 11,0 г/л (p < 0,0001): в группе 1 — 116,1 ± 11,8 г/л (p = 0,0001), в группе 2 — 111,2 ± 10,7 г/л (p < 0,0001), данные представлены на рисунке 2.

Во всей выборке уровень железа крови в среднем увеличился на 20,3 ± 9,1 мкмоль/л (p < 0,0001): в группе 1 на 17,2 ± 5,2 мкмоль/л (p = 0,0001), в группе 2 на 20,7 ± 11,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня гемоглобина во всей выборке составил 21 ± 11,5 г/л: в группе 1–19,2 ± 10,1 г/л (p =  0,01086), в группе 2–24,8 ± 13,3 г/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня железа достиг 15,7 ± 9,4 мкмоль/л: в группе 1–17,6 ± 10,5 мкмоль/л (p = 0,03815), в группе 2–12,5 ± 6,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Анемии тяжелой степени после коррекции отмечено не было. Данные об изменении степеней тяжести анемии представлены в таблице 2. При сравнении уровней железа и гемоглобина до и после парентерального введения железа карбоксимальтозата (III), а также при сравнении частоты встречаемости анемии тяжелой и средней степени отмечены статистически значимые различия (p < 0,0001).

ОБСУЖДЕНИЕ

Полученные нами результаты хорошо согласуются с данными мировой и отечественной литературы. Так, например, в работе В. В. Саевец и соавторов изучены результаты коррекции ЖДА препаратами железа в сравнении с гемотрансфузиями (по 60 пациентов в группах сравнения). Было отмечено, что медикаментозная коррекция не только эффективнее при оценке уровня гемоглобина через 3–4 недели после начала терапии (37 % против 21 %), но и экономически более целесообразна [11].

Схожие данные получены в работе А. Э. Алборова и соавторов, в которую были включены 90 пациентов с КРР и метастатическим поражением печени. В контрольную группу были включены пациенты, которым ЖДА корригировали с помощью препаратов железа, в группу сравнения — пациенты, которым проводили гемотрансфузионную коррекцию анемии. Введение препаратов железа не уступало по приросту уровня ГБ гемотрансфузии: уровень ГБ повысился с 87,6 ± 1,0 до 108 ± 0,9 г/л при применении препаратов железа (p < 0,01) и с 86,7 ± 0,9 до 114,6 ± 0,6 г/л при трансфузии эритроцитов (p < 0,01) [12].

Высокая эффективность коррекции ЖДА при помощи ЖК (III) имеет большое клиническое значение, поскольку наличие анемии и интраоперационной кровопотери даже легких степеней тяжести «несердечно-сосудистой» хирургии является независимым предиктором 30-дневной послеоперационной летальности (ОШ 1,42, 95 % ДИ 1,31–1,54), а также достоверно связано с худшей ОВ (относительный риск (ОР) 1,56; 95 % ДИ 1,30–1,88; p < 0,001) и с более низкой БРВ (ОР 1,34; 95 % ДИ 1,11–1,61; p =  0,002) [13].

Такие данные имеют значение и в отношении результатов исследования A. Moncur и соавторов, которые обобщили результаты 6 исследований, посвященных влиянию послеоперационной анемии на результаты хирургического лечения КРР. Авторы подтвердили, что наличие анемии после хирургического этапа лечения по поводу КРР (от 62 до 87 % по данным включенных в обзор исследований) приводило к статистически значимому повышению частоты переливаний компонентов крови и также к увеличению продолжительности госпитализации в стационаре. Наличие связи с показателями выживаемости установить не удалось по причине отсутствия соответствующих данных [14].

Влияние терапии препаратами железа на продолжительность госпитализации изучена также в исследовании A. Jahangirifard и соавторов — среди 64 кардиохирургических пациентов 16 (25 %) получали внутривенное введение лекарственных форм железа, остальным 48 (75 %) коррекция ЖДА не проводилась. Продолжительность госпитализации имела статистически значимые различия и была выше в группе пациентов, не получавших внутривенное введение препаратов железа (p =  0,023) [15].

Систематический обзор и метаанализ влияния предоперационной парентеральной терапии препаратами железа у хирургической группы пациентов с КРР проведен в исследовании H. Lederhuber и соавторов. Установлено, что предоперационное внутривенное введение препаратов железа снижало частоту осуществляемых гемотрансфузий (ОР: 0,62; 95 % ДИ 0,41–0,93; p = 0,03) и увеличивало ГБ до операции (ОР: 0,52; 95 % ДИ 0,08–0,96; p = 0,03). В то же время существенного влияния на смертность, продолжительность пребывания в стационаре или послеоперационные осложнения выявлено не было [16].

В проспективном многоцентровом рандомизированном исследовании M. Аuerbach и соавторов проанализированы данные 157 получающих химиотерапию пациентов с ЖДА, разделенных на группы получавших пероральные или парентеральные формы препаратов железа и группу приема плацебо. В обеих группах с применением препаратов железа вне зависимости от пути введения отмечено увеличение гемоглобина (p < 0,0001) по сравнению с исходным уровнем. Число пациентов с гемопоэтическим ответом было выше (p < 0,01) в группе пациентов, получавших препараты железа парентерально (68 %), по сравнению с группой без применения препаратов железа (25 %) и группой с применением пероральных форм железа (36 %) [17].

В рандомизированном контролируемом исследовании J. Lim и соавторов, включавшем группу 116 хирургических пациентов с КРР, осложненным ЖДА, было проведено сравнение эффективности пероральных и парентеральных форм препаратов железа, назначенных за 14 дней до операции. Предоперационный уровень ГБ в крови у пациентов, которым вводили препараты железа внутривенно, по сравнению с пациентами, принимавшими препараты железа перорально, был выше (p = 0,048), однако существенной разницы в отношении частоты хирургических осложнений и длительности пребывания в стационаре не установлено [18].

Т. Steinmetz и соавторы в рамках ретроспективного исследования отметили у 639 пациентов сопоставимую эффективность изолированного и в комбинации со стимуляторами эритропоэза применения карбоксимальтозата железа (III): через 5 недель лечения гемоглобин в обеих группах повысился на 11–12 г/л [19].

По данным опубликованных в 2022 г. результатов применения ЭСП для коррекции анемии у пациентов с солидными опухолями во время проведения специальной противоопухолевой лекарственной терапии отмечено, что из 184 включенных в исследование пациентов повышение уровня гемоглобина на 20 г/л и более выявлено у 76,1 % пациентов и полное разрешение анемии — у 66,3 %, однако было указание о риске тромбоэмболических осложнений, связанных с их применением [20].

Широко применяемый в клинической практике препарат для парентерального введения ЖК (III) отличается от аналогов отсутствием необходимости введения тест-дозы, хорошей переносимостью и минимальным риском развития нежелательных лекарственных реакций, что подтверждается и результатами нашего исследования.

В ходе проведенной нами работы установлено, что коррекция ЖДА с помощью внутривенного введения ЖК (III) на амбулаторном этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки, безопасно и эффективно. В последующем нами планируется оценка клинической эффективности данного подхода в качестве метода профилактики осложнений лечения в данной группе пациентов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Парентеральное применение ЖК (III) у пациентов, страдающих ЖДА на фоне местно-распространенного рака толстой кишки, позволяет добиться статистически значимого повышения уровня гемоглобина в крови на амбулаторном этапе до начала специального противоопухолевого лечения, а также значительно снизить число пациентов с анемией тяжелой и средней степени.

"],"dc.fullHTML.ru":["

ВВЕДЕНИЕ

В 2022 г. в мире рак ободочной и прямой кишок был впервые выявлен более чем у 1 миллиона 850 тысяч человек, что соответствует третьей позиции в структуре онкологической заболеваемости. Колоректальный рак (КРР) приводит к более чем 500 тысячам смертей в мире ежегодно [1–3]. В России распространенность рака толстой кишки также растет, достигнув в 2023 году показателя в 172 выявленных случая на 100 тысяч населения при опухолях ободочной кишки и 128 случаев для прямой кишки [4]. КРР в нашей стране является второй наиболее частой причиной смерти с показателем в 13 случаев на 100 тысяч населения в год, уступая лишь раку легкого [5].

Одним из неблагоприятных факторов прогноза при раке толстой кишки является железодефицитная анемия (ЖДА), в частности периоперационная, которая встречается при этом заболевании c частотой от 30 % на этапе первичной диагностики до 77 % в процессе специального противоопухолевого лечения [6]. Предоперационная анемия способствует повышению риска гемотрансфузии и прямо влияет на снижение качества жизни и повышение числа послеоперационных осложнений, в том числе со стороны сердечно-сосудистой и дыхательной систем, а также повышает вероятность развития несостоятельности колоректального анастомоза (отношение шансов (ОШ) при многофакторном анализе 1,84, p = 0,07) и является неблагоприятным фактором в отношении общей и безрецидивной выживаемости (ОВ и БРВ) [7].

Распространенным и традиционным методом коррекции низкого уровня гемоглобина (ГБ) крови и восполнения объемной кровопотери являются заместительные гемотрансфузии и применение эритропоэз-стимулирующих препаратов (ЭСП). Однако при лечении анемии, связанной с проявлениями опухолевого процесса (распад опухоли, опухолевая интоксикация) или проведением противоопухолевого лекарственного лечения, гемотрансфузия обладает целым рядом неблагоприятных эффектов, включая повышение риска тромбообразования, инфекционных осложнений и снижение показателей выживаемости, что ограничивает клиническую значимость использования данного метода коррекции анемии в онкологии [8]. Применение ЭСП также может способствовать повышению частоты венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) (ОР 1,67; 95 % ДИ: 1,35–2,06), что не позволяет рекомендовать их применение в онкохирургической практике [9].

Коррекция ЖДА посредством парентеральных форм препаратов железа является экономически выгодной альтернативной методикой, приводящей к значимому росту уровня ГБ и уменьшению количества гемотрансфузий у пациентов с КРР [10].

В результате в настоящее время применение парентеральных форм препаратов железа является ведущим методом коррекции ЖДА при онкологических заболеваниях, включая рак толстой кишки. Учитывая дефицит отечественных исследований в данной области, нами проведена ретроспективная оценка эффективности коррекции ЖДА с помощью карбоксимальтозата железа на амбулаторном (до начала специального хирургического или лекарственного противоопухолевого лечения) этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки.

Цель: провести анализ эффективности амбулаторной коррекции железодефицитной анемии у пациентов, страдающих раком толстой кишки II–III стадии и получающих специальное противоопухолевое лечение, путем парентерального применения железа карбоксимальтозата (III).

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

В обсервационное ретроспективное исследование были включены пациенты, получавшие лечение по поводу рака толстой кишки II–III стадии в отделении онкологии № 4 и отделении химиотерапии № 2 Онкологического центра № 1 «ГКБ им. С. C. Юдина ДЗМ» (ранее ГБУЗ «ГКОБ № 1 ДЗМ») с июня 2022 по февраль 2023 года.

Проведен анализ эффективности коррекции ЖДА путем парентерального применения препарата железа карбоксимальтозата (III) (ЖК (III)) на амбулаторном этапе.

Диагноз ЖДА подтверждали лабораторно на основании общего анализа крови (ОАК) с определением концентрации гемоглобина, количества эритроцитов (RBC) и ширины распределения эритроцитов (RDW), гематокрита (HCT), среднего объема эритроцита (MCV), среднего содержания ГБ в эритроците (MCH), средней концентрации ГБ в эритроците (MCHC), а также уровня железа (Fe) крови.

В исследование были включены 164 пациента с ECOG статусом 0–1. Радикальное хирургическое лечение после коррекции анемии проведено 103 пациентам (63 %, группа 1), адъювантная химиотерапия 61 пациенту (37 %, группа 2). Клинико-эпидемиологическая характеристика пациентов приводится в таблице 1. Тяжесть анемии определяли по критериям ВОЗ в зависимости от уровня ГБ крови: легкая (90–120 г/л для небеременных женщин и 90–130 г/л для мужчин), средняя (70–89 г/л) и тяжелая (<70 г/л) формы. Гемотрансфузии периоперационно осуществлялись в 4 (3,8 %) случаях в группе 1, суммарно было перелито 10 доз (2970 мл) эритроцитарной взвеси.

Статистически значимых различий по основным клиническим показателям между группами не выявлено.

Данные о распределении пациентов по уровню гемоглобина представлены на рисунке 1.

Статистический анализ проводился при помощи программ Statıstıca 10 и Mıcrosoft Excel, обработка результатов проведена в программной среде R (версия 4.1.1) с использованием пакетов survival, survminer и ggplot2.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Все пациенты перенесли внутривенное введение карбоксимальтозата железа (III) без нежелательных явлений и реакций.

Во всей выборке уровень гемоглобина крови в среднем увеличился до 113,7 ± 11,0 г/л (p < 0,0001): в группе 1 — 116,1 ± 11,8 г/л (p = 0,0001), в группе 2 — 111,2 ± 10,7 г/л (p < 0,0001), данные представлены на рисунке 2.

Во всей выборке уровень железа крови в среднем увеличился на 20,3 ± 9,1 мкмоль/л (p < 0,0001): в группе 1 на 17,2 ± 5,2 мкмоль/л (p = 0,0001), в группе 2 на 20,7 ± 11,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня гемоглобина во всей выборке составил 21 ± 11,5 г/л: в группе 1–19,2 ± 10,1 г/л (p =  0,01086), в группе 2–24,8 ± 13,3 г/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня железа достиг 15,7 ± 9,4 мкмоль/л: в группе 1–17,6 ± 10,5 мкмоль/л (p = 0,03815), в группе 2–12,5 ± 6,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Анемии тяжелой степени после коррекции отмечено не было. Данные об изменении степеней тяжести анемии представлены в таблице 2. При сравнении уровней железа и гемоглобина до и после парентерального введения железа карбоксимальтозата (III), а также при сравнении частоты встречаемости анемии тяжелой и средней степени отмечены статистически значимые различия (p < 0,0001).

ОБСУЖДЕНИЕ

Полученные нами результаты хорошо согласуются с данными мировой и отечественной литературы. Так, например, в работе В. В. Саевец и соавторов изучены результаты коррекции ЖДА препаратами железа в сравнении с гемотрансфузиями (по 60 пациентов в группах сравнения). Было отмечено, что медикаментозная коррекция не только эффективнее при оценке уровня гемоглобина через 3–4 недели после начала терапии (37 % против 21 %), но и экономически более целесообразна [11].

Схожие данные получены в работе А. Э. Алборова и соавторов, в которую были включены 90 пациентов с КРР и метастатическим поражением печени. В контрольную группу были включены пациенты, которым ЖДА корригировали с помощью препаратов железа, в группу сравнения — пациенты, которым проводили гемотрансфузионную коррекцию анемии. Введение препаратов железа не уступало по приросту уровня ГБ гемотрансфузии: уровень ГБ повысился с 87,6 ± 1,0 до 108 ± 0,9 г/л при применении препаратов железа (p < 0,01) и с 86,7 ± 0,9 до 114,6 ± 0,6 г/л при трансфузии эритроцитов (p < 0,01) [12].

Высокая эффективность коррекции ЖДА при помощи ЖК (III) имеет большое клиническое значение, поскольку наличие анемии и интраоперационной кровопотери даже легких степеней тяжести «несердечно-сосудистой» хирургии является независимым предиктором 30-дневной послеоперационной летальности (ОШ 1,42, 95 % ДИ 1,31–1,54), а также достоверно связано с худшей ОВ (относительный риск (ОР) 1,56; 95 % ДИ 1,30–1,88; p < 0,001) и с более низкой БРВ (ОР 1,34; 95 % ДИ 1,11–1,61; p =  0,002) [13].

Такие данные имеют значение и в отношении результатов исследования A. Moncur и соавторов, которые обобщили результаты 6 исследований, посвященных влиянию послеоперационной анемии на результаты хирургического лечения КРР. Авторы подтвердили, что наличие анемии после хирургического этапа лечения по поводу КРР (от 62 до 87 % по данным включенных в обзор исследований) приводило к статистически значимому повышению частоты переливаний компонентов крови и также к увеличению продолжительности госпитализации в стационаре. Наличие связи с показателями выживаемости установить не удалось по причине отсутствия соответствующих данных [14].

Влияние терапии препаратами железа на продолжительность госпитализации изучена также в исследовании A. Jahangirifard и соавторов — среди 64 кардиохирургических пациентов 16 (25 %) получали внутривенное введение лекарственных форм железа, остальным 48 (75 %) коррекция ЖДА не проводилась. Продолжительность госпитализации имела статистически значимые различия и была выше в группе пациентов, не получавших внутривенное введение препаратов железа (p =  0,023) [15].

Систематический обзор и метаанализ влияния предоперационной парентеральной терапии препаратами железа у хирургической группы пациентов с КРР проведен в исследовании H. Lederhuber и соавторов. Установлено, что предоперационное внутривенное введение препаратов железа снижало частоту осуществляемых гемотрансфузий (ОР: 0,62; 95 % ДИ 0,41–0,93; p = 0,03) и увеличивало ГБ до операции (ОР: 0,52; 95 % ДИ 0,08–0,96; p = 0,03). В то же время существенного влияния на смертность, продолжительность пребывания в стационаре или послеоперационные осложнения выявлено не было [16].

В проспективном многоцентровом рандомизированном исследовании M. Аuerbach и соавторов проанализированы данные 157 получающих химиотерапию пациентов с ЖДА, разделенных на группы получавших пероральные или парентеральные формы препаратов железа и группу приема плацебо. В обеих группах с применением препаратов железа вне зависимости от пути введения отмечено увеличение гемоглобина (p < 0,0001) по сравнению с исходным уровнем. Число пациентов с гемопоэтическим ответом было выше (p < 0,01) в группе пациентов, получавших препараты железа парентерально (68 %), по сравнению с группой без применения препаратов железа (25 %) и группой с применением пероральных форм железа (36 %) [17].

В рандомизированном контролируемом исследовании J. Lim и соавторов, включавшем группу 116 хирургических пациентов с КРР, осложненным ЖДА, было проведено сравнение эффективности пероральных и парентеральных форм препаратов железа, назначенных за 14 дней до операции. Предоперационный уровень ГБ в крови у пациентов, которым вводили препараты железа внутривенно, по сравнению с пациентами, принимавшими препараты железа перорально, был выше (p = 0,048), однако существенной разницы в отношении частоты хирургических осложнений и длительности пребывания в стационаре не установлено [18].

Т. Steinmetz и соавторы в рамках ретроспективного исследования отметили у 639 пациентов сопоставимую эффективность изолированного и в комбинации со стимуляторами эритропоэза применения карбоксимальтозата железа (III): через 5 недель лечения гемоглобин в обеих группах повысился на 11–12 г/л [19].

По данным опубликованных в 2022 г. результатов применения ЭСП для коррекции анемии у пациентов с солидными опухолями во время проведения специальной противоопухолевой лекарственной терапии отмечено, что из 184 включенных в исследование пациентов повышение уровня гемоглобина на 20 г/л и более выявлено у 76,1 % пациентов и полное разрешение анемии — у 66,3 %, однако было указание о риске тромбоэмболических осложнений, связанных с их применением [20].

Широко применяемый в клинической практике препарат для парентерального введения ЖК (III) отличается от аналогов отсутствием необходимости введения тест-дозы, хорошей переносимостью и минимальным риском развития нежелательных лекарственных реакций, что подтверждается и результатами нашего исследования.

В ходе проведенной нами работы установлено, что коррекция ЖДА с помощью внутривенного введения ЖК (III) на амбулаторном этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки, безопасно и эффективно. В последующем нами планируется оценка клинической эффективности данного подхода в качестве метода профилактики осложнений лечения в данной группе пациентов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Парентеральное применение ЖК (III) у пациентов, страдающих ЖДА на фоне местно-распространенного рака толстой кишки, позволяет добиться статистически значимого повышения уровня гемоглобина в крови на амбулаторном этапе до начала специального противоопухолевого лечения, а также значительно снизить число пациентов с анемией тяжелой и средней степени.

"],"dc.fullRISC":["В 2022 г. в мире рак ободочной и прямой кишок был впервые выявлен более чем у 1 миллиона 850 тысяч человек, что соответствует третьей позиции в структуре онкологической заболеваемости. Колоректальный рак (КРР) приводит к более чем 500 тысячам смертей в мире ежегодно [1–3]. В России распространенность рака толстой кишки также растет, достигнув в 2023 году показателя в 172 выявленных случая на 100 тысяч населения при опухолях ободочной кишки и 128 случаев для прямой кишки [4]. КРР в нашей стране является второй наиболее частой причиной смерти с показателем в 13 случаев на 100 тысяч населения в год, уступая лишь раку легкого [5].\n\nОдним из неблагоприятных факторов прогноза при раке толстой кишки является железодефицитная анемия (ЖДА), в частности периоперационная, которая встречается при этом заболевании c частотой от 30 % на этапе первичной диагностики до 77 % в процессе специального противоопухолевого лечения [6]. Предоперационная анемия способствует повышению риска гемотрансфузии и прямо влияет на снижение качества жизни и повышение числа послеоперационных осложнений, в том числе со стороны сердечно-сосудистой и дыхательной систем, а также повышает вероятность развития несостоятельности колоректального анастомоза (отношение шансов (ОШ) при многофакторном анализе 1,84, p = 0,07) и является неблагоприятным фактором в отношении общей и безрецидивной выживаемости (ОВ и БРВ) [7].\n\nРаспространенным и традиционным методом коррекции низкого уровня гемоглобина (ГБ) крови и восполнения объемной кровопотери являются заместительные гемотрансфузии и применение эритропоэз-стимулирующих препаратов (ЭСП). Однако при лечении анемии, связанной с проявлениями опухолевого процесса (распад опухоли, опухолевая интоксикация) или проведением противоопухолевого лекарственного лечения, гемотрансфузия обладает целым рядом неблагоприятных эффектов, включая повышение риска тромбообразования, инфекционных осложнений и снижение показателей выживаемости, что ограничивает клиническую значимость использования данного метода коррекции анемии в онкологии [8]. Применение ЭСП также может способствовать повышению частоты венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) (ОР 1,67; 95 % ДИ: 1,35–2,06), что не позволяет рекомендовать их применение в онкохирургической практике [9].\n\nКоррекция ЖДА посредством парентеральных форм препаратов железа является экономически выгодной альтернативной методикой, приводящей к значимому росту уровня ГБ и уменьшению количества гемотрансфузий у пациентов с КРР [10].\n\nВ результате в настоящее время применение парентеральных форм препаратов железа является ведущим методом коррекции ЖДА при онкологических заболеваниях, включая рак толстой кишки. Учитывая дефицит отечественных исследований в данной области, нами проведена ретроспективная оценка эффективности коррекции ЖДА с помощью карбоксимальтозата железа на амбулаторном (до начала специального хирургического или лекарственного противоопухолевого лечения) этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки.\n\nЦель: провести анализ эффективности амбулаторной коррекции железодефицитной анемии у пациентов, страдающих раком толстой кишки II–III стадии и получающих специальное противоопухолевое лечение, путем парентерального применения железа карбоксимальтозата (III).\n\n \n\nМАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ\n\nВ обсервационное ретроспективное исследование были включены пациенты, получавшие лечение по поводу рака толстой кишки II–III стадии в отделении онкологии № 4 и отделении химиотерапии № 2 Онкологического центра № 1 «ГКБ им. С. C. Юдина ДЗМ» (ранее ГБУЗ «ГКОБ № 1 ДЗМ») с июня 2022 по февраль 2023 года.\n\nПроведен анализ эффективности коррекции ЖДА путем парентерального применения препарата железа карбоксимальтозата (III) (ЖК (III)) на амбулаторном этапе.\n\nДиагноз ЖДА подтверждали лабораторно на основании общего анализа крови (ОАК) с определением концентрации гемоглобина, количества эритроцитов (RBC) и ширины распределения эритроцитов (RDW), гематокрита (HCT), среднего объема эритроцита (MCV), среднего содержания ГБ в эритроците (MCH), средней концентрации ГБ в эритроците (MCHC), а также уровня железа (Fe) крови.\n\nВ исследование были включены 164 пациента с ECOG статусом 0–1. Радикальное хирургическое лечение после коррекции анемии проведено 103 пациентам (63 %, группа 1), адъювантная химиотерапия 61 пациенту (37 %, группа 2). Клинико-эпидемиологическая характеристика пациентов приводится в таблице 1. Тяжесть анемии определяли по критериям ВОЗ в зависимости от уровня ГБ крови: легкая (90–120 г/л для небеременных женщин и 90–130 г/л для мужчин), средняя (70–89 г/л) и тяжелая (<70 г/л) формы. Гемотрансфузии периоперационно осуществлялись в 4 (3,8 %) случаях в группе 1, суммарно было перелито 10 доз (2970 мл) эритроцитарной взвеси.\n\nСтатистически значимых различий по основным клиническим показателям между группами не выявлено.\n\nДанные о распределении пациентов по уровню гемоглобина представлены на рисунке 1.\n\nСтатистический анализ проводился при помощи программ Statıstıca 10 и Mıcrosoft Excel, обработка результатов проведена в программной среде R (версия 4.1.1) с использованием пакетов survival, survminer и ggplot2.\n\n \n\nРЕЗУЛЬТАТЫ\n\nВсе пациенты перенесли внутривенное введение карбоксимальтозата железа (III) без нежелательных явлений и реакций.\n\nВо всей выборке уровень гемоглобина крови в среднем увеличился до 113,7 ± 11,0 г/л (p < 0,0001): в группе 1 — 116,1 ± 11,8 г/л (p = 0,0001), в группе 2 — 111,2 ± 10,7 г/л (p < 0,0001), данные представлены на рисунке 2.\n\nВо всей выборке уровень железа крови в среднем увеличился на 20,3 ± 9,1 мкмоль/л (p < 0,0001): в группе 1 на 17,2 ± 5,2 мкмоль/л (p = 0,0001), в группе 2 на 20,7 ± 11,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня гемоглобина во всей выборке составил 21 ± 11,5 г/л: в группе 1–19,2 ± 10,1 г/л (p = 0,01086), в группе 2–24,8 ± 13,3 г/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня железа достиг 15,7 ± 9,4 мкмоль/л: в группе 1–17,6 ± 10,5 мкмоль/л (p = 0,03815), в группе 2–12,5 ± 6,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Анемии тяжелой степени после коррекции отмечено не было. Данные об изменении степеней тяжести анемии представлены в таблице 2. При сравнении уровней железа и гемоглобина до и после парентерального введения железа карбоксимальтозата (III), а также при сравнении частоты встречаемости анемии тяжелой и средней степени отмечены статистически значимые различия (p < 0,0001).\n\n \n\nОБСУЖДЕНИЕ\n\nПолученные нами результаты хорошо согласуются с данными мировой и отечественной литературы. Так, например, в работе В. В. Саевец и соавторов изучены результаты коррекции ЖДА препаратами железа в сравнении с гемотрансфузиями (по 60 пациентов в группах сравнения). Было отмечено, что медикаментозная коррекция не только эффективнее при оценке уровня гемоглобина через 3–4 недели после начала терапии (37 % против 21 %), но и экономически более целесообразна [11].\n\nСхожие данные получены в работе А. Э. Алборова и соавторов, в которую были включены 90 пациентов с КРР и метастатическим поражением печени. В контрольную группу были включены пациенты, которым ЖДА корригировали с помощью препаратов железа, в группу сравнения — пациенты, которым проводили гемотрансфузионную коррекцию анемии. Введение препаратов железа не уступало по приросту уровня ГБ гемотрансфузии: уровень ГБ повысился с 87,6 ± 1,0 до 108 ± 0,9 г/л при применении препаратов железа (p < 0,01) и с 86,7 ± 0,9 до 114,6 ± 0,6 г/л при трансфузии эритроцитов (p < 0,01) [12].\n\nВысокая эффективность коррекции ЖДА при помощи ЖК (III) имеет большое клиническое значение, поскольку наличие анемии и интраоперационной кровопотери даже легких степеней тяжести «несердечно-сосудистой» хирургии является независимым предиктором 30-дневной послеоперационной летальности (ОШ 1,42, 95 % ДИ 1,31–1,54), а также достоверно связано с худшей ОВ (относительный риск (ОР) 1,56; 95 % ДИ 1,30–1,88; p < 0,001) и с более низкой БРВ (ОР 1,34; 95 % ДИ 1,11–1,61; p = 0,002) [13].\n\nТакие данные имеют значение и в отношении результатов исследования A. Moncur и соавторов, которые обобщили результаты 6 исследований, посвященных влиянию послеоперационной анемии на результаты хирургического лечения КРР. Авторы подтвердили, что наличие анемии после хирургического этапа лечения по поводу КРР (от 62 до 87 % по данным включенных в обзор исследований) приводило к статистически значимому повышению частоты переливаний компонентов крови и также к увеличению продолжительности госпитализации в стационаре. Наличие связи с показателями выживаемости установить не удалось по причине отсутствия соответствующих данных [14].\n\nВлияние терапии препаратами железа на продолжительность госпитализации изучена также в исследовании A. Jahangirifard и соавторов — среди 64 кардиохирургических пациентов 16 (25 %) получали внутривенное введение лекарственных форм железа, остальным 48 (75 %) коррекция ЖДА не проводилась. Продолжительность госпитализации имела статистически значимые различия и была выше в группе пациентов, не получавших внутривенное введение препаратов железа (p = 0,023) [15].\n\nСистематический обзор и метаанализ влияния предоперационной парентеральной терапии препаратами железа у хирургической группы пациентов с КРР проведен в исследовании H. Lederhuber и соавторов. Установлено, что предоперационное внутривенное введение препаратов железа снижало частоту осуществляемых гемотрансфузий (ОР: 0,62; 95 % ДИ 0,41–0,93; p = 0,03) и увеличивало ГБ до операции (ОР: 0,52; 95 % ДИ 0,08–0,96; p = 0,03). В то же время существенного влияния на смертность, продолжительность пребывания в стационаре или послеоперационные осложнения выявлено не было [16].\n\nВ проспективном многоцентровом рандомизированном исследовании M. Аuerbach и соавторов проанализированы данные 157 получающих химиотерапию пациентов с ЖДА, разделенных на группы получавших пероральные или парентеральные формы препаратов железа и группу приема плацебо. В обеих группах с применением препаратов железа вне зависимости от пути введения отмечено увеличение гемоглобина (p < 0,0001) по сравнению с исходным уровнем. Число пациентов с гемопоэтическим ответом было выше (p < 0,01) в группе пациентов, получавших препараты железа парентерально (68 %), по сравнению с группой без применения препаратов железа (25 %) и группой с применением пероральных форм железа (36 %) [17].\n\nВ рандомизированном контролируемом исследовании J. Lim и соавторов, включавшем группу 116 хирургических пациентов с КРР, осложненным ЖДА, было проведено сравнение эффективности пероральных и парентеральных форм препаратов железа, назначенных за 14 дней до операции. Предоперационный уровень ГБ в крови у пациентов, которым вводили препараты железа внутривенно, по сравнению с пациентами, принимавшими препараты железа перорально, был выше (p = 0,048), однако существенной разницы в отношении частоты хирургических осложнений и длительности пребывания в стационаре не установлено [18].\n\nТ. Steinmetz и соавторы в рамках ретроспективного исследования отметили у 639 пациентов сопоставимую эффективность изолированного и в комбинации со стимуляторами эритропоэза применения карбоксимальтозата железа (III): через 5 недель лечения гемоглобин в обеих группах повысился на 11–12 г/л [19].\n\nПо данным опубликованных в 2022 г. результатов применения ЭСП для коррекции анемии у пациентов с солидными опухолями во время проведения специальной противоопухолевой лекарственной терапии отмечено, что из 184 включенных в исследование пациентов повышение уровня гемоглобина на 20 г/л и более выявлено у 76,1 % пациентов и полное разрешение анемии — у 66,3 %, однако было указание о риске тромбоэмболических осложнений, связанных с их применением [20].\n\nШироко применяемый в клинической практике препарат для парентерального введения ЖК (III) отличается от аналогов отсутствием необходимости введения тест-дозы, хорошей переносимостью и минимальным риском развития нежелательных лекарственных реакций, что подтверждается и результатами нашего исследования.\n\nВ ходе проведенной нами работы установлено, что коррекция ЖДА с помощью внутривенного введения ЖК (III) на амбулаторном этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки, безопасно и эффективно. В последующем нами планируется оценка клинической эффективности данного подхода в качестве метода профилактики осложнений лечения в данной группе пациентов.\n\n \n\nЗАКЛЮЧЕНИЕ\n\nПарентеральное применение ЖК (III) у пациентов, страдающих ЖДА на фоне местно-распространенного рака толстой кишки, позволяет добиться статистически значимого повышения уровня гемоглобина в крови на амбулаторном этапе до начала специального противоопухолевого лечения, а также значительно снизить число пациентов с анемией тяжелой и средней степени."],"dc.fullRISC.ru":["В 2022 г. в мире рак ободочной и прямой кишок был впервые выявлен более чем у 1 миллиона 850 тысяч человек, что соответствует третьей позиции в структуре онкологической заболеваемости. Колоректальный рак (КРР) приводит к более чем 500 тысячам смертей в мире ежегодно [1–3]. В России распространенность рака толстой кишки также растет, достигнув в 2023 году показателя в 172 выявленных случая на 100 тысяч населения при опухолях ободочной кишки и 128 случаев для прямой кишки [4]. КРР в нашей стране является второй наиболее частой причиной смерти с показателем в 13 случаев на 100 тысяч населения в год, уступая лишь раку легкого [5].\n\nОдним из неблагоприятных факторов прогноза при раке толстой кишки является железодефицитная анемия (ЖДА), в частности периоперационная, которая встречается при этом заболевании c частотой от 30 % на этапе первичной диагностики до 77 % в процессе специального противоопухолевого лечения [6]. Предоперационная анемия способствует повышению риска гемотрансфузии и прямо влияет на снижение качества жизни и повышение числа послеоперационных осложнений, в том числе со стороны сердечно-сосудистой и дыхательной систем, а также повышает вероятность развития несостоятельности колоректального анастомоза (отношение шансов (ОШ) при многофакторном анализе 1,84, p = 0,07) и является неблагоприятным фактором в отношении общей и безрецидивной выживаемости (ОВ и БРВ) [7].\n\nРаспространенным и традиционным методом коррекции низкого уровня гемоглобина (ГБ) крови и восполнения объемной кровопотери являются заместительные гемотрансфузии и применение эритропоэз-стимулирующих препаратов (ЭСП). Однако при лечении анемии, связанной с проявлениями опухолевого процесса (распад опухоли, опухолевая интоксикация) или проведением противоопухолевого лекарственного лечения, гемотрансфузия обладает целым рядом неблагоприятных эффектов, включая повышение риска тромбообразования, инфекционных осложнений и снижение показателей выживаемости, что ограничивает клиническую значимость использования данного метода коррекции анемии в онкологии [8]. Применение ЭСП также может способствовать повышению частоты венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО) (ОР 1,67; 95 % ДИ: 1,35–2,06), что не позволяет рекомендовать их применение в онкохирургической практике [9].\n\nКоррекция ЖДА посредством парентеральных форм препаратов железа является экономически выгодной альтернативной методикой, приводящей к значимому росту уровня ГБ и уменьшению количества гемотрансфузий у пациентов с КРР [10].\n\nВ результате в настоящее время применение парентеральных форм препаратов железа является ведущим методом коррекции ЖДА при онкологических заболеваниях, включая рак толстой кишки. Учитывая дефицит отечественных исследований в данной области, нами проведена ретроспективная оценка эффективности коррекции ЖДА с помощью карбоксимальтозата железа на амбулаторном (до начала специального хирургического или лекарственного противоопухолевого лечения) этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки.\n\nЦель: провести анализ эффективности амбулаторной коррекции железодефицитной анемии у пациентов, страдающих раком толстой кишки II–III стадии и получающих специальное противоопухолевое лечение, путем парентерального применения железа карбоксимальтозата (III).\n\n \n\nМАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ\n\nВ обсервационное ретроспективное исследование были включены пациенты, получавшие лечение по поводу рака толстой кишки II–III стадии в отделении онкологии № 4 и отделении химиотерапии № 2 Онкологического центра № 1 «ГКБ им. С. C. Юдина ДЗМ» (ранее ГБУЗ «ГКОБ № 1 ДЗМ») с июня 2022 по февраль 2023 года.\n\nПроведен анализ эффективности коррекции ЖДА путем парентерального применения препарата железа карбоксимальтозата (III) (ЖК (III)) на амбулаторном этапе.\n\nДиагноз ЖДА подтверждали лабораторно на основании общего анализа крови (ОАК) с определением концентрации гемоглобина, количества эритроцитов (RBC) и ширины распределения эритроцитов (RDW), гематокрита (HCT), среднего объема эритроцита (MCV), среднего содержания ГБ в эритроците (MCH), средней концентрации ГБ в эритроците (MCHC), а также уровня железа (Fe) крови.\n\nВ исследование были включены 164 пациента с ECOG статусом 0–1. Радикальное хирургическое лечение после коррекции анемии проведено 103 пациентам (63 %, группа 1), адъювантная химиотерапия 61 пациенту (37 %, группа 2). Клинико-эпидемиологическая характеристика пациентов приводится в таблице 1. Тяжесть анемии определяли по критериям ВОЗ в зависимости от уровня ГБ крови: легкая (90–120 г/л для небеременных женщин и 90–130 г/л для мужчин), средняя (70–89 г/л) и тяжелая (<70 г/л) формы. Гемотрансфузии периоперационно осуществлялись в 4 (3,8 %) случаях в группе 1, суммарно было перелито 10 доз (2970 мл) эритроцитарной взвеси.\n\nСтатистически значимых различий по основным клиническим показателям между группами не выявлено.\n\nДанные о распределении пациентов по уровню гемоглобина представлены на рисунке 1.\n\nСтатистический анализ проводился при помощи программ Statıstıca 10 и Mıcrosoft Excel, обработка результатов проведена в программной среде R (версия 4.1.1) с использованием пакетов survival, survminer и ggplot2.\n\n \n\nРЕЗУЛЬТАТЫ\n\nВсе пациенты перенесли внутривенное введение карбоксимальтозата железа (III) без нежелательных явлений и реакций.\n\nВо всей выборке уровень гемоглобина крови в среднем увеличился до 113,7 ± 11,0 г/л (p < 0,0001): в группе 1 — 116,1 ± 11,8 г/л (p = 0,0001), в группе 2 — 111,2 ± 10,7 г/л (p < 0,0001), данные представлены на рисунке 2.\n\nВо всей выборке уровень железа крови в среднем увеличился на 20,3 ± 9,1 мкмоль/л (p < 0,0001): в группе 1 на 17,2 ± 5,2 мкмоль/л (p = 0,0001), в группе 2 на 20,7 ± 11,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня гемоглобина во всей выборке составил 21 ± 11,5 г/л: в группе 1–19,2 ± 10,1 г/л (p = 0,01086), в группе 2–24,8 ± 13,3 г/л (p < 0,0001). Средний прирост уровня железа достиг 15,7 ± 9,4 мкмоль/л: в группе 1–17,6 ± 10,5 мкмоль/л (p = 0,03815), в группе 2–12,5 ± 6,1 мкмоль/л (p < 0,0001). Анемии тяжелой степени после коррекции отмечено не было. Данные об изменении степеней тяжести анемии представлены в таблице 2. При сравнении уровней железа и гемоглобина до и после парентерального введения железа карбоксимальтозата (III), а также при сравнении частоты встречаемости анемии тяжелой и средней степени отмечены статистически значимые различия (p < 0,0001).\n\n \n\nОБСУЖДЕНИЕ\n\nПолученные нами результаты хорошо согласуются с данными мировой и отечественной литературы. Так, например, в работе В. В. Саевец и соавторов изучены результаты коррекции ЖДА препаратами железа в сравнении с гемотрансфузиями (по 60 пациентов в группах сравнения). Было отмечено, что медикаментозная коррекция не только эффективнее при оценке уровня гемоглобина через 3–4 недели после начала терапии (37 % против 21 %), но и экономически более целесообразна [11].\n\nСхожие данные получены в работе А. Э. Алборова и соавторов, в которую были включены 90 пациентов с КРР и метастатическим поражением печени. В контрольную группу были включены пациенты, которым ЖДА корригировали с помощью препаратов железа, в группу сравнения — пациенты, которым проводили гемотрансфузионную коррекцию анемии. Введение препаратов железа не уступало по приросту уровня ГБ гемотрансфузии: уровень ГБ повысился с 87,6 ± 1,0 до 108 ± 0,9 г/л при применении препаратов железа (p < 0,01) и с 86,7 ± 0,9 до 114,6 ± 0,6 г/л при трансфузии эритроцитов (p < 0,01) [12].\n\nВысокая эффективность коррекции ЖДА при помощи ЖК (III) имеет большое клиническое значение, поскольку наличие анемии и интраоперационной кровопотери даже легких степеней тяжести «несердечно-сосудистой» хирургии является независимым предиктором 30-дневной послеоперационной летальности (ОШ 1,42, 95 % ДИ 1,31–1,54), а также достоверно связано с худшей ОВ (относительный риск (ОР) 1,56; 95 % ДИ 1,30–1,88; p < 0,001) и с более низкой БРВ (ОР 1,34; 95 % ДИ 1,11–1,61; p = 0,002) [13].\n\nТакие данные имеют значение и в отношении результатов исследования A. Moncur и соавторов, которые обобщили результаты 6 исследований, посвященных влиянию послеоперационной анемии на результаты хирургического лечения КРР. Авторы подтвердили, что наличие анемии после хирургического этапа лечения по поводу КРР (от 62 до 87 % по данным включенных в обзор исследований) приводило к статистически значимому повышению частоты переливаний компонентов крови и также к увеличению продолжительности госпитализации в стационаре. Наличие связи с показателями выживаемости установить не удалось по причине отсутствия соответствующих данных [14].\n\nВлияние терапии препаратами железа на продолжительность госпитализации изучена также в исследовании A. Jahangirifard и соавторов — среди 64 кардиохирургических пациентов 16 (25 %) получали внутривенное введение лекарственных форм железа, остальным 48 (75 %) коррекция ЖДА не проводилась. Продолжительность госпитализации имела статистически значимые различия и была выше в группе пациентов, не получавших внутривенное введение препаратов железа (p = 0,023) [15].\n\nСистематический обзор и метаанализ влияния предоперационной парентеральной терапии препаратами железа у хирургической группы пациентов с КРР проведен в исследовании H. Lederhuber и соавторов. Установлено, что предоперационное внутривенное введение препаратов железа снижало частоту осуществляемых гемотрансфузий (ОР: 0,62; 95 % ДИ 0,41–0,93; p = 0,03) и увеличивало ГБ до операции (ОР: 0,52; 95 % ДИ 0,08–0,96; p = 0,03). В то же время существенного влияния на смертность, продолжительность пребывания в стационаре или послеоперационные осложнения выявлено не было [16].\n\nВ проспективном многоцентровом рандомизированном исследовании M. Аuerbach и соавторов проанализированы данные 157 получающих химиотерапию пациентов с ЖДА, разделенных на группы получавших пероральные или парентеральные формы препаратов железа и группу приема плацебо. В обеих группах с применением препаратов железа вне зависимости от пути введения отмечено увеличение гемоглобина (p < 0,0001) по сравнению с исходным уровнем. Число пациентов с гемопоэтическим ответом было выше (p < 0,01) в группе пациентов, получавших препараты железа парентерально (68 %), по сравнению с группой без применения препаратов железа (25 %) и группой с применением пероральных форм железа (36 %) [17].\n\nВ рандомизированном контролируемом исследовании J. Lim и соавторов, включавшем группу 116 хирургических пациентов с КРР, осложненным ЖДА, было проведено сравнение эффективности пероральных и парентеральных форм препаратов железа, назначенных за 14 дней до операции. Предоперационный уровень ГБ в крови у пациентов, которым вводили препараты железа внутривенно, по сравнению с пациентами, принимавшими препараты железа перорально, был выше (p = 0,048), однако существенной разницы в отношении частоты хирургических осложнений и длительности пребывания в стационаре не установлено [18].\n\nТ. Steinmetz и соавторы в рамках ретроспективного исследования отметили у 639 пациентов сопоставимую эффективность изолированного и в комбинации со стимуляторами эритропоэза применения карбоксимальтозата железа (III): через 5 недель лечения гемоглобин в обеих группах повысился на 11–12 г/л [19].\n\nПо данным опубликованных в 2022 г. результатов применения ЭСП для коррекции анемии у пациентов с солидными опухолями во время проведения специальной противоопухолевой лекарственной терапии отмечено, что из 184 включенных в исследование пациентов повышение уровня гемоглобина на 20 г/л и более выявлено у 76,1 % пациентов и полное разрешение анемии — у 66,3 %, однако было указание о риске тромбоэмболических осложнений, связанных с их применением [20].\n\nШироко применяемый в клинической практике препарат для парентерального введения ЖК (III) отличается от аналогов отсутствием необходимости введения тест-дозы, хорошей переносимостью и минимальным риском развития нежелательных лекарственных реакций, что подтверждается и результатами нашего исследования.\n\nВ ходе проведенной нами работы установлено, что коррекция ЖДА с помощью внутривенного введения ЖК (III) на амбулаторном этапе ведения пациентов, страдающих местно-распространенным раком толстой кишки, безопасно и эффективно. В последующем нами планируется оценка клинической эффективности данного подхода в качестве метода профилактики осложнений лечения в данной группе пациентов.\n\n \n\nЗАКЛЮЧЕНИЕ\n\nПарентеральное применение ЖК (III) у пациентов, страдающих ЖДА на фоне местно-распространенного рака толстой кишки, позволяет добиться статистически значимого повышения уровня гемоглобина в крови на амбулаторном этапе до начала специального противоопухолевого лечения, а также значительно снизить число пациентов с анемией тяжелой и средней степени."],"dc.height":["263"],"dc.height.ru":["263"],"dc.originalFileName":["1-.jpg"],"dc.originalFileName.ru":["1-.jpg"],"dc.subject.ru":["колоректальный рак","железодефицитная анемия","коррекция анемии","противоопухолевое лечение","соединения железа","переливание крови"],"dc.title.ru":["Карбоксимальтозат железа в лечении анемии при местно-распространенном раке толстой кишки"],"dc.width":["500"],"dc.width.ru":["500"],"dc.issue.volume":["15"],"dc.issue.number":["1"],"dc.pages":["12-18"],"dc.rights":["CC BY 4.0"],"dc.section":["ORIGINAL STUDIES","ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ"],"dc.section.en":["ORIGINAL STUDIES"],"dc.section.ru":["ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ"],"dc.source":["Creative surgery and oncology","Креативная хирургия и онкология"],"dc.source.en":["Creative surgery and oncology"],"dc.source.ru":["Креативная хирургия и онкология"],"author":["Д. О. Корнев","D. O. Kornev","А. Н. Москаленко","A. N. Moskalenko","Е. С. Кузьмина","E. S. Kuzmina","В. К. Лядов","V. K. Lyadov"],"author_keyword":["Д. О. Корнев","D. O. Kornev","А. Н. Москаленко","A. N. Moskalenko","Е. С. Кузьмина","E. S. Kuzmina","В. К. Лядов","V. K. Lyadov"],"author_ac":["д. о. корнев\n|||\nД. О. Корнев","d. o. kornev\n|||\nD. O. Kornev","а. н. москаленко\n|||\nА. Н. Москаленко","a. n. moskalenko\n|||\nA. N. Moskalenko","е. с. кузьмина\n|||\nЕ. С. Кузьмина","e. s. kuzmina\n|||\nE. S. Kuzmina","в. к. лядов\n|||\nВ. К. Лядов","v. k. lyadov\n|||\nV. K. Lyadov"],"author_filter":["д. о. корнев\n|||\nД. О. Корнев","d. o. kornev\n|||\nD. O. Kornev","а. н. москаленко\n|||\nА. Н. Москаленко","a. n. moskalenko\n|||\nA. N. Moskalenko","е. с. кузьмина\n|||\nЕ. С. Кузьмина","e. s. kuzmina\n|||\nE. S. Kuzmina","в. к. лядов\n|||\nВ. К. Лядов","v. k. lyadov\n|||\nV. K. Lyadov"],"dc.author.name":["Д. О. Корнев","D. O. Kornev","А. Н. Москаленко","A. N. Moskalenko","Е. С. Кузьмина","E. S. Kuzmina","В. К. Лядов","V. K. Lyadov"],"dc.author.name.ru":["Д. О. Корнев","А. Н. Москаленко","Е. С. Кузьмина","В. К. Лядов"],"dc.author.affiliation":["Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital","Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей; Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training; Russian Medical Academy of Postgraduate Education"],"dc.author.affiliation.ru":["Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина","Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей; Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования"],"dc.author.full":["Д. О. Корнев | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","D. O. Kornev | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","А. Н. Москаленко | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина","A. N. Moskalenko | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital","Е. С. Кузьмина | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","E. S. Kuzmina | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","В. К. Лядов | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей; Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования","V. K. Lyadov | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training; Russian Medical Academy of Postgraduate Education"],"dc.author.full.ru":["Д. О. Корнев | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","А. Н. Москаленко | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина","Е. С. Кузьмина | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей","В. К. Лядов | Онкологический центр № 1 Городской клинической больницы им. С.C. Юдина; Новокузнецкий государственный институт усовершенствования врачей; Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования"],"dc.author.name.en":["D. O. Kornev","A. N. Moskalenko","E. S. Kuzmina","V. K. Lyadov"],"dc.author.affiliation.en":["Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training; Russian Medical Academy of Postgraduate Education"],"dc.author.full.en":["D. O. Kornev | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","A. N. Moskalenko | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital","E. S. Kuzmina | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training","V. K. Lyadov | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training; Russian Medical Academy of Postgraduate Education"],"dc.authors":["{\"authors\": [{\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-7783-0809\", \"affiliation\": \"\\u041e\\u043d\\u043a\\u043e\\u043b\\u043e\\u0433\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0446\\u0435\\u043d\\u0442\\u0440 \\u2116 1 \\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u044b \\u0438\\u043c. \\u0421.C. \\u042e\\u0434\\u0438\\u043d\\u0430; \\u041d\\u043e\\u0432\\u043e\\u043a\\u0443\\u0437\\u043d\\u0435\\u0446\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u0438\\u043d\\u0441\\u0442\\u0438\\u0442\\u0443\\u0442 \\u0443\\u0441\\u043e\\u0432\\u0435\\u0440\\u0448\\u0435\\u043d\\u0441\\u0442\\u0432\\u043e\\u0432\\u0430\\u043d\\u0438\\u044f \\u0432\\u0440\\u0430\\u0447\\u0435\\u0439\", \"full_name\": \"\\u0414. \\u041e. \\u041a\\u043e\\u0440\\u043d\\u0435\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-7783-0809\", \"affiliation\": \"Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training\", \"full_name\": \"D. O. Kornev\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-2499-6637\", \"affiliation\": \"\\u041e\\u043d\\u043a\\u043e\\u043b\\u043e\\u0433\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0446\\u0435\\u043d\\u0442\\u0440 \\u2116 1 \\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u044b \\u0438\\u043c. \\u0421.C. \\u042e\\u0434\\u0438\\u043d\\u0430\", \"full_name\": \"\\u0410. \\u041d. \\u041c\\u043e\\u0441\\u043a\\u0430\\u043b\\u0435\\u043d\\u043a\\u043e\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-2499-6637\", \"affiliation\": \"Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital\", \"full_name\": \"A. N. Moskalenko\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0009-0007-2856-5176\", \"affiliation\": \"\\u041e\\u043d\\u043a\\u043e\\u043b\\u043e\\u0433\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0446\\u0435\\u043d\\u0442\\u0440 \\u2116 1 \\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u044b \\u0438\\u043c. \\u0421.C. \\u042e\\u0434\\u0438\\u043d\\u0430; \\u041d\\u043e\\u0432\\u043e\\u043a\\u0443\\u0437\\u043d\\u0435\\u0446\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u0438\\u043d\\u0441\\u0442\\u0438\\u0442\\u0443\\u0442 \\u0443\\u0441\\u043e\\u0432\\u0435\\u0440\\u0448\\u0435\\u043d\\u0441\\u0442\\u0432\\u043e\\u0432\\u0430\\u043d\\u0438\\u044f \\u0432\\u0440\\u0430\\u0447\\u0435\\u0439\", \"full_name\": \"\\u0415. \\u0421. \\u041a\\u0443\\u0437\\u044c\\u043c\\u0438\\u043d\\u0430\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0009-0007-2856-5176\", \"affiliation\": \"Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training\", \"full_name\": \"E. S. Kuzmina\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-7281-3591\", \"affiliation\": \"\\u041e\\u043d\\u043a\\u043e\\u043b\\u043e\\u0433\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0446\\u0435\\u043d\\u0442\\u0440 \\u2116 1 \\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u043e\\u0439 \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u044b \\u0438\\u043c. \\u0421.C. \\u042e\\u0434\\u0438\\u043d\\u0430; \\u041d\\u043e\\u0432\\u043e\\u043a\\u0443\\u0437\\u043d\\u0435\\u0446\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u0438\\u043d\\u0441\\u0442\\u0438\\u0442\\u0443\\u0442 \\u0443\\u0441\\u043e\\u0432\\u0435\\u0440\\u0448\\u0435\\u043d\\u0441\\u0442\\u0432\\u043e\\u0432\\u0430\\u043d\\u0438\\u044f \\u0432\\u0440\\u0430\\u0447\\u0435\\u0439; \\u0420\\u043e\\u0441\\u0441\\u0438\\u0439\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u043c\\u0435\\u0434\\u0438\\u0446\\u0438\\u043d\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u0430\\u043a\\u0430\\u0434\\u0435\\u043c\\u0438\\u044f \\u043d\\u0435\\u043f\\u0440\\u0435\\u0440\\u044b\\u0432\\u043d\\u043e\\u0433\\u043e \\u043f\\u0440\\u043e\\u0444\\u0435\\u0441\\u0441\\u0438\\u043e\\u043d\\u0430\\u043b\\u044c\\u043d\\u043e\\u0433\\u043e \\u043e\\u0431\\u0440\\u0430\\u0437\\u043e\\u0432\\u0430\\u043d\\u0438\\u044f\", \"full_name\": \"\\u0412. \\u041a. \\u041b\\u044f\\u0434\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-7281-3591\", \"affiliation\": \"Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical Training; Russian Medical Academy of Postgraduate Education\", \"full_name\": \"V. K. Lyadov\"}}]}"],"dateIssued":["2025-04-01"],"dateIssued_keyword":["2025-04-01","2025"],"dateIssued_ac":["2025-04-01\n|||\n2025-04-01","2025"],"dateIssued.year":[2025],"dateIssued.year_sort":"2025","dc.date.published":["2025-04-01"],"dc.origin":["https://surgonco.elpub.ru/jour/article/view/1047"],"dc.citation":["Sung H, Ferlay J, Siegel R.L., Laversanne M., Soerjomataram I., Jemal A., et al. Global cancer statistics 2020: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries. CA Cancer J Clin. 2021:71:209–49. DOI: 10.3322/caac.21660","Nikbakht H.A., Hassanipour S., Shojaie L., Vali M., Ghaffari-Fam S., Ghelichi-Ghojogh M., et al. Survival rate of colorectal cancer in eastern mediterranean region countries: a systematic review and meta-analysis. Cancer control. 2020;27(1):1073274820964146. DOI: 10.1177/1073274820964146","Miller K.D., Nogueira L., Devasia T. Cancer treatment and survivorship statistics. CA Cancer J Clin. 2022;72(5):409–36. DOI: 10.3322/caac.2173","Каприн А.Д., Старинский В.В., Шахзадова А.О. (ред.) Злокачественные новообразования в России в 2023 году (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ им. П.А. Герцена — филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; 2024","Максимова П.Е., Голубинская Е.П., Сеферов Б.Д., Зяблицкая Е.Ю. Колоректальный рак: эпидемиология, канцерогенез, молекулярно-генетические и клеточные механизмы резистентности к терапии (аналитический обзор). Колопроктология. 2023;22(2):160–71. DOI: 10.33878/2073-7556-2023-22-2-160-171","Chardalias L., Papaconstantinou I., Gklavas A., Politou M., Theodosopoulos T. Iron deficiency anemia in colorectal cancer patients: is preoperative intravenous iron infusion indicated? A narrative review of the literature. Cancer Diagn Progn. 2023;3(2):163–8. DOI: 10.21873/cdp.10196","Tonino R.P.B, Wilson M., Zwaginga J.J., Schipperus M.R. Prevalence of iron deficiency and red blood cell transfusions in surgical patients. Vox Sang. 2022;117(3):379–85. DOI: 10.1111/vox.13194","Win N., Almusawy M., Fitzgerald L., Hannah G., Bullock T. Prevention of hemolytic transfusion reactions with intravenous immunoglobulin prophylaxis in U-patients with anti-U. Transfusion. 2019;59(6):1916–20. DOI: 10.1111/trf.15230","Becker P.S., Griffiths E.A., Alwan L.M., Bachiashvili K., Brown A. NCCN guidelines insights: hematopoietic growth factors, version 1.2020. J Natl Compr Canc Netw. 2020;18(1):12–22. DOI: 10.6004/jnccn.2020.0002","Сакаева Д.Д. Анемия и дефицит железа у онкологических больных: роль внутривенных препаратов железа (обзор литературы). Современная онкология. 2022;24(4):468–76. DOI: 10.26442/18151434.2022.4.202018","Саевец В.В., Алексеева А.П., Таратонов А.В., Мухин А.А., Чижовская А.В. Анализ экономической эффективности терапии железодефицитной анемии у пациентов со злокачественными новообразованиями. Уральский медицинский журнал. 2021;20(2):59–63. DOI: 10.52420/2071-5943-2021-20-2-59-63","Алборов А.Э., Ханевич М.Д., Бессмельцев С.С. Комплексный подход к коррекции анемии в предоперационном периоде при резекциях печени у пациентов с колоректальным раком и метастатическим поражением печени. Казанский медицинский журнал. 2020;10(5):677–84. DOI: 10.17816/KMJ2020-677","Musallam K.M., Tamim H.M., Richards T., Spahn D.R., Rosenda­al F.R., Habbal A., et al. Preoperative anaemia and postoperative outcomes in non-cardiac surgery: a retrospective cohort study. Lancet. 2011 Oct 15;378(9800):1396–407. DOI: 10.1016/S0140-6736(11)61381-0","Moncur A., Chowdhary M., Chu Y., Francis N.K. Impact and outcomes of postoperative anaemia in colorectal cancer patients: a systematic review. Colorectal Dis. 2021;23(4):776–86. DOI: 10.1111/codi.15461","Jahangirifard A., Chegini A., Maghari A. Evaluating preoperative intravenous iron and erythropoietin treatment and outcomes in cardiac surgery patients. Anesth Pain Med. 2023;13(2):e130899. DOI: 10.5812/aapm-130899","Lederhuber H., Massey L.H., Abeysiri S., Roman A.M., Rajaretnam N., McDermott D.F., et al. Preoperative intravenous iron and the risk of blood transfusion in colorectal cancer surgery: meta-analysis of randomized clinical trials. Br J Surg. 2024;111(1):320. DOI: 10.1093/bjs/znad320","Auerbach M., Ballard H., Trout J.R., McIlwain M., Ackerman A., Bahrain H., et al. Intravenous iron optimizes the response to recombinant human erythropoietin in cancer patients with chemotherapy-related anemia: a multicenter, open-label, randomized trial. J Clin Oncol. 2004;22(7):1301–7. DOI: 10.1200/JCO.2004.08.119","Lim J., Auerbach M., MacLean B., Al-Sharea A., Richards T. Intravenous iron therapy to treat anemia in oncology: a mapping review of randomized controlled trials. Curr Oncol. 2023;30(9):7836–51. DOI: 10.3390/curroncol30090569","Steinmetz H.T. Clinical experience with ferric carboxymaltose in the treatment of cancer- and chemotherapy-associated anaemia. Ther Adv Hematol. Ann Oncol. 2013;24(2):475–82. DOI: 10.1093/annonc/mds338","Владимирова Л.Ю., Абрамова Н.А., Льянова А.А., Сторожакова А.Э., Попова И.Л., Теплякова М.А. и др. Эпоэтин альфа в лечении анемии у пациентов со злокачественными солидными опухолями в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии. Медицинский совет. 2022;16(9):117–25. DOI: 10.21518/2079-701X-2022-16-9-117-125","Sung H, Ferlay J, Siegel R.L., Laversanne M., Soerjomataram I., Jemal A., et al. Global cancer statistics 2020: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries. CA Cancer J Clin. 2021:71:209–49. DOI: 10.3322/caac.21660","Nikbakht H.A., Hassanipour S., Shojaie L., Vali M., Ghaffari-Fam S., Ghelichi-Ghojogh M., et al. Survival rate of colorectal cancer in eastern mediterranean region countries: a systematic review and meta-analysis. Cancer control. 2020;27(1):1073274820964146. DOI: 10.1177/1073274820964146","Miller K.D., Nogueira L., Devasia T. Cancer treatment and survivorship statistics. CA Cancer J Clin. 2022;72(5):409–36. DOI: 10.3322/caac.2173","Каприн А.Д., Старинский В.В., Шахзадова А.О. (ред.) Злокачественные новообразования в России в 2023 году (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ им. П.А. Герцена — филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; 2024","Максимова П.Е., Голубинская Е.П., Сеферов Б.Д., Зяблицкая Е.Ю. Колоректальный рак: эпидемиология, канцерогенез, молекулярно-генетические и клеточные механизмы резистентности к терапии (аналитический обзор). Колопроктология. 2023;22(2):160–71. DOI: 10.33878/2073-7556-2023-22-2-160-171","Chardalias L., Papaconstantinou I., Gklavas A., Politou M., Theodosopoulos T. Iron deficiency anemia in colorectal cancer patients: is preoperative intravenous iron infusion indicated? A narrative review of the literature. Cancer Diagn Progn. 2023;3(2):163–8. DOI: 10.21873/cdp.10196","Tonino R.P.B, Wilson M., Zwaginga J.J., Schipperus M.R. Prevalence of iron deficiency and red blood cell transfusions in surgical patients. Vox Sang. 2022;117(3):379–85. DOI: 10.1111/vox.13194","Win N., Almusawy M., Fitzgerald L., Hannah G., Bullock T. Prevention of hemolytic transfusion reactions with intravenous immunoglobulin prophylaxis in U-patients with anti-U. Transfusion. 2019;59(6):1916–20. DOI: 10.1111/trf.15230","Becker P.S., Griffiths E.A., Alwan L.M., Bachiashvili K., Brown A. NCCN guidelines insights: hematopoietic growth factors, version 1.2020. J Natl Compr Canc Netw. 2020;18(1):12–22. DOI: 10.6004/jnccn.2020.0002","Сакаева Д.Д. Анемия и дефицит железа у онкологических больных: роль внутривенных препаратов железа (обзор литературы). Современная онкология. 2022;24(4):468–76. DOI: 10.26442/18151434.2022.4.202018","Саевец В.В., Алексеева А.П., Таратонов А.В., Мухин А.А., Чижовская А.В. Анализ экономической эффективности терапии железодефицитной анемии у пациентов со злокачественными новообразованиями. Уральский медицинский журнал. 2021;20(2):59–63. DOI: 10.52420/2071-5943-2021-20-2-59-63","Алборов А.Э., Ханевич М.Д., Бессмельцев С.С. Комплексный подход к коррекции анемии в предоперационном периоде при резекциях печени у пациентов с колоректальным раком и метастатическим поражением печени. Казанский медицинский журнал. 2020;10(5):677–84. DOI: 10.17816/KMJ2020-677","Musallam K.M., Tamim H.M., Richards T., Spahn D.R., Rosenda­al F.R., Habbal A., et al. Preoperative anaemia and postoperative outcomes in non-cardiac surgery: a retrospective cohort study. Lancet. 2011 Oct 15;378(9800):1396–407. DOI: 10.1016/S0140-6736(11)61381-0","Moncur A., Chowdhary M., Chu Y., Francis N.K. Impact and outcomes of postoperative anaemia in colorectal cancer patients: a systematic review. Colorectal Dis. 2021;23(4):776–86. DOI: 10.1111/codi.15461","Jahangirifard A., Chegini A., Maghari A. Evaluating preoperative intravenous iron and erythropoietin treatment and outcomes in cardiac surgery patients. Anesth Pain Med. 2023;13(2):e130899. DOI: 10.5812/aapm-130899","Lederhuber H., Massey L.H., Abeysiri S., Roman A.M., Rajaretnam N., McDermott D.F., et al. Preoperative intravenous iron and the risk of blood transfusion in colorectal cancer surgery: meta-analysis of randomized clinical trials. Br J Surg. 2024;111(1):320. DOI: 10.1093/bjs/znad320","Auerbach M., Ballard H., Trout J.R., McIlwain M., Ackerman A., Bahrain H., et al. Intravenous iron optimizes the response to recombinant human erythropoietin in cancer patients with chemotherapy-related anemia: a multicenter, open-label, randomized trial. J Clin Oncol. 2004;22(7):1301–7. DOI: 10.1200/JCO.2004.08.119","Lim J., Auerbach M., MacLean B., Al-Sharea A., Richards T. Intravenous iron therapy to treat anemia in oncology: a mapping review of randomized controlled trials. Curr Oncol. 2023;30(9):7836–51. DOI: 10.3390/curroncol30090569","Steinmetz H.T. Clinical experience with ferric carboxymaltose in the treatment of cancer- and chemotherapy-associated anaemia. Ther Adv Hematol. Ann Oncol. 2013;24(2):475–82. DOI: 10.1093/annonc/mds338","Владимирова Л.Ю., Абрамова Н.А., Льянова А.А., Сторожакова А.Э., Попова И.Л., Теплякова М.А. и др. Эпоэтин альфа в лечении анемии у пациентов со злокачественными солидными опухолями в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии. Медицинский совет. 2022;16(9):117–25. DOI: 10.21518/2079-701X-2022-16-9-117-125"],"dc.citation.ru":["Sung H, Ferlay J, Siegel R.L., Laversanne M., Soerjomataram I., Jemal A., et al. Global cancer statistics 2020: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries. CA Cancer J Clin. 2021:71:209–49. DOI: 10.3322/caac.21660","Nikbakht H.A., Hassanipour S., Shojaie L., Vali M., Ghaffari-Fam S., Ghelichi-Ghojogh M., et al. Survival rate of colorectal cancer in eastern mediterranean region countries: a systematic review and meta-analysis. Cancer control. 2020;27(1):1073274820964146. DOI: 10.1177/1073274820964146","Miller K.D., Nogueira L., Devasia T. Cancer treatment and survivorship statistics. CA Cancer J Clin. 2022;72(5):409–36. DOI: 10.3322/caac.2173","Каприн А.Д., Старинский В.В., Шахзадова А.О. (ред.) Злокачественные новообразования в России в 2023 году (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ им. П.А. Герцена — филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; 2024","Максимова П.Е., Голубинская Е.П., Сеферов Б.Д., Зяблицкая Е.Ю. Колоректальный рак: эпидемиология, канцерогенез, молекулярно-генетические и клеточные механизмы резистентности к терапии (аналитический обзор). Колопроктология. 2023;22(2):160–71. DOI: 10.33878/2073-7556-2023-22-2-160-171","Chardalias L., Papaconstantinou I., Gklavas A., Politou M., Theodosopoulos T. Iron deficiency anemia in colorectal cancer patients: is preoperative intravenous iron infusion indicated? A narrative review of the literature. Cancer Diagn Progn. 2023;3(2):163–8. DOI: 10.21873/cdp.10196","Tonino R.P.B, Wilson M., Zwaginga J.J., Schipperus M.R. Prevalence of iron deficiency and red blood cell transfusions in surgical patients. Vox Sang. 2022;117(3):379–85. DOI: 10.1111/vox.13194","Win N., Almusawy M., Fitzgerald L., Hannah G., Bullock T. Prevention of hemolytic transfusion reactions with intravenous immunoglobulin prophylaxis in U-patients with anti-U. Transfusion. 2019;59(6):1916–20. DOI: 10.1111/trf.15230","Becker P.S., Griffiths E.A., Alwan L.M., Bachiashvili K., Brown A. NCCN guidelines insights: hematopoietic growth factors, version 1.2020. J Natl Compr Canc Netw. 2020;18(1):12–22. DOI: 10.6004/jnccn.2020.0002","Сакаева Д.Д. Анемия и дефицит железа у онкологических больных: роль внутривенных препаратов железа (обзор литературы). Современная онкология. 2022;24(4):468–76. DOI: 10.26442/18151434.2022.4.202018","Саевец В.В., Алексеева А.П., Таратонов А.В., Мухин А.А., Чижовская А.В. Анализ экономической эффективности терапии железодефицитной анемии у пациентов со злокачественными новообразованиями. Уральский медицинский журнал. 2021;20(2):59–63. DOI: 10.52420/2071-5943-2021-20-2-59-63","Алборов А.Э., Ханевич М.Д., Бессмельцев С.С. Комплексный подход к коррекции анемии в предоперационном периоде при резекциях печени у пациентов с колоректальным раком и метастатическим поражением печени. Казанский медицинский журнал. 2020;10(5):677–84. DOI: 10.17816/KMJ2020-677","Musallam K.M., Tamim H.M., Richards T., Spahn D.R., Rosenda­al F.R., Habbal A., et al. Preoperative anaemia and postoperative outcomes in non-cardiac surgery: a retrospective cohort study. Lancet. 2011 Oct 15;378(9800):1396–407. DOI: 10.1016/S0140-6736(11)61381-0","Moncur A., Chowdhary M., Chu Y., Francis N.K. Impact and outcomes of postoperative anaemia in colorectal cancer patients: a systematic review. Colorectal Dis. 2021;23(4):776–86. DOI: 10.1111/codi.15461","Jahangirifard A., Chegini A., Maghari A. Evaluating preoperative intravenous iron and erythropoietin treatment and outcomes in cardiac surgery patients. Anesth Pain Med. 2023;13(2):e130899. DOI: 10.5812/aapm-130899","Lederhuber H., Massey L.H., Abeysiri S., Roman A.M., Rajaretnam N., McDermott D.F., et al. Preoperative intravenous iron and the risk of blood transfusion in colorectal cancer surgery: meta-analysis of randomized clinical trials. Br J Surg. 2024;111(1):320. DOI: 10.1093/bjs/znad320","Auerbach M., Ballard H., Trout J.R., McIlwain M., Ackerman A., Bahrain H., et al. Intravenous iron optimizes the response to recombinant human erythropoietin in cancer patients with chemotherapy-related anemia: a multicenter, open-label, randomized trial. J Clin Oncol. 2004;22(7):1301–7. DOI: 10.1200/JCO.2004.08.119","Lim J., Auerbach M., MacLean B., Al-Sharea A., Richards T. Intravenous iron therapy to treat anemia in oncology: a mapping review of randomized controlled trials. Curr Oncol. 2023;30(9):7836–51. DOI: 10.3390/curroncol30090569","Steinmetz H.T. Clinical experience with ferric carboxymaltose in the treatment of cancer- and chemotherapy-associated anaemia. Ther Adv Hematol. Ann Oncol. 2013;24(2):475–82. DOI: 10.1093/annonc/mds338","Владимирова Л.Ю., Абрамова Н.А., Льянова А.А., Сторожакова А.Э., Попова И.Л., Теплякова М.А. и др. Эпоэтин альфа в лечении анемии у пациентов со злокачественными солидными опухолями в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии. Медицинский совет. 2022;16(9):117–25. DOI: 10.21518/2079-701X-2022-16-9-117-125"],"dc.citation.en":["Sung H, Ferlay J, Siegel R.L., Laversanne M., Soerjomataram I., Jemal A., et al. Global cancer statistics 2020: GLOBOCAN estimates of incidence and mortality worldwide for 36 cancers in 185 countries. CA Cancer J Clin. 2021:71:209–49. DOI: 10.3322/caac.21660","Nikbakht H.A., Hassanipour S., Shojaie L., Vali M., Ghaffari-Fam S., Ghelichi-Ghojogh M., et al. Survival rate of colorectal cancer in eastern mediterranean region countries: a systematic review and meta-analysis. Cancer control. 2020;27(1):1073274820964146. DOI: 10.1177/1073274820964146","Miller K.D., Nogueira L., Devasia T. Cancer treatment and survivorship statistics. CA Cancer J Clin. 2022;72(5):409–36. DOI: 10.3322/caac.2173","Каприн А.Д., Старинский В.В., Шахзадова А.О. (ред.) Злокачественные новообразования в России в 2023 году (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ им. П.А. Герцена — филиал ФГБУ «НМИЦ радиологии» Минздрава России; 2024","Максимова П.Е., Голубинская Е.П., Сеферов Б.Д., Зяблицкая Е.Ю. Колоректальный рак: эпидемиология, канцерогенез, молекулярно-генетические и клеточные механизмы резистентности к терапии (аналитический обзор). Колопроктология. 2023;22(2):160–71. DOI: 10.33878/2073-7556-2023-22-2-160-171","Chardalias L., Papaconstantinou I., Gklavas A., Politou M., Theodosopoulos T. Iron deficiency anemia in colorectal cancer patients: is preoperative intravenous iron infusion indicated? A narrative review of the literature. Cancer Diagn Progn. 2023;3(2):163–8. DOI: 10.21873/cdp.10196","Tonino R.P.B, Wilson M., Zwaginga J.J., Schipperus M.R. Prevalence of iron deficiency and red blood cell transfusions in surgical patients. Vox Sang. 2022;117(3):379–85. DOI: 10.1111/vox.13194","Win N., Almusawy M., Fitzgerald L., Hannah G., Bullock T. Prevention of hemolytic transfusion reactions with intravenous immunoglobulin prophylaxis in U-patients with anti-U. Transfusion. 2019;59(6):1916–20. DOI: 10.1111/trf.15230","Becker P.S., Griffiths E.A., Alwan L.M., Bachiashvili K., Brown A. NCCN guidelines insights: hematopoietic growth factors, version 1.2020. J Natl Compr Canc Netw. 2020;18(1):12–22. DOI: 10.6004/jnccn.2020.0002","Сакаева Д.Д. Анемия и дефицит железа у онкологических больных: роль внутривенных препаратов железа (обзор литературы). Современная онкология. 2022;24(4):468–76. DOI: 10.26442/18151434.2022.4.202018","Саевец В.В., Алексеева А.П., Таратонов А.В., Мухин А.А., Чижовская А.В. Анализ экономической эффективности терапии железодефицитной анемии у пациентов со злокачественными новообразованиями. Уральский медицинский журнал. 2021;20(2):59–63. DOI: 10.52420/2071-5943-2021-20-2-59-63","Алборов А.Э., Ханевич М.Д., Бессмельцев С.С. Комплексный подход к коррекции анемии в предоперационном периоде при резекциях печени у пациентов с колоректальным раком и метастатическим поражением печени. Казанский медицинский журнал. 2020;10(5):677–84. DOI: 10.17816/KMJ2020-677","Musallam K.M., Tamim H.M., Richards T., Spahn D.R., Rosenda­al F.R., Habbal A., et al. Preoperative anaemia and postoperative outcomes in non-cardiac surgery: a retrospective cohort study. Lancet. 2011 Oct 15;378(9800):1396–407. DOI: 10.1016/S0140-6736(11)61381-0","Moncur A., Chowdhary M., Chu Y., Francis N.K. Impact and outcomes of postoperative anaemia in colorectal cancer patients: a systematic review. Colorectal Dis. 2021;23(4):776–86. DOI: 10.1111/codi.15461","Jahangirifard A., Chegini A., Maghari A. Evaluating preoperative intravenous iron and erythropoietin treatment and outcomes in cardiac surgery patients. Anesth Pain Med. 2023;13(2):e130899. DOI: 10.5812/aapm-130899","Lederhuber H., Massey L.H., Abeysiri S., Roman A.M., Rajaretnam N., McDermott D.F., et al. Preoperative intravenous iron and the risk of blood transfusion in colorectal cancer surgery: meta-analysis of randomized clinical trials. Br J Surg. 2024;111(1):320. DOI: 10.1093/bjs/znad320","Auerbach M., Ballard H., Trout J.R., McIlwain M., Ackerman A., Bahrain H., et al. Intravenous iron optimizes the response to recombinant human erythropoietin in cancer patients with chemotherapy-related anemia: a multicenter, open-label, randomized trial. J Clin Oncol. 2004;22(7):1301–7. DOI: 10.1200/JCO.2004.08.119","Lim J., Auerbach M., MacLean B., Al-Sharea A., Richards T. Intravenous iron therapy to treat anemia in oncology: a mapping review of randomized controlled trials. Curr Oncol. 2023;30(9):7836–51. DOI: 10.3390/curroncol30090569","Steinmetz H.T. Clinical experience with ferric carboxymaltose in the treatment of cancer- and chemotherapy-associated anaemia. Ther Adv Hematol. Ann Oncol. 2013;24(2):475–82. DOI: 10.1093/annonc/mds338","Владимирова Л.Ю., Абрамова Н.А., Льянова А.А., Сторожакова А.Э., Попова И.Л., Теплякова М.А. и др. Эпоэтин альфа в лечении анемии у пациентов со злокачественными солидными опухолями в процессе проведения противоопухолевой лекарственной терапии. Медицинский совет. 2022;16(9):117–25. DOI: 10.21518/2079-701X-2022-16-9-117-125"],"dc.identifier.uri":["http://hdl.handle.net/123456789/8910"],"dc.date.accessioned_dt":"2025-07-09T13:58:52Z","dc.date.accessioned":["2025-07-09T13:58:52Z"],"dc.date.available":["2025-07-09T13:58:52Z"],"publication_grp":["123456789/8910"],"bi_4_dis_filter":["коррекция анемии\n|||\nкоррекция анемии","iron deficiency anemia\n|||\niron deficiency anemia","колоректальный рак\n|||\nколоректальный рак","iron compounds\n|||\niron compounds","железодефицитная анемия\n|||\nжелезодефицитная анемия","colorectal cancer\n|||\ncolorectal cancer","correction of anemia\n|||\ncorrection of anemia","cancer treatment\n|||\ncancer treatment","соединения железа\n|||\nсоединения железа","blood transfusion\n|||\nblood transfusion","противоопухолевое лечение\n|||\nпротивоопухолевое лечение","переливание крови\n|||\nпереливание крови"],"bi_4_dis_partial":["cancer treatment","blood transfusion","коррекция анемии","переливание крови","colorectal cancer","колоректальный рак","correction of anemia","железодефицитная анемия","iron compounds","iron deficiency anemia","противоопухолевое лечение","соединения железа"],"bi_4_dis_value_filter":["cancer treatment","blood transfusion","коррекция анемии","переливание крови","colorectal cancer","колоректальный рак","correction of anemia","железодефицитная анемия","iron compounds","iron deficiency anemia","противоопухолевое лечение","соединения железа"],"bi_sort_1_sort":"ferric carboxymaltose in the treatment of anemia in patients with locally advanced colon cancer","bi_sort_3_sort":"2025-07-09T13:58:52Z","read":["g0"],"_version_":1837178062398029824},{"SolrIndexer.lastIndexed":"2025-07-09T13:58:52.05Z","search.uniqueid":"2-8020","search.resourcetype":2,"search.resourceid":8020,"handle":"123456789/8909","location":["m195","l687"],"location.comm":["195"],"location.coll":["687"],"withdrawn":"false","discoverable":"true","dc.doi":["10.24060/2076-3093-2025-15-1-5-11"],"dc.abstract":["

Introduction. One of the main goals in the treatment of thrombophlebitis of saphenous veins is to separate the superficial veins from the deep ones at the sites of the most frequent transition of thrombotic masses. At the same time, the implementation of endovenous treatment methods for thrombophlebitis lacks an evidence base regulating all aspects of this procedure. Aim. This study aims to increase the effectiveness of endovenous laser coagulation for patients with varicose complicated by declined thrombophlebitis of subcutaneous veins. To that end, a modified technique of endovenous laser coagulation of the great saphenous vein was developed and implemented in clinical practice at Bashmedcenter LLC. This modified surgical intervention aims to reduce the economic costs of performing the procedure, shorten surgery duration, and improve the cosmetic result and the quality of patients’ lives. The procedure of the operation was patented, and the patent for invention No. RU 2827090 C1 was issued.

Materials and methods. From 01.01.2022 to 31.12.2022, 50 patients with varicose of the lower extremities and moderate-risk thrombophlebitis of the great saphenous vein underwent endovenous laser coagulation in Bashmedcenter LLC. The examined patients were divided into a control group (34 patients) and a comparison group (16 patients). All patients underwent an assessment of the quality of life before and after surgery using a visual analog scale (VAS). A primary economic assessment of the costs for surgical intervention in patients with standard and modified endovenous laser coagulations was also performed.

Results and discussion. Before surgery, no statistically significant difference in quality of life between the two groups was observed. After surgery, positive clinical and aesthetic results were obtained in the group of modified endovenous laser coagulation. An economic evaluation of the costs for surgical treatment and measurement of the laser-coagulation duration were performed, which showed the advantage of the modified technique. According to statistics, patients who underwent a modified technique of endovenous laser coagulation of the great saphenous vein showed a significantly better quality of life at follow-up examinations on days 7, 30, and 90 after surgery.

Conclusion. The data obtained during the comparative analysis of treatment results showed the effectiveness of a modified technique of endovenous laser coagulation of the great saphenous vein in patients with varicose and declined moderate-risk thrombophlebitis, which is proved by a higher quality of life, better clinical outcome, and shorter surgery duration.

","

Введение. Одной из основных целей при лечении тромбофлебита подкожных вен является разобщение поверхностных вен от глубоких в местах наиболее частого перехода тромботических масс. В то же время выполнение методов эндовенозного лечения при тромбофлебите не имеет доказательной базы, регламентирующей все аспекты выполнения данной процедуры.

Цель: повышение эффективности эндовенозной лазерной коагуляции у пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим тромбофлебитом подкожных вен. Для этого в ООО «Башмедцентр» была разработана и внедрена в клиническую практику модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены (патент № 2827090 C1).

Материалы и методы. На базе ООО «Башмедцентр» с 01.01.2022 по 31.12.2022 у 50 пациентов, имеющих варикозную болезнь нижних конечностей и стихший тромбофлебит большой подкожной вены умеренного риска, была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция. Обследуемые были разделены на контрольную группу (34 пациента) и группу сравнения (16 пациентов). У всех пациентов выполнялась оценка качества жизни до и после оперативного вмешательства с использованием визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Также была выполнена первичная экономическая оценка стоимости оперативного вмешательства у пациентов со стандартной и модифицированной методиками эндовенозной лазерной коагуляции.

Результаты и обсуждение. До операции статистически значимой разницы качества жизни не было между обеими группами. В группе модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции получены положительные клинические и эстетические результаты после операции. Была выполнена экономическая оценка затрат на оперативное лечение, а также измерение продолжительности этапа лазерной коагуляции, показавшие преимущество модифицированной методики. Пациенты, перенесшие модифицированную методику эндовенозной лазерной коагуляции, показали статистически значимо лучший уровень качества жизни на контрольных осмотрах на 7, 30 и 90-е сутки после выполненной операции.

Заключение. Данные, полученные в ходе сравнительного анализа результатов лечения, показали эффективность модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью и стихшим тромбофлебитом умеренного риска, что проявляется в виде более высокого уровня качества жизни, лучшего клинического результата и меньшей длительности операции.

"],"dc.abstract.en":["

Introduction. One of the main goals in the treatment of thrombophlebitis of saphenous veins is to separate the superficial veins from the deep ones at the sites of the most frequent transition of thrombotic masses. At the same time, the implementation of endovenous treatment methods for thrombophlebitis lacks an evidence base regulating all aspects of this procedure. Aim. This study aims to increase the effectiveness of endovenous laser coagulation for patients with varicose complicated by declined thrombophlebitis of subcutaneous veins. To that end, a modified technique of endovenous laser coagulation of the great saphenous vein was developed and implemented in clinical practice at Bashmedcenter LLC. This modified surgical intervention aims to reduce the economic costs of performing the procedure, shorten surgery duration, and improve the cosmetic result and the quality of patients’ lives. The procedure of the operation was patented, and the patent for invention No. RU 2827090 C1 was issued.

Materials and methods. From 01.01.2022 to 31.12.2022, 50 patients with varicose of the lower extremities and moderate-risk thrombophlebitis of the great saphenous vein underwent endovenous laser coagulation in Bashmedcenter LLC. The examined patients were divided into a control group (34 patients) and a comparison group (16 patients). All patients underwent an assessment of the quality of life before and after surgery using a visual analog scale (VAS). A primary economic assessment of the costs for surgical intervention in patients with standard and modified endovenous laser coagulations was also performed.

Results and discussion. Before surgery, no statistically significant difference in quality of life between the two groups was observed. After surgery, positive clinical and aesthetic results were obtained in the group of modified endovenous laser coagulation. An economic evaluation of the costs for surgical treatment and measurement of the laser-coagulation duration were performed, which showed the advantage of the modified technique. According to statistics, patients who underwent a modified technique of endovenous laser coagulation of the great saphenous vein showed a significantly better quality of life at follow-up examinations on days 7, 30, and 90 after surgery.

Conclusion. The data obtained during the comparative analysis of treatment results showed the effectiveness of a modified technique of endovenous laser coagulation of the great saphenous vein in patients with varicose and declined moderate-risk thrombophlebitis, which is proved by a higher quality of life, better clinical outcome, and shorter surgery duration.

"],"subject":["endovenous laser coagulation","varicose","thrombophlebitis","great saphenous vein","lower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь","тромбофлебит","большая подкожная вена","нижняя конечность"],"subject_keyword":["endovenous laser coagulation","endovenous laser coagulation","varicose","varicose","thrombophlebitis","thrombophlebitis","great saphenous vein","great saphenous vein","lower extremity","lower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция","эндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь","варикозная болезнь","тромбофлебит","тромбофлебит","большая подкожная вена","большая подкожная вена","нижняя конечность","нижняя конечность"],"subject_ac":["endovenous laser coagulation\n|||\nendovenous laser coagulation","varicose\n|||\nvaricose","thrombophlebitis\n|||\nthrombophlebitis","great saphenous vein\n|||\ngreat saphenous vein","lower extremity\n|||\nlower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция\n|||\nэндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь\n|||\nварикозная болезнь","тромбофлебит\n|||\nтромбофлебит","большая подкожная вена\n|||\nбольшая подкожная вена","нижняя конечность\n|||\nнижняя конечность"],"subject_tax_0_filter":["endovenous laser coagulation\n|||\nendovenous laser coagulation","varicose\n|||\nvaricose","thrombophlebitis\n|||\nthrombophlebitis","great saphenous vein\n|||\ngreat saphenous vein","lower extremity\n|||\nlower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция\n|||\nэндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь\n|||\nварикозная болезнь","тромбофлебит\n|||\nтромбофлебит","большая подкожная вена\n|||\nбольшая подкожная вена","нижняя конечность\n|||\nнижняя конечность"],"subject_filter":["endovenous laser coagulation\n|||\nendovenous laser coagulation","varicose\n|||\nvaricose","thrombophlebitis\n|||\nthrombophlebitis","great saphenous vein\n|||\ngreat saphenous vein","lower extremity\n|||\nlower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция\n|||\nэндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь\n|||\nварикозная болезнь","тромбофлебит\n|||\nтромбофлебит","большая подкожная вена\n|||\nбольшая подкожная вена","нижняя конечность\n|||\nнижняя конечность"],"dc.subject_mlt":["endovenous laser coagulation","varicose","thrombophlebitis","great saphenous vein","lower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь","тромбофлебит","большая подкожная вена","нижняя конечность"],"dc.subject":["endovenous laser coagulation","varicose","thrombophlebitis","great saphenous vein","lower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь","тромбофлебит","большая подкожная вена","нижняя конечность"],"dc.subject.en":["endovenous laser coagulation","varicose","thrombophlebitis","great saphenous vein","lower extremity"],"title":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"title_keyword":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"title_ac":["modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: stage of declined thrombophlebitis\n|||\nModification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита\n|||\nМодификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"dc.title_sort":"Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","dc.title_hl":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"dc.title_mlt":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"dc.title":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis","Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"dc.title_stored":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nen","Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nru"],"dc.title.en":["Modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: Stage of declined thrombophlebitis"],"dc.abstract.ru":["

Введение. Одной из основных целей при лечении тромбофлебита подкожных вен является разобщение поверхностных вен от глубоких в местах наиболее частого перехода тромботических масс. В то же время выполнение методов эндовенозного лечения при тромбофлебите не имеет доказательной базы, регламентирующей все аспекты выполнения данной процедуры.

Цель: повышение эффективности эндовенозной лазерной коагуляции у пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим тромбофлебитом подкожных вен. Для этого в ООО «Башмедцентр» была разработана и внедрена в клиническую практику модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены (патент № 2827090 C1).

Материалы и методы. На базе ООО «Башмедцентр» с 01.01.2022 по 31.12.2022 у 50 пациентов, имеющих варикозную болезнь нижних конечностей и стихший тромбофлебит большой подкожной вены умеренного риска, была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция. Обследуемые были разделены на контрольную группу (34 пациента) и группу сравнения (16 пациентов). У всех пациентов выполнялась оценка качества жизни до и после оперативного вмешательства с использованием визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Также была выполнена первичная экономическая оценка стоимости оперативного вмешательства у пациентов со стандартной и модифицированной методиками эндовенозной лазерной коагуляции.

Результаты и обсуждение. До операции статистически значимой разницы качества жизни не было между обеими группами. В группе модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции получены положительные клинические и эстетические результаты после операции. Была выполнена экономическая оценка затрат на оперативное лечение, а также измерение продолжительности этапа лазерной коагуляции, показавшие преимущество модифицированной методики. Пациенты, перенесшие модифицированную методику эндовенозной лазерной коагуляции, показали статистически значимо лучший уровень качества жизни на контрольных осмотрах на 7, 30 и 90-е сутки после выполненной операции.

Заключение. Данные, полученные в ходе сравнительного анализа результатов лечения, показали эффективность модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью и стихшим тромбофлебитом умеренного риска, что проявляется в виде более высокого уровня качества жизни, лучшего клинического результата и меньшей длительности операции.

"],"dc.fullHTML":["

ВВЕДЕНИЕ

\n

Тромбофлебит подкожных вен (ТФПВ) является одним из наиболее частых и угрожающих осложнений варикозной болезни нижних конечностей (ВБНК) за счет формирования тромботических масс в просвете подкожных вен, который может приводить к тромбозу глубоких вен или тромбоэмболии легочной артерии. В мировой литературе работ, посвященных тематике ТФПВ, меньше в сравнении с количеством трудов, посвященных тромбозу глубоких вен нижних конечностей (ТГВ). Данная ситуация объясняется сформировавшимся мнением, что ТФПВ является доброкачественным, редко осложняющимся заболеванием, которое может подвергаться самоизлечению, а также легко может быть диагностировано путем клинического осмотра [1].

\n

При диагностировании тромбофлебита во время первичного приема необходима дифференцировка по стадии заболевания (острый, стихающий и стихший), а также определение риска перехода тромботических масс на систему глубоких вен (низкий, умеренный и высокий) [2]. Действующие клинические рекомендации по лечению тромбофлебита предписывают возможный спектр оперативных вмешательств, которые доказали свою безопасность на конкретной стадии заболевания с учетом имеющихся рисков перехода тромботических масс на глубокие вены. Прежнее убеждение об эффективности и целесообразности экстренной кроссэктомии уступило место первичной антикоагулянтной терапии [3][4][5][6], так же как эндовенозные методики лазерной коагуляции (ЭВЛК) в настоящее время по имеющимся данным международных и отечественных работ являются методом выбора при равнодоступности открытых и эндовенозных методик лечения варикозной болезни, отягощенной тромбофлебитом [3][7][8]. Однако даже после выполнения адекватной антикоагулянтной терапии в острой стадии ТФПВ в последующем на протяжении нескольких месяцев или лет сохраняется более высокий риск ТГВ и тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) [6].

\n

Тем не менее оперативное вмешательство рекомендуется проводить на стадии стихающего или стихшего ТФПВ, при этом наиболее частой локализацией тромботических масс является v. safena magna [7]. Однако, несмотря на преимущества эндовенозных методик лечения, недостаточно данных по эффективности и безопасности выполнения данной методики при наличии пристеночных или окклюзирующих тромботических масс, что привело к разработке методов ЭВЛК через несколько доступов, или так называемой тотал-ЭВЛК. Однако большее количество доступов приводит к большей вероятности операционных осложнений (воспалительных, геморрагических и др.). Таким образом, появление новых методик, позволяющих снизить травматизацию тканей за счет уменьшения количества чрескожных доступов, является одной из актуальных проблем в современной флебологии.

\n

Цель: повышение эффективности эндовенозной лазерной коагуляции у пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим тромбофлебитом подкожных вен.

\n

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

\n

С целью повышения эффективности хирургического лечения пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим ТФПВ умеренного риска, на базе ООО «Башмедцентр» была разработана и внедрена в клиническую практику новая модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены.

\n

Исследование было проспективным рандомизированным контролируемым. Материалом для выполнения исследования были результаты лечения пациентов на базе ООО «Башмедцентр» в период с 1 января по 31 декабря 2022 года. Для исследования были отобраны 50 пациентов, включенных в анализ по критериям включения и исключения. Размер выборки был обусловлен количеством пролеченных пациентов, подходивших для исследования, и количеством пациентов, согласных на участие в исследовании.

\n

Критериями включения являлись: наличие варикозной болезни нижних конечностей C2–С4 по классификации СЕАР; наличие стихшего тромбофлебита большой подкожной вены умеренного риска, подтвержденного выполнением ультразвукового дуплексного сканирования (УЗДС); срок от предполагаемого эпизода ТФПВ более 21 суток и менее 3 месяцев.

\n

Критерии исключения: ранее перенесенное хирургическое вмешательство на подкожных венах пораженной конечности; индекс массы тела более 30 кг/м²; наличие тромбофилии; ранее перенесенные эпизоды венозного тромбоэмболизма; прием гормональных препаратов; наличие признаков дисплазии соединительной ткани; хроническая артериальная недостаточность более чем I стадии по классификации Покровского.

\n

Первичной конечной точкой в исследовании считали: летальный исход; развитие ВТЭО; послеоперационные осложнения (неврологические или геморрагические); гиперпигментация; отсутствие полной термической окклюзии просвета коагулированной подкожной вены.

\n

Всем пациентам после стандартного предоперационного обследования была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция пораженной большой подкожной вены после подписания информированного добровольного согласия на участие в исследовании. Все пациенты были осведомлены об особенностях операции, тактике лечения и послеоперационного ведения. Все данные пациентов были зарегистрированы в обезличенной форме.

\n

Все пациенты были разделены на контрольную группу (n = 34) и группу сравнения (n = 16). Контрольной группе была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по классической методике с применением двух интродьюсеров, группе сравнения была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по модифицированной методике. По наличию сопутствующих заболеваний обе группы были сопоставимы.

\n

Модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены (БПВ) отличалась от классической методики тем, что при наличии пристеночных тромботических масс, препятствующих проведению световода, выполнялась экстравазальная коррекция расположения хода световода путем введения тумесцентного раствора около кончика световода с целью изменения угла наклона кончика световода и, соответственно, смены его траектории движения в сосуде. Также при модифицированной методике ЭВЛК использовались следующие настройки мощности лазерного импульса: выставлялось 6 Вт в непрерывном режиме вне зависимости от диаметра БПВ в области соустья. Используемый аппарат для лазерной коагуляции — «Лахта-Милон» (Россия) с длиной волны 1470 нм. Световод для коагуляции применялся только однокольцевой радиальный. В приустьевом отделе при лазерной коагуляции использовали ручную тракцию световода, при этом следили, чтобы показатель линейной плотности потока энергии составлял от 90 до 100 Джоуль на сантиметр. Тракция выполнялась в области соустья с глубокой веной вручную; отступив от соустья на 5 см, ручная тракция сменялась на аппаратную со скоростью 1 мм в секунду. После окончания этапа лазерной коагуляции и удаления световода выполнялась дополнительная обработка оставшихся притоков подкожных вен путем выполнения мини-флебэктомии крючками Варади через микропроколы 2–3 мм. Проколы швами не ушивали, стягивали асептическими повязками. Заканчивали операцию одеванием компрессионного чулка 2-го класса компрессии и выполнением инъекции парентерального антикоагулянта в лечебной дозировке. Пациенты активизировались сразу же после выполнения процедуры.

\n

В течение 5 суток после операции пациентам назначался курс нестероидных противовоспалительных средств в пероральной форме.

\n

Клиническая оценка результата лечения основывалась на наличии и выраженности послеоперационных гематом, неврологических осложнений, полной окклюзии коагулированной вены, наличию или отсутствию осложнений. Оценка происходила во время контрольных осмотров, выполняемых на 1, 7, 30, 90-е сутки с момента хирургического вмешательства.

\n

На каждом контрольном осмотре всем пациентам выполнялось УЗДС вен нижних конечностей на аппарате Sonoscape S2N (Sonoscape, КНР) с применением линейного датчика.

\n

Пациентов, исключенных или выбывших из исследования, не было.

\n

Основной жалобой в послеоперационном периоде было наличие болевого синдрома, ввиду чего у всех пациентов выполнялась оценка качества жизни до и после оперативного вмешательства с использованием визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Визуально-аналоговая шкала была представлена в виде горизонтального отрезка длиной 100 мм, крайними точками которой являлось 0 — «отсутствие жалоб со стороны нижних конечностей» и 100 — «нестерпимая боль в нижних конечностях». Качество жизни по данной шкале выражалось в процентах.

\n

Дополнительно был выполнен первичный расчет экономической целесообразности разработанной методики эндовенозной лазерной коагуляции в сравнении со стандартной методикой операции.

\n

Для анализа полученных данных исследования использовали программный пакет Statistica компании StatSoft. Данные представлены в виде абсолютных и относительных значений (%), а также в виде средних значений. Для сравнения средних значений применяли t-критерий Стьюдента, а также t-критерий Уэлча. Для характеристики показателей вариационных рядов были использованы показатели: среднее значение (M), стандартное отклонение (SD). Статистически значимыми различия считали при p менее 0,05.

\n

РЕЗУЛЬТАТЫ

\n

Пациенты в обеих группах не имели статистически значимых различий между группами (табл. 1). При анализе исходного этапа проводимого исследования пациенты были сопоставимы по половой и возрастной характеристикам, не имелось статистически значимых различий по длительности наличия ВБНК, локализации тромботических масс в подкожных венах. Количество пациентов женского пола в каждой группе было больше в сравнении с лицами мужского пола.

\n\n

По наличию сопутствующих заболеваний также не было статистически значимых различий между обеими группами (табл. 2).

\n\n

Всем пациентам после предоперационного обследования была выполнена эндовенозная коагуляция большой подкожной вены в соответствии с планом исследования.

\n

Анализ безопасности лечения в группах контроля и сравнения не выявил случаев клинически значимых геморрагических осложнений, ТГВ и ТЭЛА, летальных исходов за период наблюдения.

\n

Неврологические осложнения в группе сравнения отсутствовали, в группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки на оперированной конечности отмечались явления парестезии на уровне голени.

\n

В группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки в области коагулированной большой подкожной вены была отмечена реканализация в приустьевом отделе, что может быть обусловлено сохранившимся состоятельным притоком БПВ в данной области. У всех остальных пациентов была полная термическая окклюзия целевой вены.

\n

В 1 (2,94 %) случае в группе контроля и в 1 (6,25 %) случае в группе сравнения на 7-е сутки после операции на уровне голени было отмечено появление гиперпигментации на уровне голени, что мы связали с S-типом хода большой подкожной вены в области голени, доступ у обеих пациенток был в области средней трети голени. При выявлении гиперпигментации во время контрольного осмотра пациенткам была назначена местная терапия — обработка мазью Детрагель 2 раза в сутки в течение 10 суток. Также данным пациенткам было рекомендовано ношение компрессионного трикотажа 2-го класса компрессии по стандарту RAL-GZ 387 для ежедневного ношения в течение 1 месяца, в последующем рекомендовалось ношение при длительных ортостатических нагрузках. Участок гиперпигментации у пациентки из контрольной группы на 90-е сутки отсутствовал, у пациентки из группы сравнения гиперпигментация отсутствовала на контрольном осмотре на 30-е сутки.

\n

При анализе длительности выполнения этапа от установки интродьюсера до окончания лазерной коагуляции, исключая время, выделенное на мини-флебэктомию, была получена статистически значимая разница между группой сравнения и контрольной группой: 22,5 ± 4,1 и 26,9 ± 5,3 мин соответственно (p =  0,005).

\n

В предоперационном периоде у пациентов обеих групп были сопоставимые результаты оценки качества жизни по визуально-аналоговой шкале: в контрольной группе средний показатель качества жизни составил 43,62 балла, в группе сравнения — 43,75 балла.

\n

По показателям оценки качества жизни пациентами по визуально-аналоговой шкале отмечается превосходство модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены над классической методикой на контрольных осмотрах на 7, 30 и 90-е сутки (табл. 3).

\n\n

На контрольном осмотре в первые сутки после операции было отмечено незначительное снижение уровня качества жизни в обеих группах пациентов.

\n

На контрольном осмотре на 7, 30 и 90-е сутки после операции уровень качества жизни в обеих группах имел положительную динамику. Однако в группе модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции отмечалась бóльшая динамика повышения качества жизни в послеоперационном периоде.

\n

ОБСУЖДЕНИЕ

\n

Если в недавнем прошлом основным методом лечения были открытые методики флебэктомии, то в настоящее время основным видом оперативных вмешательств первой линии считают термические методики по причине меньших рисков осложнений, развития неоангиогенеза, с лучшими показателями качества жизни за счет меньшей выраженности болевого синдрома, а также за счет короткого времени реабилитации [9]. Сутью термической коагуляции является эндовенозное воздействие тепловой энергии, которая травмирует стенку вены и приводит к фиброзу, окклюзирующему коагулированную вену, который в последующем формирует единый соединительнотканный тяж [2][10][11]. После этапа термической коагуляции при необходимости рекомендовано использование методики мини-флебэктомии для удаления расширенных притоков подкожных вен [9][12][13][14].

\n

Задачами хирургического лечения при ТФПВ являются: снижение риска развития ТЭЛА, снижение вероятности распространения тромботических масс за счет разобщения поверхностных и глубоких вен; снижение риска рецидива ТФПВ; тотальное или частичное удаление тромботических масс из подкожных вен; снижение выраженности перифлебита или стимуляция его регресса; ликвидация патологических рефлюксов в варикозно измененных венах [9]. Для достижения меньшей выраженности операционного травматизма, повышения эстетического результата и меньшего количества послеоперационных осложнений были разработаны эндовазальные термические методики [15].

\n

Стремление к сокращению количества возникающих осложнений ЭВЛК, соблюдение целесообразности выполнения оперативных вмешательств предписывают необходимость модернизации имеющихся методик выполнения данного вида эндовенозных вмешательств. Согласно клиническим рекомендациям не рекомендуется выполнение процедуры ЭВЛК при наличии свежих тромботических масс в просвете целевой подкожной вены [9][12]. При стихании процесса риск отрыва тромботических масс снижается за счет фибриновых структур, фиксирующих тромботические массы в просвете вены. Используемая повсеместно методика лазерной коагуляции путем установки дополнительного интродьюсера, тотал-ЭВЛК или коагуляции подкожной вены проксимальнее с последующей флебэктомией/склеротерапией дистального фрагмента подкожной вены требует увеличения времени на выполнение операции или применения дополнительных расходных материалов. Данные условия привели в нашем случае к разработке более эффективной методики эндовенозной лазерной коагуляции подкожных вен, которая бы позволила снизить финансовые затраты, при этом не удлиняя операцию и не повышая риски интра- или послеоперационных осложнений (патент на изобретение № 2827090) [16]. Полученные результаты исследования позволяют выявить преимущество модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены, что реализуется в улучшении уровня качества жизни в послеоперационном периоде, отсутствии послеоперационной гиперпигментации и неврологических осложнений, отсутствии повышения затрат учреждения на выполнение процедуры, а также сокращения сроков выполнения операции. Методика модифицированной ЭВЛК является экономически целесообразной по причине отсутствия необходимости в установке второго интродьюсера, который по средним ценам в Республике Башкортостан составляет около 2200 рублей по данным общедоступных источников информации.

\n

Разработанная методика не требует дополнительных затрат для применения, однако может быть требовательной для исполнителя ввиду необходимости навыков адекватного пространственного ориентирования по данным ультразвукового аппарата. Несмотря на большое количество научных работ, посвященных термическим способам облитерации, данные методы лечения остаются актуальными и требуют дальнейшего изучения с целью повышения качества жизни пациентов и уменьшения рисков послеоперационных осложнений [17][18][19]. И даже несмотря на новые разработанные нетермические методы лечения ВБНК, ЭВЛК стабильно занимает лидирующее место в настоящее время [20].

\n

Стоит отметить имеющиеся ограничения исследования: исследование было ограничено критериями исключения, расой исследуемых пациентов (преимущественно европеоидная в данном исследовании), применяемыми параметрами лазерной коагуляции.

\n

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

\n

Наше исследование продемонстрировало эффективность модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены в сравнении со стандартной методикой. Модифицированная методика операции показала статистически значимое превосходство по уровню качества жизни пациентов в послеоперационном периоде в сравнении с контрольной группой при применении визуально-аналоговой шкалы. Немаловажным преимуществом модифицированной методики является экономическая целесо­образность введенной методики лазерной коагуляции.

"],"dc.fullHTML.ru":["

ВВЕДЕНИЕ

\n

Тромбофлебит подкожных вен (ТФПВ) является одним из наиболее частых и угрожающих осложнений варикозной болезни нижних конечностей (ВБНК) за счет формирования тромботических масс в просвете подкожных вен, который может приводить к тромбозу глубоких вен или тромбоэмболии легочной артерии. В мировой литературе работ, посвященных тематике ТФПВ, меньше в сравнении с количеством трудов, посвященных тромбозу глубоких вен нижних конечностей (ТГВ). Данная ситуация объясняется сформировавшимся мнением, что ТФПВ является доброкачественным, редко осложняющимся заболеванием, которое может подвергаться самоизлечению, а также легко может быть диагностировано путем клинического осмотра [1].

\n

При диагностировании тромбофлебита во время первичного приема необходима дифференцировка по стадии заболевания (острый, стихающий и стихший), а также определение риска перехода тромботических масс на систему глубоких вен (низкий, умеренный и высокий) [2]. Действующие клинические рекомендации по лечению тромбофлебита предписывают возможный спектр оперативных вмешательств, которые доказали свою безопасность на конкретной стадии заболевания с учетом имеющихся рисков перехода тромботических масс на глубокие вены. Прежнее убеждение об эффективности и целесообразности экстренной кроссэктомии уступило место первичной антикоагулянтной терапии [3][4][5][6], так же как эндовенозные методики лазерной коагуляции (ЭВЛК) в настоящее время по имеющимся данным международных и отечественных работ являются методом выбора при равнодоступности открытых и эндовенозных методик лечения варикозной болезни, отягощенной тромбофлебитом [3][7][8]. Однако даже после выполнения адекватной антикоагулянтной терапии в острой стадии ТФПВ в последующем на протяжении нескольких месяцев или лет сохраняется более высокий риск ТГВ и тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) [6].

\n

Тем не менее оперативное вмешательство рекомендуется проводить на стадии стихающего или стихшего ТФПВ, при этом наиболее частой локализацией тромботических масс является v. safena magna [7]. Однако, несмотря на преимущества эндовенозных методик лечения, недостаточно данных по эффективности и безопасности выполнения данной методики при наличии пристеночных или окклюзирующих тромботических масс, что привело к разработке методов ЭВЛК через несколько доступов, или так называемой тотал-ЭВЛК. Однако большее количество доступов приводит к большей вероятности операционных осложнений (воспалительных, геморрагических и др.). Таким образом, появление новых методик, позволяющих снизить травматизацию тканей за счет уменьшения количества чрескожных доступов, является одной из актуальных проблем в современной флебологии.

\n

Цель: повышение эффективности эндовенозной лазерной коагуляции у пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим тромбофлебитом подкожных вен.

\n

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

\n

С целью повышения эффективности хирургического лечения пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим ТФПВ умеренного риска, на базе ООО «Башмедцентр» была разработана и внедрена в клиническую практику новая модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены.

\n

Исследование было проспективным рандомизированным контролируемым. Материалом для выполнения исследования были результаты лечения пациентов на базе ООО «Башмедцентр» в период с 1 января по 31 декабря 2022 года. Для исследования были отобраны 50 пациентов, включенных в анализ по критериям включения и исключения. Размер выборки был обусловлен количеством пролеченных пациентов, подходивших для исследования, и количеством пациентов, согласных на участие в исследовании.

\n

Критериями включения являлись: наличие варикозной болезни нижних конечностей C2–С4 по классификации СЕАР; наличие стихшего тромбофлебита большой подкожной вены умеренного риска, подтвержденного выполнением ультразвукового дуплексного сканирования (УЗДС); срок от предполагаемого эпизода ТФПВ более 21 суток и менее 3 месяцев.

\n

Критерии исключения: ранее перенесенное хирургическое вмешательство на подкожных венах пораженной конечности; индекс массы тела более 30 кг/м²; наличие тромбофилии; ранее перенесенные эпизоды венозного тромбоэмболизма; прием гормональных препаратов; наличие признаков дисплазии соединительной ткани; хроническая артериальная недостаточность более чем I стадии по классификации Покровского.

\n

Первичной конечной точкой в исследовании считали: летальный исход; развитие ВТЭО; послеоперационные осложнения (неврологические или геморрагические); гиперпигментация; отсутствие полной термической окклюзии просвета коагулированной подкожной вены.

\n

Всем пациентам после стандартного предоперационного обследования была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция пораженной большой подкожной вены после подписания информированного добровольного согласия на участие в исследовании. Все пациенты были осведомлены об особенностях операции, тактике лечения и послеоперационного ведения. Все данные пациентов были зарегистрированы в обезличенной форме.

\n

Все пациенты были разделены на контрольную группу (n = 34) и группу сравнения (n = 16). Контрольной группе была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по классической методике с применением двух интродьюсеров, группе сравнения была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по модифицированной методике. По наличию сопутствующих заболеваний обе группы были сопоставимы.

\n

Модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены (БПВ) отличалась от классической методики тем, что при наличии пристеночных тромботических масс, препятствующих проведению световода, выполнялась экстравазальная коррекция расположения хода световода путем введения тумесцентного раствора около кончика световода с целью изменения угла наклона кончика световода и, соответственно, смены его траектории движения в сосуде. Также при модифицированной методике ЭВЛК использовались следующие настройки мощности лазерного импульса: выставлялось 6 Вт в непрерывном режиме вне зависимости от диаметра БПВ в области соустья. Используемый аппарат для лазерной коагуляции — «Лахта-Милон» (Россия) с длиной волны 1470 нм. Световод для коагуляции применялся только однокольцевой радиальный. В приустьевом отделе при лазерной коагуляции использовали ручную тракцию световода, при этом следили, чтобы показатель линейной плотности потока энергии составлял от 90 до 100 Джоуль на сантиметр. Тракция выполнялась в области соустья с глубокой веной вручную; отступив от соустья на 5 см, ручная тракция сменялась на аппаратную со скоростью 1 мм в секунду. После окончания этапа лазерной коагуляции и удаления световода выполнялась дополнительная обработка оставшихся притоков подкожных вен путем выполнения мини-флебэктомии крючками Варади через микропроколы 2–3 мм. Проколы швами не ушивали, стягивали асептическими повязками. Заканчивали операцию одеванием компрессионного чулка 2-го класса компрессии и выполнением инъекции парентерального антикоагулянта в лечебной дозировке. Пациенты активизировались сразу же после выполнения процедуры.

\n

В течение 5 суток после операции пациентам назначался курс нестероидных противовоспалительных средств в пероральной форме.

\n

Клиническая оценка результата лечения основывалась на наличии и выраженности послеоперационных гематом, неврологических осложнений, полной окклюзии коагулированной вены, наличию или отсутствию осложнений. Оценка происходила во время контрольных осмотров, выполняемых на 1, 7, 30, 90-е сутки с момента хирургического вмешательства.

\n

На каждом контрольном осмотре всем пациентам выполнялось УЗДС вен нижних конечностей на аппарате Sonoscape S2N (Sonoscape, КНР) с применением линейного датчика.

\n

Пациентов, исключенных или выбывших из исследования, не было.

\n

Основной жалобой в послеоперационном периоде было наличие болевого синдрома, ввиду чего у всех пациентов выполнялась оценка качества жизни до и после оперативного вмешательства с использованием визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Визуально-аналоговая шкала была представлена в виде горизонтального отрезка длиной 100 мм, крайними точками которой являлось 0 — «отсутствие жалоб со стороны нижних конечностей» и 100 — «нестерпимая боль в нижних конечностях». Качество жизни по данной шкале выражалось в процентах.

\n

Дополнительно был выполнен первичный расчет экономической целесообразности разработанной методики эндовенозной лазерной коагуляции в сравнении со стандартной методикой операции.

\n

Для анализа полученных данных исследования использовали программный пакет Statistica компании StatSoft. Данные представлены в виде абсолютных и относительных значений (%), а также в виде средних значений. Для сравнения средних значений применяли t-критерий Стьюдента, а также t-критерий Уэлча. Для характеристики показателей вариационных рядов были использованы показатели: среднее значение (M), стандартное отклонение (SD). Статистически значимыми различия считали при p менее 0,05.

\n

РЕЗУЛЬТАТЫ

\n

Пациенты в обеих группах не имели статистически значимых различий между группами (табл. 1). При анализе исходного этапа проводимого исследования пациенты были сопоставимы по половой и возрастной характеристикам, не имелось статистически значимых различий по длительности наличия ВБНК, локализации тромботических масс в подкожных венах. Количество пациентов женского пола в каждой группе было больше в сравнении с лицами мужского пола.

\n\n

По наличию сопутствующих заболеваний также не было статистически значимых различий между обеими группами (табл. 2).

\n\n

Всем пациентам после предоперационного обследования была выполнена эндовенозная коагуляция большой подкожной вены в соответствии с планом исследования.

\n

Анализ безопасности лечения в группах контроля и сравнения не выявил случаев клинически значимых геморрагических осложнений, ТГВ и ТЭЛА, летальных исходов за период наблюдения.

\n

Неврологические осложнения в группе сравнения отсутствовали, в группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки на оперированной конечности отмечались явления парестезии на уровне голени.

\n

В группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки в области коагулированной большой подкожной вены была отмечена реканализация в приустьевом отделе, что может быть обусловлено сохранившимся состоятельным притоком БПВ в данной области. У всех остальных пациентов была полная термическая окклюзия целевой вены.

\n

В 1 (2,94 %) случае в группе контроля и в 1 (6,25 %) случае в группе сравнения на 7-е сутки после операции на уровне голени было отмечено появление гиперпигментации на уровне голени, что мы связали с S-типом хода большой подкожной вены в области голени, доступ у обеих пациенток был в области средней трети голени. При выявлении гиперпигментации во время контрольного осмотра пациенткам была назначена местная терапия — обработка мазью Детрагель 2 раза в сутки в течение 10 суток. Также данным пациенткам было рекомендовано ношение компрессионного трикотажа 2-го класса компрессии по стандарту RAL-GZ 387 для ежедневного ношения в течение 1 месяца, в последующем рекомендовалось ношение при длительных ортостатических нагрузках. Участок гиперпигментации у пациентки из контрольной группы на 90-е сутки отсутствовал, у пациентки из группы сравнения гиперпигментация отсутствовала на контрольном осмотре на 30-е сутки.

\n

При анализе длительности выполнения этапа от установки интродьюсера до окончания лазерной коагуляции, исключая время, выделенное на мини-флебэктомию, была получена статистически значимая разница между группой сравнения и контрольной группой: 22,5 ± 4,1 и 26,9 ± 5,3 мин соответственно (p =  0,005).

\n

В предоперационном периоде у пациентов обеих групп были сопоставимые результаты оценки качества жизни по визуально-аналоговой шкале: в контрольной группе средний показатель качества жизни составил 43,62 балла, в группе сравнения — 43,75 балла.

\n

По показателям оценки качества жизни пациентами по визуально-аналоговой шкале отмечается превосходство модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены над классической методикой на контрольных осмотрах на 7, 30 и 90-е сутки (табл. 3).

\n\n

На контрольном осмотре в первые сутки после операции было отмечено незначительное снижение уровня качества жизни в обеих группах пациентов.

\n

На контрольном осмотре на 7, 30 и 90-е сутки после операции уровень качества жизни в обеих группах имел положительную динамику. Однако в группе модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции отмечалась бóльшая динамика повышения качества жизни в послеоперационном периоде.

\n

ОБСУЖДЕНИЕ

\n

Если в недавнем прошлом основным методом лечения были открытые методики флебэктомии, то в настоящее время основным видом оперативных вмешательств первой линии считают термические методики по причине меньших рисков осложнений, развития неоангиогенеза, с лучшими показателями качества жизни за счет меньшей выраженности болевого синдрома, а также за счет короткого времени реабилитации [9]. Сутью термической коагуляции является эндовенозное воздействие тепловой энергии, которая травмирует стенку вены и приводит к фиброзу, окклюзирующему коагулированную вену, который в последующем формирует единый соединительнотканный тяж [2][10][11]. После этапа термической коагуляции при необходимости рекомендовано использование методики мини-флебэктомии для удаления расширенных притоков подкожных вен [9][12][13][14].

\n

Задачами хирургического лечения при ТФПВ являются: снижение риска развития ТЭЛА, снижение вероятности распространения тромботических масс за счет разобщения поверхностных и глубоких вен; снижение риска рецидива ТФПВ; тотальное или частичное удаление тромботических масс из подкожных вен; снижение выраженности перифлебита или стимуляция его регресса; ликвидация патологических рефлюксов в варикозно измененных венах [9]. Для достижения меньшей выраженности операционного травматизма, повышения эстетического результата и меньшего количества послеоперационных осложнений были разработаны эндовазальные термические методики [15].

\n

Стремление к сокращению количества возникающих осложнений ЭВЛК, соблюдение целесообразности выполнения оперативных вмешательств предписывают необходимость модернизации имеющихся методик выполнения данного вида эндовенозных вмешательств. Согласно клиническим рекомендациям не рекомендуется выполнение процедуры ЭВЛК при наличии свежих тромботических масс в просвете целевой подкожной вены [9][12]. При стихании процесса риск отрыва тромботических масс снижается за счет фибриновых структур, фиксирующих тромботические массы в просвете вены. Используемая повсеместно методика лазерной коагуляции путем установки дополнительного интродьюсера, тотал-ЭВЛК или коагуляции подкожной вены проксимальнее с последующей флебэктомией/склеротерапией дистального фрагмента подкожной вены требует увеличения времени на выполнение операции или применения дополнительных расходных материалов. Данные условия привели в нашем случае к разработке более эффективной методики эндовенозной лазерной коагуляции подкожных вен, которая бы позволила снизить финансовые затраты, при этом не удлиняя операцию и не повышая риски интра- или послеоперационных осложнений (патент на изобретение № 2827090) [16]. Полученные результаты исследования позволяют выявить преимущество модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены, что реализуется в улучшении уровня качества жизни в послеоперационном периоде, отсутствии послеоперационной гиперпигментации и неврологических осложнений, отсутствии повышения затрат учреждения на выполнение процедуры, а также сокращения сроков выполнения операции. Методика модифицированной ЭВЛК является экономически целесообразной по причине отсутствия необходимости в установке второго интродьюсера, который по средним ценам в Республике Башкортостан составляет около 2200 рублей по данным общедоступных источников информации.

\n

Разработанная методика не требует дополнительных затрат для применения, однако может быть требовательной для исполнителя ввиду необходимости навыков адекватного пространственного ориентирования по данным ультразвукового аппарата. Несмотря на большое количество научных работ, посвященных термическим способам облитерации, данные методы лечения остаются актуальными и требуют дальнейшего изучения с целью повышения качества жизни пациентов и уменьшения рисков послеоперационных осложнений [17][18][19]. И даже несмотря на новые разработанные нетермические методы лечения ВБНК, ЭВЛК стабильно занимает лидирующее место в настоящее время [20].

\n

Стоит отметить имеющиеся ограничения исследования: исследование было ограничено критериями исключения, расой исследуемых пациентов (преимущественно европеоидная в данном исследовании), применяемыми параметрами лазерной коагуляции.

\n

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

\n

Наше исследование продемонстрировало эффективность модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены в сравнении со стандартной методикой. Модифицированная методика операции показала статистически значимое превосходство по уровню качества жизни пациентов в послеоперационном периоде в сравнении с контрольной группой при применении визуально-аналоговой шкалы. Немаловажным преимуществом модифицированной методики является экономическая целесо­образность введенной методики лазерной коагуляции.

"],"dc.fullRISC":["Тромбофлебит подкожных вен (ТФПВ) является одним из наиболее частых и угрожающих осложнений варикозной болезни нижних конечностей (ВБНК) за счет формирования тромботических масс в просвете подкожных вен, который может приводить к тромбозу глубоких вен или тромбоэмболии легочной артерии. В мировой литературе работ, посвященных тематике ТФПВ, меньше в сравнении с количеством трудов, посвященных тромбозу глубоких вен нижних конечностей (ТГВ). Данная ситуация объясняется сформировавшимся мнением, что ТФПВ является доброкачественным, редко осложняющимся заболеванием, которое может подвергаться самоизлечению, а также легко может быть диагностировано путем клинического осмотра [1]. При диагностировании тромбофлебита во время первичного приема необходима дифференцировка по стадии заболевания (острый, стихающий и стихший), а также определение риска перехода тромботических масс на систему глубоких вен (низкий, умеренный и высокий) [2]. Действующие клинические рекомендации по лечению тромбофлебита предписывают возможный спектр оперативных вмешательств, которые доказали свою безопасность на конкретной стадии заболевания с учетом имеющихся рисков перехода тромботических масс на глубокие вены. Прежнее убеждение об эффективности и целесообразности экстренной кроссэктомии уступило место первичной антикоагулянтной терапии [3, 4, 5, 6], так же как эндовенозные методики лазерной коагуляции (ЭВЛК) в настоящее время по имеющимся данным международных и отечественных работ являются методом выбора при равнодоступности открытых и эндовенозных методик лечения варикозной болезни, отягощенной тромбофлебитом [3, 7, 8]. Однако даже после выполнения адекватной антикоагулянтной терапии в острой стадии ТФПВ в последующем на протяжении нескольких месяцев или лет сохраняется более высокий риск ТГВ и тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) [6]. Тем не менее оперативное вмешательство рекомендуется проводить на стадии стихающего или стихшего ТФПВ, при этом наиболее частой локализацией тромботических масс является v. safena magna [7]. Однако, несмотря на преимущества эндовенозных методик лечения, недостаточно данных по эффективности и безопасности выполнения данной методики при наличии пристеночных или окклюзирующих тромботических масс, что привело к разработке методов ЭВЛК через несколько доступов, или так называемой тоталЭВЛК. Однако большее количество доступов приводит к большей вероятности операционных осложнений (воспалительных, геморрагических и др.). Таким образом, появление новых методик, позволяющих снизить травматизацию тканей за счет уменьшения количества чрескожных доступов, является одной из актуальных проблем в современной флебологии.\nЦель: повышение эффективности эндовенозной лазерной коагуляции у пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим тромбофлебитом подкожных вен.\nМАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ\nС целью повышения эффективности хирургического лечения пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим ТФПВ умеренного риска, на базе ООО «Башмедцентр» была разработана и внедрена в клиническую практику новая модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены.\nИсследование было проспективным рандомизированным контролируемым. Материалом для выполнения исследования были результаты лечения пациентов на базе ООО «Башмедцентр» в период с 1 января по 31 декабря 2022 года. Для исследования были отобраны 50 пациентов, включенных в анализ по критериям включения и исключения. Размер выборки был обусловлен количеством пролеченных пациентов, подходивших для исследования, и количеством пациентов, согласных на участие в исследовании. Критериями включения являлись: наличие варикозной болезни нижних конечностей C2–С4 по классификации СЕАР; наличие стихшего тромбофлебита большой подкожной вены умеренного риска, подтвержденного выполнением ультразвукового дуплексного сканирования (УЗДС); срок от предполагаемого эпизода ТФПВ более 21 суток и менее 3 месяцев. Критерии исключения: ранее перенесенное хирургическое вмешательство на подкожных венах пораженной конечности; индекс массы тела более 30 кг/м 2; наличие тромбофилии; ранее перенесенные эпизоды венозного тромбоэмболизма; прием гормональных препаратов; наличие признаков дисплазии соединительной ткани; хроническая артериальная недостаточность более чем I стадии по классификации Покровского.\nПервичной конечной точкой в исследовании считали: летальный исход; развитие ВТЭО; послеоперационные осложнения (неврологические или геморрагические); гиперпигментация; отсутствие полной термической окклюзии просвета коагулированной подкожной вены. Всем пациентам после стандартного предоперационного обследования была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция пораженной большой подкожной вены после подписания информированного добровольного согласия на участие в исследовании. Все пациенты были осведомлены об особенностях операции, тактике лечения и послеоперационного ведения. Все данные пациентов были зарегистрированы в обезличенной форме. Все пациенты были разделены на контрольную группу (n = 34) и группу сравнения (n = 16). Контрольной группе была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по классической методике с применением двух интродьюсеров, группе сравнения была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по модифицированной методике. По наличию сопутствующих заболеваний обе группы были сопоставимы.\nПараметры\tКонтрольная группа, n = 34 \t Группа сравнения, n = 16 \tр, уровень значимости\nЖенский пол, абс. (%)\t18 (52,94 %)\t9 (56,25 %)\t1,0F\nМужской пол, абс. (%)\t16 (47,06 %)\t7 (43,75 %)\t1,0F\nСредний возраст, лет, M ± SD\t45,63 ± 10,79\t48,12 ± 9,39\t0,41t\nИМТ со стандартным отклонением, кг/м 2, M ± SD\t23,86 ± 2,88\t24,88 ± 3,36\t0,28t\nРаспределение по классам СЕАР, абс. (%)\tС2–18 (52,94 %)\nС3–12 (35,29 %)\nС4–4 (11,77 %)\tС2–8 (50 %)\nС3–5 (31,25 %)\nС4–3 (18,75 %)\t0,79X2\nДиаметр БПВ, в области в/3 бедра, см, M ± SD\t14,82 ± 3,98\t14,81 ± 3,99\t0,99t\nТаблица 1. Характеристика пациентов\nTable 1. Characteristics of the patients\nПримечание: M — среднее, SD — стандартное отклонение, t — критерий Стьюдента, F — точный критерий Фишера, X2 — Хи-квадрат Пирсона. Note. M — arithmetic mean, SD — standard deviation, t — Student’s t-test, F — Fisher’s exact test, X2 — Pearson’s χ2 test.\nПараметры\tКонтрольная группа, n = 34 \t Группа сравнения, n = 16 \tр, уровень значимости\nГипертоническая болезнь, абс. (%)\t8 (23,5 %)\t5 (31,3 %)\t0,73F\nГонартроз 1 степени, абс. (%)\t4 (11,8 %)\t1 (6,3 %)\t1,0F\nЦереброваскулярные заболевания, абс. (%)\t4 (11,8 %)\t3 (18,8 %)\t0,67F\nСахарный диабет, абс. (%)\t2 (5,9 %)\t1 (6,3 %)\t1,0F\nХроническая артериальная недостаточность I степени, абс. (%)\t2 (5,9 %)\t2 (12,5 %)\t0,58F\n \nТаблица 2. Сопутствующие заболевания Table 2. Comorbidities\nПримечание: F — точный критерий Фишера.\nNote. F — Fisher’s exact test.\nМодифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены (БПВ) отличалась от классической методики тем, что при наличии пристеночных тромботических масс, препятствующих проведению световода, выполнялась экстравазальная коррекция расположения хода световода путем введения тумесцентного раствора около кончика световода с целью изменения угла наклона кончика световода и, соответственно, смены его траектории движения в сосуде. Также при модифицированной методике ЭВЛК использовались следующие настройки мощности лазерного импульса: выставлялось 6 Вт в непрерывном режиме вне зависимости от диаметра БПВ в области соустья. Используемый аппарат для лазерной коагуляции — «Лахта-Милон» (Россия) с длиной волны 1470 нм. Световод для коагуляции применялся только однокольцевой радиальный. В приустьевом отделе при лазерной коагуляции использовали ручную тракцию световода, при этом следили, чтобы показатель линейной плотности потока энергии составлял от 90 до 100 Джоуль на сантиметр. Тракция выполнялась в области соустья с глубокой веной вручную; отступив от соустья на 5 см, ручная тракция сменялась на аппаратную со скоростью 1 мм в секунду. После окончания этапа лазерной коагуляции и удаления световода выполнялась дополнительная обработка оставшихся притоков подкожных вен путем выполнения мини-флебэктомии крючками Варади через микропроколы 2–3 мм. Проколы швами не ушивали, стягивали асептическими повязками. Заканчивали операцию одеванием компрессионного чулка 2-го класса компрессии и выполнением инъекции парентерального антикоагулянта в лечебной дозировке. Пациенты активизировались сразу же после выполнения процедуры.\nВ течение 5 суток после операции пациентам назначался курс нестероидных противовоспалительных средств в пероральной форме.\nКлиническая оценка результата лечения основывалась на наличии и выраженности послеоперационных гематом, неврологических осложнений, полной окклюзии коагулированной вены, наличию или отсутствию осложнений. Оценка происходила во время контрольных осмотров, выполняемых на 1, 7, 30, 90-е сутки с момента хирургического вмешательства. На каждом контрольном осмотре всем пациентам выполнялось УЗДС вен нижних конечностей на аппарате Sonoscape S2N (Sonoscape, КНР) с применением линейного датчика.\nПациентов, исключенных или выбывших из исследования, не было.\nОсновной жалобой в послеоперационном периоде было наличие болевого синдрома, ввиду чего у всех пациентов выполнялась оценка качества жизни до и после оперативного вмешательства с использованием визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Визуально-аналоговая шкала была представлена в виде горизонтального отрезка длиной 100 мм, крайними точками которой являлось 0 — «отсутствие жалоб со стороны нижних конечностей» и 100 — «нестерпимая боль в нижних конечностях». Качество жизни по данной шкале выражалось в процентах.\nДополнительно был выполнен первичный расчет экономической целесообразности разработанной методики эндовенозной лазерной коагуляции в сравнении со стандартной методикой операции. Для анализа полученных данных исследования использовали программный пакет Statistica компании StatSoft. Данные представлены в виде абсолютных и относительных значений (%), а также в виде средних значений. Для сравнения средних значений применяли t-критерий Стьюдента, а также t-критерий Уэлча. Для характеристики показателей вариационных рядов были использованы показатели: среднее значение (M), стандартное отклонение (SD). Статистически значимыми различия считали при p менее 0,05.\nРЕЗУЛЬТАТЫ\nПациенты в обеих группах не имели статистически значимых различий между группами (табл. 1). При анализе исходного этапа проводимого исследования пациенты были сопоставимы по половой и возрастной характеристикам, не имелось статистически значимых различий по длительности наличия ВБНК, локализации тромботических масс в подкожных венах. Количество пациентов женского пола в каждой группе было больше в сравнении с лицами мужского пола.\nПо \tналичию \tсопутствующих \tзаболеваний \tтакже не было статистически значимых различий между обеими группами (табл. 2).\nВсем пациентам после предоперационного обследования была выполнена эндовенозная коагуляция большой подкожной вены в соответствии с планом исследования.\nАнализ безопасности лечения в группах контроля и сравнения не выявил случаев клинически значимых геморрагических осложнений, ТГВ и ТЭЛА, летальных исходов за период наблюдения.\nНеврологические осложнения в группе сравнения отсутствовали, в группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки на оперированной конечности отмечались явления парестезии на уровне голени.\nВ группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки в области коагулированной большой подкожной вены была отмечена реканализация в приустьевом отделе, что может быть обусловлено сохранившимся состоятельным притоком БПВ в данной области. У всех остальных пациентов была полная термическая окклюзия целевой вены. В 1 (2,94 %) случае в группе контроля и в 1 (6,25 %) случае в группе сравнения на 7-е сутки после операции на уровне голени было отмечено появление гиперпигментации на уровне голени, что мы связали с S-типом хода большой подкожной вены в области голени, доступ у обеих пациенток был в области средней трети голени. При выявлении гиперпигментации во время контрольного осмотра пациенткам была назначена местная терапия — обработка мазью Детрагель 2 раза в сутки в течение 10 суток. Также данным пациенткам было рекомендовано ношение компрессионного трикотажа 2-го класса компрессии по стандарту RAL-GZ 387 для ежедневного ношения в течение 1 месяца, в последующем рекомендовалось ношение при длительных ортостатических нагрузках. Участок гиперпигментации у пациентки из контрольной группы на 90-е сутки отсутствовал, у пациентки из группы сравнения гиперпигментация отсутствовала на контрольном осмотре на 30-е сутки.\nПри анализе длительности выполнения этапа от установки интродьюсера до окончания лазерной коагуляции, исключая время, выделенное на мини-флебэктомию, была получена статистически значимая разница между группой сравнения и контрольной группой: \n22,5 ± 4,1 и 26,9 ± 5,3 мин соответственно (p = 0,005). В предоперационном периоде у пациентов обеих групп были сопоставимые результаты оценки качества жизни по визуально-аналоговой шкале: в контрольной группе средний показатель качества жизни составил 43,62 балла, в группе сравнения — 43,75 балла.\nПо показателям оценки качества жизни пациентами по визуально-аналоговой шкале отмечается превосходство модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены над классической методикой на контрольных осмотрах на 7, 30 и 90-е сутки (табл. 3).\nНа контрольном осмотре в первые сутки после операции было отмечено незначительное снижение уровня качества жизни в обеих группах пациентов.\nНа контрольном осмотре на 7, 30 и 90-е сутки после операции уровень качества жизни в обеих группах имел положительную динамику. Однако в группе модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции отмечалась бóльшая динамика повышения качества жизни в послеоперационном периоде.\nОБСУЖДЕНИЕ\nЕсли в недавнем прошлом основным методом лечения были открытые методики флебэктомии, то в настоящее время основным видом оперативных вмешательств первой линии считают термические методики по причине меньших рисков осложнений, развития неоангиогенеза, с лучшими показателями качества жизни за счет меньшей выраженности болевого синдрома, а также за счет короткого времени реабилитации [9]. Сутью термической коагуляции является эндовенозное воздействие тепловой энергии, которая травмирует стенку вены и приводит к фиброзу, окклюзирующему коагулированную вену, который в последующем формирует единый соединительнотканный тяж [2, 10, 11]. После этапа термической коагуляции при необходимости ре-для удаления расширенных притоков подкожных вен [9, 12, 13, 14].\nЗадачами хирургического лечения при ТФПВ являются: снижение риска развития ТЭЛА, снижение вероятности распространения тромботических масс за счет разобщения поверхностных и глубоких вен; снижение риска рецидива ТФПВ; тотальное или частичное удаление тромботических масс из подкожных вен; снижение выраженности перифлебита или стимуляция его регресса; ликвидация патологических рефлюксов в варикозно измененных венах [9]. Для достижения меньшей выраженности операционного травматизма, повышения эстетического результата и меньшего количества послеоперационных осложнений были разработаны эндовазальные термические методики [15]. Стремление к сокращению количества возникающих осложнений ЭВЛК, соблюдение целесообразности выполнения оперативных вмешательств предписывают необходимость модернизации имеющихся методик выполнения данного вида эндовенозных вмешательств. Согласно клиническим рекомендациям не рекомендуется выполнение процедуры ЭВЛК при наличии свежих тромботических масс в просвете целевой подкожной вены [9, 12]. При стихании процесса риск отрыва тромботических масс снижается за счет фибриновых структур, фиксирующих тромботические массы в просвете вены. Используемая повсеместно методика лазерной коагуляции путем установки дополнительного интродьюсера, тотал-ЭВЛК или коагуляции подкожной вены проксимальнее с последующей флебэктомией/склеротерапией дистального фрагмента подкожной вены требует увеличения времени на выполнение операции или применения дополнительных расходных материалов. Данные условия привели в нашем случае к разработке более эффективной методики эндовенозной лазерной коагуляции подкожных вен, которая бы позволила снизить финансовые затраты, при этом не удлиняя операцию и не повышая риски интра- или послеоперационных осложнений (патент на изобретение № 2827090) [16]. Полученные результаты исследования позволяют выявить преимущество модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены, что реализуется в улучшении уровня качества жизни в послеоперационном периоде, отсутствии послеоперационной гиперпигментации и неврологических осложнений, отсутствии повышения затрат учреждения на выполнение процедуры, а также сокращения сроков выполнения операции. Методика модифицированной ЭВЛК является экономически целесообразной по причине отсутствия необходимости в установке второго интродьюсера, который по средним ценам в Республике Башкортостан составляет около 2200 рублей по данным общедоступных источников информации. Разработанная методика не требует дополнительных затрат для применения, однако может быть требовательной для исполнителя ввиду необходимости навыков адекватного пространственного ориентирования по данным ультразвукового аппарата. Несмотря на большое количество научных работ, посвященных термическим способам облитерации, данные методы лечения остаются актуальными и требуют дальнейшего изучения с целью повышения качества жизни пациентов и уменьшения рисков послеоперационных осложнений [17, 18, 19]. И даже несмотря на новые разработанные нетермические методы лечения ВБНК, ЭВЛК стабильно занимает лидирующее место в настоящее время [20].\nСтоит отметить имеющиеся ограничения исследования: исследование было ограничено критериями исключения, расой исследуемых пациентов (преимущественно европеоидная в данном исследовании), применяемыми параметрами лазерной коагуляции.\nЗАКЛЮЧЕНИЕ\nНаше исследование продемонстрировало эффективность модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены в сравнении со стандартной методикой. Модифицированная методика операции показала статистически значимое превосходство по уровню качества жизни пациентов в послеоперационном периоде в сравнении с контрольной группой при применении визуально-аналоговой шкалы. Немаловажным преимуществом модифицированной методики является экономическая целесообразность введенной методики лазерной коагуляции."],"dc.fullRISC.ru":["Тромбофлебит подкожных вен (ТФПВ) является одним из наиболее частых и угрожающих осложнений варикозной болезни нижних конечностей (ВБНК) за счет формирования тромботических масс в просвете подкожных вен, который может приводить к тромбозу глубоких вен или тромбоэмболии легочной артерии. В мировой литературе работ, посвященных тематике ТФПВ, меньше в сравнении с количеством трудов, посвященных тромбозу глубоких вен нижних конечностей (ТГВ). Данная ситуация объясняется сформировавшимся мнением, что ТФПВ является доброкачественным, редко осложняющимся заболеванием, которое может подвергаться самоизлечению, а также легко может быть диагностировано путем клинического осмотра [1]. При диагностировании тромбофлебита во время первичного приема необходима дифференцировка по стадии заболевания (острый, стихающий и стихший), а также определение риска перехода тромботических масс на систему глубоких вен (низкий, умеренный и высокий) [2]. Действующие клинические рекомендации по лечению тромбофлебита предписывают возможный спектр оперативных вмешательств, которые доказали свою безопасность на конкретной стадии заболевания с учетом имеющихся рисков перехода тромботических масс на глубокие вены. Прежнее убеждение об эффективности и целесообразности экстренной кроссэктомии уступило место первичной антикоагулянтной терапии [3, 4, 5, 6], так же как эндовенозные методики лазерной коагуляции (ЭВЛК) в настоящее время по имеющимся данным международных и отечественных работ являются методом выбора при равнодоступности открытых и эндовенозных методик лечения варикозной болезни, отягощенной тромбофлебитом [3, 7, 8]. Однако даже после выполнения адекватной антикоагулянтной терапии в острой стадии ТФПВ в последующем на протяжении нескольких месяцев или лет сохраняется более высокий риск ТГВ и тромбоэмболии легочной артерии (ТЭЛА) [6]. Тем не менее оперативное вмешательство рекомендуется проводить на стадии стихающего или стихшего ТФПВ, при этом наиболее частой локализацией тромботических масс является v. safena magna [7]. Однако, несмотря на преимущества эндовенозных методик лечения, недостаточно данных по эффективности и безопасности выполнения данной методики при наличии пристеночных или окклюзирующих тромботических масс, что привело к разработке методов ЭВЛК через несколько доступов, или так называемой тоталЭВЛК. Однако большее количество доступов приводит к большей вероятности операционных осложнений (воспалительных, геморрагических и др.). Таким образом, появление новых методик, позволяющих снизить травматизацию тканей за счет уменьшения количества чрескожных доступов, является одной из актуальных проблем в современной флебологии.\nЦель: повышение эффективности эндовенозной лазерной коагуляции у пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим тромбофлебитом подкожных вен.\nМАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ\nС целью повышения эффективности хирургического лечения пациентов с варикозной болезнью, осложненной стихшим ТФПВ умеренного риска, на базе ООО «Башмедцентр» была разработана и внедрена в клиническую практику новая модифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены.\nИсследование было проспективным рандомизированным контролируемым. Материалом для выполнения исследования были результаты лечения пациентов на базе ООО «Башмедцентр» в период с 1 января по 31 декабря 2022 года. Для исследования были отобраны 50 пациентов, включенных в анализ по критериям включения и исключения. Размер выборки был обусловлен количеством пролеченных пациентов, подходивших для исследования, и количеством пациентов, согласных на участие в исследовании. Критериями включения являлись: наличие варикозной болезни нижних конечностей C2–С4 по классификации СЕАР; наличие стихшего тромбофлебита большой подкожной вены умеренного риска, подтвержденного выполнением ультразвукового дуплексного сканирования (УЗДС); срок от предполагаемого эпизода ТФПВ более 21 суток и менее 3 месяцев. Критерии исключения: ранее перенесенное хирургическое вмешательство на подкожных венах пораженной конечности; индекс массы тела более 30 кг/м 2; наличие тромбофилии; ранее перенесенные эпизоды венозного тромбоэмболизма; прием гормональных препаратов; наличие признаков дисплазии соединительной ткани; хроническая артериальная недостаточность более чем I стадии по классификации Покровского.\nПервичной конечной точкой в исследовании считали: летальный исход; развитие ВТЭО; послеоперационные осложнения (неврологические или геморрагические); гиперпигментация; отсутствие полной термической окклюзии просвета коагулированной подкожной вены. Всем пациентам после стандартного предоперационного обследования была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция пораженной большой подкожной вены после подписания информированного добровольного согласия на участие в исследовании. Все пациенты были осведомлены об особенностях операции, тактике лечения и послеоперационного ведения. Все данные пациентов были зарегистрированы в обезличенной форме. Все пациенты были разделены на контрольную группу (n = 34) и группу сравнения (n = 16). Контрольной группе была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по классической методике с применением двух интродьюсеров, группе сравнения была выполнена эндовенозная лазерная коагуляция большой подкожной вены по модифицированной методике. По наличию сопутствующих заболеваний обе группы были сопоставимы.\nПараметры\tКонтрольная группа, n = 34 \t Группа сравнения, n = 16 \tр, уровень значимости\nЖенский пол, абс. (%)\t18 (52,94 %)\t9 (56,25 %)\t1,0F\nМужской пол, абс. (%)\t16 (47,06 %)\t7 (43,75 %)\t1,0F\nСредний возраст, лет, M ± SD\t45,63 ± 10,79\t48,12 ± 9,39\t0,41t\nИМТ со стандартным отклонением, кг/м 2, M ± SD\t23,86 ± 2,88\t24,88 ± 3,36\t0,28t\nРаспределение по классам СЕАР, абс. (%)\tС2–18 (52,94 %)\nС3–12 (35,29 %)\nС4–4 (11,77 %)\tС2–8 (50 %)\nС3–5 (31,25 %)\nС4–3 (18,75 %)\t0,79X2\nДиаметр БПВ, в области в/3 бедра, см, M ± SD\t14,82 ± 3,98\t14,81 ± 3,99\t0,99t\nТаблица 1. Характеристика пациентов\nTable 1. Characteristics of the patients\nПримечание: M — среднее, SD — стандартное отклонение, t — критерий Стьюдента, F — точный критерий Фишера, X2 — Хи-квадрат Пирсона. Note. M — arithmetic mean, SD — standard deviation, t — Student’s t-test, F — Fisher’s exact test, X2 — Pearson’s χ2 test.\nПараметры\tКонтрольная группа, n = 34 \t Группа сравнения, n = 16 \tр, уровень значимости\nГипертоническая болезнь, абс. (%)\t8 (23,5 %)\t5 (31,3 %)\t0,73F\nГонартроз 1 степени, абс. (%)\t4 (11,8 %)\t1 (6,3 %)\t1,0F\nЦереброваскулярные заболевания, абс. (%)\t4 (11,8 %)\t3 (18,8 %)\t0,67F\nСахарный диабет, абс. (%)\t2 (5,9 %)\t1 (6,3 %)\t1,0F\nХроническая артериальная недостаточность I степени, абс. (%)\t2 (5,9 %)\t2 (12,5 %)\t0,58F\n \nТаблица 2. Сопутствующие заболевания Table 2. Comorbidities\nПримечание: F — точный критерий Фишера.\nNote. F — Fisher’s exact test.\nМодифицированная методика эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены (БПВ) отличалась от классической методики тем, что при наличии пристеночных тромботических масс, препятствующих проведению световода, выполнялась экстравазальная коррекция расположения хода световода путем введения тумесцентного раствора около кончика световода с целью изменения угла наклона кончика световода и, соответственно, смены его траектории движения в сосуде. Также при модифицированной методике ЭВЛК использовались следующие настройки мощности лазерного импульса: выставлялось 6 Вт в непрерывном режиме вне зависимости от диаметра БПВ в области соустья. Используемый аппарат для лазерной коагуляции — «Лахта-Милон» (Россия) с длиной волны 1470 нм. Световод для коагуляции применялся только однокольцевой радиальный. В приустьевом отделе при лазерной коагуляции использовали ручную тракцию световода, при этом следили, чтобы показатель линейной плотности потока энергии составлял от 90 до 100 Джоуль на сантиметр. Тракция выполнялась в области соустья с глубокой веной вручную; отступив от соустья на 5 см, ручная тракция сменялась на аппаратную со скоростью 1 мм в секунду. После окончания этапа лазерной коагуляции и удаления световода выполнялась дополнительная обработка оставшихся притоков подкожных вен путем выполнения мини-флебэктомии крючками Варади через микропроколы 2–3 мм. Проколы швами не ушивали, стягивали асептическими повязками. Заканчивали операцию одеванием компрессионного чулка 2-го класса компрессии и выполнением инъекции парентерального антикоагулянта в лечебной дозировке. Пациенты активизировались сразу же после выполнения процедуры.\nВ течение 5 суток после операции пациентам назначался курс нестероидных противовоспалительных средств в пероральной форме.\nКлиническая оценка результата лечения основывалась на наличии и выраженности послеоперационных гематом, неврологических осложнений, полной окклюзии коагулированной вены, наличию или отсутствию осложнений. Оценка происходила во время контрольных осмотров, выполняемых на 1, 7, 30, 90-е сутки с момента хирургического вмешательства. На каждом контрольном осмотре всем пациентам выполнялось УЗДС вен нижних конечностей на аппарате Sonoscape S2N (Sonoscape, КНР) с применением линейного датчика.\nПациентов, исключенных или выбывших из исследования, не было.\nОсновной жалобой в послеоперационном периоде было наличие болевого синдрома, ввиду чего у всех пациентов выполнялась оценка качества жизни до и после оперативного вмешательства с использованием визуально-аналоговой шкалы (ВАШ). Визуально-аналоговая шкала была представлена в виде горизонтального отрезка длиной 100 мм, крайними точками которой являлось 0 — «отсутствие жалоб со стороны нижних конечностей» и 100 — «нестерпимая боль в нижних конечностях». Качество жизни по данной шкале выражалось в процентах.\nДополнительно был выполнен первичный расчет экономической целесообразности разработанной методики эндовенозной лазерной коагуляции в сравнении со стандартной методикой операции. Для анализа полученных данных исследования использовали программный пакет Statistica компании StatSoft. Данные представлены в виде абсолютных и относительных значений (%), а также в виде средних значений. Для сравнения средних значений применяли t-критерий Стьюдента, а также t-критерий Уэлча. Для характеристики показателей вариационных рядов были использованы показатели: среднее значение (M), стандартное отклонение (SD). Статистически значимыми различия считали при p менее 0,05.\nРЕЗУЛЬТАТЫ\nПациенты в обеих группах не имели статистически значимых различий между группами (табл. 1). При анализе исходного этапа проводимого исследования пациенты были сопоставимы по половой и возрастной характеристикам, не имелось статистически значимых различий по длительности наличия ВБНК, локализации тромботических масс в подкожных венах. Количество пациентов женского пола в каждой группе было больше в сравнении с лицами мужского пола.\nПо \tналичию \tсопутствующих \tзаболеваний \tтакже не было статистически значимых различий между обеими группами (табл. 2).\nВсем пациентам после предоперационного обследования была выполнена эндовенозная коагуляция большой подкожной вены в соответствии с планом исследования.\nАнализ безопасности лечения в группах контроля и сравнения не выявил случаев клинически значимых геморрагических осложнений, ТГВ и ТЭЛА, летальных исходов за период наблюдения.\nНеврологические осложнения в группе сравнения отсутствовали, в группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки на оперированной конечности отмечались явления парестезии на уровне голени.\nВ группе контроля у 1 (2,94 %) пациентки в области коагулированной большой подкожной вены была отмечена реканализация в приустьевом отделе, что может быть обусловлено сохранившимся состоятельным притоком БПВ в данной области. У всех остальных пациентов была полная термическая окклюзия целевой вены. В 1 (2,94 %) случае в группе контроля и в 1 (6,25 %) случае в группе сравнения на 7-е сутки после операции на уровне голени было отмечено появление гиперпигментации на уровне голени, что мы связали с S-типом хода большой подкожной вены в области голени, доступ у обеих пациенток был в области средней трети голени. При выявлении гиперпигментации во время контрольного осмотра пациенткам была назначена местная терапия — обработка мазью Детрагель 2 раза в сутки в течение 10 суток. Также данным пациенткам было рекомендовано ношение компрессионного трикотажа 2-го класса компрессии по стандарту RAL-GZ 387 для ежедневного ношения в течение 1 месяца, в последующем рекомендовалось ношение при длительных ортостатических нагрузках. Участок гиперпигментации у пациентки из контрольной группы на 90-е сутки отсутствовал, у пациентки из группы сравнения гиперпигментация отсутствовала на контрольном осмотре на 30-е сутки.\nПри анализе длительности выполнения этапа от установки интродьюсера до окончания лазерной коагуляции, исключая время, выделенное на мини-флебэктомию, была получена статистически значимая разница между группой сравнения и контрольной группой: \n22,5 ± 4,1 и 26,9 ± 5,3 мин соответственно (p = 0,005). В предоперационном периоде у пациентов обеих групп были сопоставимые результаты оценки качества жизни по визуально-аналоговой шкале: в контрольной группе средний показатель качества жизни составил 43,62 балла, в группе сравнения — 43,75 балла.\nПо показателям оценки качества жизни пациентами по визуально-аналоговой шкале отмечается превосходство модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены над классической методикой на контрольных осмотрах на 7, 30 и 90-е сутки (табл. 3).\nНа контрольном осмотре в первые сутки после операции было отмечено незначительное снижение уровня качества жизни в обеих группах пациентов.\nНа контрольном осмотре на 7, 30 и 90-е сутки после операции уровень качества жизни в обеих группах имел положительную динамику. Однако в группе модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции отмечалась бóльшая динамика повышения качества жизни в послеоперационном периоде.\nОБСУЖДЕНИЕ\nЕсли в недавнем прошлом основным методом лечения были открытые методики флебэктомии, то в настоящее время основным видом оперативных вмешательств первой линии считают термические методики по причине меньших рисков осложнений, развития неоангиогенеза, с лучшими показателями качества жизни за счет меньшей выраженности болевого синдрома, а также за счет короткого времени реабилитации [9]. Сутью термической коагуляции является эндовенозное воздействие тепловой энергии, которая травмирует стенку вены и приводит к фиброзу, окклюзирующему коагулированную вену, который в последующем формирует единый соединительнотканный тяж [2, 10, 11]. После этапа термической коагуляции при необходимости ре-для удаления расширенных притоков подкожных вен [9, 12, 13, 14].\nЗадачами хирургического лечения при ТФПВ являются: снижение риска развития ТЭЛА, снижение вероятности распространения тромботических масс за счет разобщения поверхностных и глубоких вен; снижение риска рецидива ТФПВ; тотальное или частичное удаление тромботических масс из подкожных вен; снижение выраженности перифлебита или стимуляция его регресса; ликвидация патологических рефлюксов в варикозно измененных венах [9]. Для достижения меньшей выраженности операционного травматизма, повышения эстетического результата и меньшего количества послеоперационных осложнений были разработаны эндовазальные термические методики [15]. Стремление к сокращению количества возникающих осложнений ЭВЛК, соблюдение целесообразности выполнения оперативных вмешательств предписывают необходимость модернизации имеющихся методик выполнения данного вида эндовенозных вмешательств. Согласно клиническим рекомендациям не рекомендуется выполнение процедуры ЭВЛК при наличии свежих тромботических масс в просвете целевой подкожной вены [9, 12]. При стихании процесса риск отрыва тромботических масс снижается за счет фибриновых структур, фиксирующих тромботические массы в просвете вены. Используемая повсеместно методика лазерной коагуляции путем установки дополнительного интродьюсера, тотал-ЭВЛК или коагуляции подкожной вены проксимальнее с последующей флебэктомией/склеротерапией дистального фрагмента подкожной вены требует увеличения времени на выполнение операции или применения дополнительных расходных материалов. Данные условия привели в нашем случае к разработке более эффективной методики эндовенозной лазерной коагуляции подкожных вен, которая бы позволила снизить финансовые затраты, при этом не удлиняя операцию и не повышая риски интра- или послеоперационных осложнений (патент на изобретение № 2827090) [16]. Полученные результаты исследования позволяют выявить преимущество модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены, что реализуется в улучшении уровня качества жизни в послеоперационном периоде, отсутствии послеоперационной гиперпигментации и неврологических осложнений, отсутствии повышения затрат учреждения на выполнение процедуры, а также сокращения сроков выполнения операции. Методика модифицированной ЭВЛК является экономически целесообразной по причине отсутствия необходимости в установке второго интродьюсера, который по средним ценам в Республике Башкортостан составляет около 2200 рублей по данным общедоступных источников информации. Разработанная методика не требует дополнительных затрат для применения, однако может быть требовательной для исполнителя ввиду необходимости навыков адекватного пространственного ориентирования по данным ультразвукового аппарата. Несмотря на большое количество научных работ, посвященных термическим способам облитерации, данные методы лечения остаются актуальными и требуют дальнейшего изучения с целью повышения качества жизни пациентов и уменьшения рисков послеоперационных осложнений [17, 18, 19]. И даже несмотря на новые разработанные нетермические методы лечения ВБНК, ЭВЛК стабильно занимает лидирующее место в настоящее время [20].\nСтоит отметить имеющиеся ограничения исследования: исследование было ограничено критериями исключения, расой исследуемых пациентов (преимущественно европеоидная в данном исследовании), применяемыми параметрами лазерной коагуляции.\nЗАКЛЮЧЕНИЕ\nНаше исследование продемонстрировало эффективность модифицированной методики эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены в сравнении со стандартной методикой. Модифицированная методика операции показала статистически значимое превосходство по уровню качества жизни пациентов в послеоперационном периоде в сравнении с контрольной группой при применении визуально-аналоговой шкалы. Немаловажным преимуществом модифицированной методики является экономическая целесообразность введенной методики лазерной коагуляции."],"dc.subject.ru":["эндовенозная лазерная коагуляция","варикозная болезнь","тромбофлебит","большая подкожная вена","нижняя конечность"],"dc.title.ru":["Модификация эндовенозной лазерной коагуляции большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью на стадии стихшего тромбофлебита"],"dc.issue.volume":["15"],"dc.issue.number":["1"],"dc.pages":["5-11"],"dc.rights":["CC BY 4.0"],"dc.section":["ORIGINAL STUDIES","ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ"],"dc.section.en":["ORIGINAL STUDIES"],"dc.section.ru":["ОРИГИНАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ"],"dc.source":["Creative surgery and oncology","Креативная хирургия и онкология"],"dc.source.en":["Creative surgery and oncology"],"dc.source.ru":["Креативная хирургия и онкология"],"author":["М. В. Тимербулатов","M. V. Timerbulatov","Т. М. Мурасов","T. M. Murasov","С. С. Казбулатов","S. S. Kazbulatov","Д. Р. Ибрагимов","D. R. Ibragimov","М. А. Альмухаметов","M. A. Almuhametov","А. Р. Галиакберов","А. R. Galiakberov"],"author_keyword":["М. В. Тимербулатов","M. V. Timerbulatov","Т. М. Мурасов","T. M. Murasov","С. С. Казбулатов","S. S. Kazbulatov","Д. Р. Ибрагимов","D. R. Ibragimov","М. А. Альмухаметов","M. A. Almuhametov","А. Р. Галиакберов","А. R. Galiakberov"],"author_ac":["м. в. тимербулатов\n|||\nМ. В. Тимербулатов","m. v. timerbulatov\n|||\nM. V. Timerbulatov","т. м. мурасов\n|||\nТ. М. Мурасов","t. m. murasov\n|||\nT. M. Murasov","с. с. казбулатов\n|||\nС. С. Казбулатов","s. s. kazbulatov\n|||\nS. S. Kazbulatov","д. р. ибрагимов\n|||\nД. Р. Ибрагимов","d. r. ibragimov\n|||\nD. R. Ibragimov","м. а. альмухаметов\n|||\nМ. А. Альмухаметов","m. a. almuhametov\n|||\nM. A. Almuhametov","а. р. галиакберов\n|||\nА. Р. Галиакберов","а. r. galiakberov\n|||\nА. R. Galiakberov"],"author_filter":["м. в. тимербулатов\n|||\nМ. В. Тимербулатов","m. v. timerbulatov\n|||\nM. V. Timerbulatov","т. м. мурасов\n|||\nТ. М. Мурасов","t. m. murasov\n|||\nT. M. Murasov","с. с. казбулатов\n|||\nС. С. Казбулатов","s. s. kazbulatov\n|||\nS. S. Kazbulatov","д. р. ибрагимов\n|||\nД. Р. Ибрагимов","d. r. ibragimov\n|||\nD. R. Ibragimov","м. а. альмухаметов\n|||\nМ. А. Альмухаметов","m. a. almuhametov\n|||\nM. A. Almuhametov","а. р. галиакберов\n|||\nА. Р. Галиакберов","а. r. galiakberov\n|||\nА. R. Galiakberov"],"dc.author.name":["М. В. Тимербулатов","M. V. Timerbulatov","Т. М. Мурасов","T. M. Murasov","С. С. Казбулатов","S. S. Kazbulatov","Д. Р. Ибрагимов","D. R. Ibragimov","М. А. Альмухаметов","M. A. Almuhametov","А. Р. Галиакберов","А. R. Galiakberov"],"dc.author.name.ru":["М. В. Тимербулатов","Т. М. Мурасов","С. С. Казбулатов","Д. Р. Ибрагимов","М. А. Альмухаметов","А. Р. Галиакберов"],"dc.author.affiliation":["Башкирский государственный медицинский университет","Bashkir State Medical University","Башкирский государственный медицинский университет; Городская клиническая больница № 21; Башмедцентр","Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr","Городская клиническая больница № 21","City Clinical Hospital No. 21","Башкирский государственный медицинский университет","Bashkir State Medical University","Городская клиническая больница № 21","City Clinical Hospital No. 21","Башмедцентр","Bashmedcentr"],"dc.author.affiliation.ru":["Башкирский государственный медицинский университет","Башкирский государственный медицинский университет; Городская клиническая больница № 21; Башмедцентр","Городская клиническая больница № 21","Башкирский государственный медицинский университет","Городская клиническая больница № 21","Башмедцентр"],"dc.author.full":["М. В. Тимербулатов | Башкирский государственный медицинский университет","M. V. Timerbulatov | Bashkir State Medical University","Т. М. Мурасов | Башкирский государственный медицинский университет; Городская клиническая больница № 21; Башмедцентр","T. M. Murasov | Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr","С. С. Казбулатов | Городская клиническая больница № 21","S. S. Kazbulatov | City Clinical Hospital No. 21","Д. Р. Ибрагимов | Башкирский государственный медицинский университет","D. R. Ibragimov | Bashkir State Medical University","М. А. Альмухаметов | Городская клиническая больница № 21","M. A. Almuhametov | City Clinical Hospital No. 21","А. Р. Галиакберов | Башмедцентр","А. R. Galiakberov | Bashmedcentr"],"dc.author.full.ru":["М. В. Тимербулатов | Башкирский государственный медицинский университет","Т. М. Мурасов | Башкирский государственный медицинский университет; Городская клиническая больница № 21; Башмедцентр","С. С. Казбулатов | Городская клиническая больница № 21","Д. Р. Ибрагимов | Башкирский государственный медицинский университет","М. А. Альмухаметов | Городская клиническая больница № 21","А. Р. Галиакберов | Башмедцентр"],"dc.author.name.en":["M. V. Timerbulatov","T. M. Murasov","S. S. Kazbulatov","D. R. Ibragimov","M. A. Almuhametov","А. R. Galiakberov"],"dc.author.affiliation.en":["Bashkir State Medical University","Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr","City Clinical Hospital No. 21","Bashkir State Medical University","City Clinical Hospital No. 21","Bashmedcentr"],"dc.author.full.en":["M. V. Timerbulatov | Bashkir State Medical University","T. M. Murasov | Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr","S. S. Kazbulatov | City Clinical Hospital No. 21","D. R. Ibragimov | Bashkir State Medical University","M. A. Almuhametov | City Clinical Hospital No. 21","А. R. Galiakberov | Bashmedcentr"],"dc.authors":["{\"authors\": [{\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-6664-1308\", \"affiliation\": \"\\u0411\\u0430\\u0448\\u043a\\u0438\\u0440\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u043c\\u0435\\u0434\\u0438\\u0446\\u0438\\u043d\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0443\\u043d\\u0438\\u0432\\u0435\\u0440\\u0441\\u0438\\u0442\\u0435\\u0442\", \"full_name\": \"\\u041c. \\u0412. \\u0422\\u0438\\u043c\\u0435\\u0440\\u0431\\u0443\\u043b\\u0430\\u0442\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-6664-1308\", \"affiliation\": \"Bashkir State Medical University\", \"full_name\": \"M. V. Timerbulatov\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-1919-0997\", \"affiliation\": \"\\u0411\\u0430\\u0448\\u043a\\u0438\\u0440\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u043c\\u0435\\u0434\\u0438\\u0446\\u0438\\u043d\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0443\\u043d\\u0438\\u0432\\u0435\\u0440\\u0441\\u0438\\u0442\\u0435\\u0442; \\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u0430 \\u2116 21; \\u0411\\u0430\\u0448\\u043c\\u0435\\u0434\\u0446\\u0435\\u043d\\u0442\\u0440\", \"full_name\": \"\\u0422. \\u041c. \\u041c\\u0443\\u0440\\u0430\\u0441\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-1919-0997\", \"affiliation\": \"Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr\", \"full_name\": \"T. M. Murasov\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0009-0001-8628-8337\", \"affiliation\": \"\\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u0430 \\u2116 21\", \"full_name\": \"\\u0421. \\u0421. \\u041a\\u0430\\u0437\\u0431\\u0443\\u043b\\u0430\\u0442\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0009-0001-8628-8337\", \"affiliation\": \"City Clinical Hospital No. 21\", \"full_name\": \"S. S. Kazbulatov\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0003-4487-8061\", \"affiliation\": \"\\u0411\\u0430\\u0448\\u043a\\u0438\\u0440\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u043c\\u0435\\u0434\\u0438\\u0446\\u0438\\u043d\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0443\\u043d\\u0438\\u0432\\u0435\\u0440\\u0441\\u0438\\u0442\\u0435\\u0442\", \"full_name\": \"\\u0414. \\u0420. \\u0418\\u0431\\u0440\\u0430\\u0433\\u0438\\u043c\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0003-4487-8061\", \"affiliation\": \"Bashkir State Medical University\", \"full_name\": \"D. R. Ibragimov\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0009-0003-6974-8279\", \"affiliation\": \"\\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u0430 \\u2116 21\", \"full_name\": \"\\u041c. \\u0410. \\u0410\\u043b\\u044c\\u043c\\u0443\\u0445\\u0430\\u043c\\u0435\\u0442\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0009-0003-6974-8279\", \"affiliation\": \"City Clinical Hospital No. 21\", \"full_name\": \"M. A. Almuhametov\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0009-0001-2657-2942\", \"affiliation\": \"\\u0411\\u0430\\u0448\\u043c\\u0435\\u0434\\u0446\\u0435\\u043d\\u0442\\u0440\", \"full_name\": \"\\u0410. \\u0420. \\u0413\\u0430\\u043b\\u0438\\u0430\\u043a\\u0431\\u0435\\u0440\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0009-0001-2657-2942\", \"affiliation\": \"Bashmedcentr\", \"full_name\": \"\\u0410. R. Galiakberov\"}}]}"],"dateIssued":["2025-04-01"],"dateIssued_keyword":["2025-04-01","2025"],"dateIssued_ac":["2025-04-01\n|||\n2025-04-01","2025"],"dateIssued.year":[2025],"dateIssued.year_sort":"2025","dc.date.published":["2025-04-01"],"dc.origin":["https://surgonco.elpub.ru/jour/article/view/1046"],"dc.citation":["Каторкин С.Е., Мельников М.А., Кушнарчук М.Ю., Яровенко Г.В., Мышенцев П.Н. Стандартизированное применение комбинированного топического препарата в комплексном лечении тромбофлебита поверхностных вен нижних конечностей. Амбулаторная хирургия. 2022;19(1):20–8. DOI: 10.21518/1995-1477-2022-19-1-20-28","Бицадзе В.О., Бредихин Р.А., Булатов В.Л., Головина В.И., Дженина О.В., Золотухин И.А. и др. Флебит и тромбофлебит поверхностных сосудов. Флебология. 2021;15(3):211–244. DOI: 10.17116/flebo202115031211","Bontinis A., Pouliopoulou I., Bontinis V., Liakopoulos V., Giannopoulos A., Chatzimpalasi T., et al. Anticoagulants for the treatment of isolated lower limb superficial vein thrombosis a Bayesian network meta-analysis of randomized controlled trials. Thrombosis Res. 2024;241:109101. DOI: 10.1016/j.thromres.2024.109101","Noppeney T., Rabe E., Hoffmann U., Schimke A., Heinken A., Langer F., et al. Varicose vein surgery after acute isolated superficial vein thrombosis in daily practice: INSIGHTS-SVT study. J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2024;12(6):101917. DOI: 10.1016/j.jvsv.2024.101917","Karathanos C., Chatzis D., Latzios P., Papakostas I., Goumas K., Giannoukas A.D. Treatment of superficial vein thrombosis with intermediate dose of tinzaparin: A real word cohort study. The SeVEN EXTension study. Phlebology. 2021;36(6):423–31. DOI: 10.1177/0268355520947300","Casian D., Bzovii F., Culiuc V., Gutu E. Urgent surgery versus anticoagulation for treatment of superficial vein thrombosis in patients with varicose veins. Vasa. 2022;51(3):174–81. DOI: 10.1024/0301-1526/a001000","Kakkos S.K., Gohel M., Baekgaard N., Bauersachs R., Bellmunt-Montoya S., Black S.A., et al. Editor’s choice — European Society for Vascular Surgery (ESVS) 2021 Clinical practice guidelines on the management of venous thrombosis. Eur J Vasc Endovasc Surg. 2021;61(1):9–82. DOI: 10.1016/J.EJVS.2020.09.023","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С., Мурасов А.М., Ибрагимов Д.Р. Тотальный стриппинг большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью, перенесших тромбофлебит. Креативная хирургия и онкология. 2024;14(3):223–8. DOI: 10.24060/2076-3093-2024-14-3-223-228","Камаев А.А., Булатов В.Л., Вахратьян П.Е., Волков А.М., Волков А.С., Гаврилов Е.К. и др. Варикозное расширение вен. Флебология. 2022;16(1):41–108. DOI: 10.17116/flebo20221601141","Carradice D., Leung C., Chetter I. Laser; best practice techniques and evidence. Phlebology. 2015;30(2):36–41. DOI: 10.1177/0268355515591440. PMID: 26556701","Vuylsteke M., Klitfod L., Mansilha A. Endovenous ablation. Int Angiol. 2019;38(1):22–38. DOI: 10.23736/S0392-9590.18.04047-6","Spinedi L., Stricker H., Staub D., Uthoff H. Laser ablation for treatment of a partially thrombosed proximal great saphenous vein. Case Rep. Endovenous Vasc Med. 2019;2019:1–3. DOI: 10.1155/2019/1726978","Brown C.S., Obi A.T., Cronenwett J.L., Kabnick L., Wakefield T.W., Osborne N.H. Outcomes after truncal ablation with or without concomitant phlebectomy for isolated symptomatic varicose veins (C2 disease). J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2021;9(2):369–76. DOI: 10.1016/j.jvsv.2020.05.016","Hager E., Ozvath K., Dillavou E. Evidence summary of combined saphenous ablation and treatment of varicosities versus staged phlebectomy. J Vasc Surg: Venous Lymph Dis. 2017;5(1):134–7. DOI: 10.1016/j.jvsv.2016.07.009","Михайлов И.П., Козловский Б.В., Арустамян В.А. Хирургическое лечение варикозной болезни нижних конечностей. Журнал им. Н.В. Склифосовского Неотложная медицинская помощь. 2023;12(3):471–80. DOI: 10.23934/2223-9022-2023-12-3-471-480","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С. Cпособ эндовазальной лазерной коагуляции подкожной вены при варикозной болезни нижних конечностей, осложненной перенесенным тромбофлебитом: патент Российская Федерация 2827090 C1 от 23.09.2024.","Минаев В.П., Богачев В.Ю., Капериз К.А. Эндовенозная лазерная коагуляция варикозно расширенных вен: эволюция продолжается. Амбулаторная хирургия. 2023;20(1):174–84. DOI: 10.21518/akh2023-002","Yang X., Li J., Bai X., Zhou L., Xu W. Endovenous microwave ablation versus radiofrequency ablation for the treatment of lower limb varicose veins. Ann Vasc Surg. 2024;98:301–8. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.06.024","Tan J., Li J., Bai X., Wang C., Xu W. One year follow-up of endovascular microwave ablation and concomitant foam sclerotherapy in the treatment of primary small saphenous vein insufficiency. Ann Vasc Surg. 2023;96:374–81. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.04.037","Мазайшвили К.В., Агаларов Р.М. Этапы жизни медицинской технологии по J. McKinlay на примере эндовенозной лазерной облитерации. Флебология. 2019;13(2):146–53. DOI: 10.17116/flebo201913021146","Каторкин С.Е., Мельников М.А., Кушнарчук М.Ю., Яровенко Г.В., Мышенцев П.Н. Стандартизированное применение комбинированного топического препарата в комплексном лечении тромбофлебита поверхностных вен нижних конечностей. Амбулаторная хирургия. 2022;19(1):20–8. DOI: 10.21518/1995-1477-2022-19-1-20-28","Бицадзе В.О., Бредихин Р.А., Булатов В.Л., Головина В.И., Дженина О.В., Золотухин И.А. и др. Флебит и тромбофлебит поверхностных сосудов. Флебология. 2021;15(3):211–244. DOI: 10.17116/flebo202115031211","Bontinis A., Pouliopoulou I., Bontinis V., Liakopoulos V., Giannopoulos A., Chatzimpalasi T., et al. Anticoagulants for the treatment of isolated lower limb superficial vein thrombosis a Bayesian network meta-analysis of randomized controlled trials. Thrombosis Res. 2024;241:109101. DOI: 10.1016/j.thromres.2024.109101","Noppeney T., Rabe E., Hoffmann U., Schimke A., Heinken A., Langer F., et al. Varicose vein surgery after acute isolated superficial vein thrombosis in daily practice: INSIGHTS-SVT study. J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2024;12(6):101917. DOI: 10.1016/j.jvsv.2024.101917","Karathanos C., Chatzis D., Latzios P., Papakostas I., Goumas K., Giannoukas A.D. Treatment of superficial vein thrombosis with intermediate dose of tinzaparin: A real word cohort study. The SeVEN EXTension study. Phlebology. 2021;36(6):423–31. DOI: 10.1177/0268355520947300","Casian D., Bzovii F., Culiuc V., Gutu E. Urgent surgery versus anticoagulation for treatment of superficial vein thrombosis in patients with varicose veins. Vasa. 2022;51(3):174–81. DOI: 10.1024/0301-1526/a001000","Kakkos S.K., Gohel M., Baekgaard N., Bauersachs R., Bellmunt-Montoya S., Black S.A., et al. Editor’s choice — European Society for Vascular Surgery (ESVS) 2021 Clinical practice guidelines on the management of venous thrombosis. Eur J Vasc Endovasc Surg. 2021;61(1):9–82. DOI: 10.1016/J.EJVS.2020.09.023","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С., Мурасов А.М., Ибрагимов Д.Р. Тотальный стриппинг большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью, перенесших тромбофлебит. Креативная хирургия и онкология. 2024;14(3):223–8. DOI: 10.24060/2076-3093-2024-14-3-223-228","Камаев А.А., Булатов В.Л., Вахратьян П.Е., Волков А.М., Волков А.С., Гаврилов Е.К. и др. Варикозное расширение вен. Флебология. 2022;16(1):41–108. DOI: 10.17116/flebo20221601141","Carradice D., Leung C., Chetter I. Laser; best practice techniques and evidence. Phlebology. 2015;30(2):36–41. DOI: 10.1177/0268355515591440. PMID: 26556701","Vuylsteke M., Klitfod L., Mansilha A. Endovenous ablation. Int Angiol. 2019;38(1):22–38. DOI: 10.23736/S0392-9590.18.04047-6","Spinedi L., Stricker H., Staub D., Uthoff H. Laser ablation for treatment of a partially thrombosed proximal great saphenous vein. Case Rep. Endovenous Vasc Med. 2019;2019:1–3. DOI: 10.1155/2019/1726978","Brown C.S., Obi A.T., Cronenwett J.L., Kabnick L., Wakefield T.W., Osborne N.H. Outcomes after truncal ablation with or without concomitant phlebectomy for isolated symptomatic varicose veins (C2 disease). J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2021;9(2):369–76. DOI: 10.1016/j.jvsv.2020.05.016","Hager E., Ozvath K., Dillavou E. Evidence summary of combined saphenous ablation and treatment of varicosities versus staged phlebectomy. J Vasc Surg: Venous Lymph Dis. 2017;5(1):134–7. DOI: 10.1016/j.jvsv.2016.07.009","Михайлов И.П., Козловский Б.В., Арустамян В.А. Хирургическое лечение варикозной болезни нижних конечностей. Журнал им. Н.В. Склифосовского Неотложная медицинская помощь. 2023;12(3):471–80. DOI: 10.23934/2223-9022-2023-12-3-471-480","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С. Cпособ эндовазальной лазерной коагуляции подкожной вены при варикозной болезни нижних конечностей, осложненной перенесенным тромбофлебитом: патент Российская Федерация 2827090 C1 от 23.09.2024.","Минаев В.П., Богачев В.Ю., Капериз К.А. Эндовенозная лазерная коагуляция варикозно расширенных вен: эволюция продолжается. Амбулаторная хирургия. 2023;20(1):174–84. DOI: 10.21518/akh2023-002","Yang X., Li J., Bai X., Zhou L., Xu W. Endovenous microwave ablation versus radiofrequency ablation for the treatment of lower limb varicose veins. Ann Vasc Surg. 2024;98:301–8. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.06.024","Tan J., Li J., Bai X., Wang C., Xu W. One year follow-up of endovascular microwave ablation and concomitant foam sclerotherapy in the treatment of primary small saphenous vein insufficiency. Ann Vasc Surg. 2023;96:374–81. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.04.037","Мазайшвили К.В., Агаларов Р.М. Этапы жизни медицинской технологии по J. McKinlay на примере эндовенозной лазерной облитерации. Флебология. 2019;13(2):146–53. DOI: 10.17116/flebo201913021146"],"dc.citation.ru":["Каторкин С.Е., Мельников М.А., Кушнарчук М.Ю., Яровенко Г.В., Мышенцев П.Н. Стандартизированное применение комбинированного топического препарата в комплексном лечении тромбофлебита поверхностных вен нижних конечностей. Амбулаторная хирургия. 2022;19(1):20–8. DOI: 10.21518/1995-1477-2022-19-1-20-28","Бицадзе В.О., Бредихин Р.А., Булатов В.Л., Головина В.И., Дженина О.В., Золотухин И.А. и др. Флебит и тромбофлебит поверхностных сосудов. Флебология. 2021;15(3):211–244. DOI: 10.17116/flebo202115031211","Bontinis A., Pouliopoulou I., Bontinis V., Liakopoulos V., Giannopoulos A., Chatzimpalasi T., et al. Anticoagulants for the treatment of isolated lower limb superficial vein thrombosis a Bayesian network meta-analysis of randomized controlled trials. Thrombosis Res. 2024;241:109101. DOI: 10.1016/j.thromres.2024.109101","Noppeney T., Rabe E., Hoffmann U., Schimke A., Heinken A., Langer F., et al. Varicose vein surgery after acute isolated superficial vein thrombosis in daily practice: INSIGHTS-SVT study. J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2024;12(6):101917. DOI: 10.1016/j.jvsv.2024.101917","Karathanos C., Chatzis D., Latzios P., Papakostas I., Goumas K., Giannoukas A.D. Treatment of superficial vein thrombosis with intermediate dose of tinzaparin: A real word cohort study. The SeVEN EXTension study. Phlebology. 2021;36(6):423–31. DOI: 10.1177/0268355520947300","Casian D., Bzovii F., Culiuc V., Gutu E. Urgent surgery versus anticoagulation for treatment of superficial vein thrombosis in patients with varicose veins. Vasa. 2022;51(3):174–81. DOI: 10.1024/0301-1526/a001000","Kakkos S.K., Gohel M., Baekgaard N., Bauersachs R., Bellmunt-Montoya S., Black S.A., et al. Editor’s choice — European Society for Vascular Surgery (ESVS) 2021 Clinical practice guidelines on the management of venous thrombosis. Eur J Vasc Endovasc Surg. 2021;61(1):9–82. DOI: 10.1016/J.EJVS.2020.09.023","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С., Мурасов А.М., Ибрагимов Д.Р. Тотальный стриппинг большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью, перенесших тромбофлебит. Креативная хирургия и онкология. 2024;14(3):223–8. DOI: 10.24060/2076-3093-2024-14-3-223-228","Камаев А.А., Булатов В.Л., Вахратьян П.Е., Волков А.М., Волков А.С., Гаврилов Е.К. и др. Варикозное расширение вен. Флебология. 2022;16(1):41–108. DOI: 10.17116/flebo20221601141","Carradice D., Leung C., Chetter I. Laser; best practice techniques and evidence. Phlebology. 2015;30(2):36–41. DOI: 10.1177/0268355515591440. PMID: 26556701","Vuylsteke M., Klitfod L., Mansilha A. Endovenous ablation. Int Angiol. 2019;38(1):22–38. DOI: 10.23736/S0392-9590.18.04047-6","Spinedi L., Stricker H., Staub D., Uthoff H. Laser ablation for treatment of a partially thrombosed proximal great saphenous vein. Case Rep. Endovenous Vasc Med. 2019;2019:1–3. DOI: 10.1155/2019/1726978","Brown C.S., Obi A.T., Cronenwett J.L., Kabnick L., Wakefield T.W., Osborne N.H. Outcomes after truncal ablation with or without concomitant phlebectomy for isolated symptomatic varicose veins (C2 disease). J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2021;9(2):369–76. DOI: 10.1016/j.jvsv.2020.05.016","Hager E., Ozvath K., Dillavou E. Evidence summary of combined saphenous ablation and treatment of varicosities versus staged phlebectomy. J Vasc Surg: Venous Lymph Dis. 2017;5(1):134–7. DOI: 10.1016/j.jvsv.2016.07.009","Михайлов И.П., Козловский Б.В., Арустамян В.А. Хирургическое лечение варикозной болезни нижних конечностей. Журнал им. Н.В. Склифосовского Неотложная медицинская помощь. 2023;12(3):471–80. DOI: 10.23934/2223-9022-2023-12-3-471-480","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С. Cпособ эндовазальной лазерной коагуляции подкожной вены при варикозной болезни нижних конечностей, осложненной перенесенным тромбофлебитом: патент Российская Федерация 2827090 C1 от 23.09.2024.","Минаев В.П., Богачев В.Ю., Капериз К.А. Эндовенозная лазерная коагуляция варикозно расширенных вен: эволюция продолжается. Амбулаторная хирургия. 2023;20(1):174–84. DOI: 10.21518/akh2023-002","Yang X., Li J., Bai X., Zhou L., Xu W. Endovenous microwave ablation versus radiofrequency ablation for the treatment of lower limb varicose veins. Ann Vasc Surg. 2024;98:301–8. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.06.024","Tan J., Li J., Bai X., Wang C., Xu W. One year follow-up of endovascular microwave ablation and concomitant foam sclerotherapy in the treatment of primary small saphenous vein insufficiency. Ann Vasc Surg. 2023;96:374–81. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.04.037","Мазайшвили К.В., Агаларов Р.М. Этапы жизни медицинской технологии по J. McKinlay на примере эндовенозной лазерной облитерации. Флебология. 2019;13(2):146–53. DOI: 10.17116/flebo201913021146"],"dc.citation.en":["Каторкин С.Е., Мельников М.А., Кушнарчук М.Ю., Яровенко Г.В., Мышенцев П.Н. Стандартизированное применение комбинированного топического препарата в комплексном лечении тромбофлебита поверхностных вен нижних конечностей. Амбулаторная хирургия. 2022;19(1):20–8. DOI: 10.21518/1995-1477-2022-19-1-20-28","Бицадзе В.О., Бредихин Р.А., Булатов В.Л., Головина В.И., Дженина О.В., Золотухин И.А. и др. Флебит и тромбофлебит поверхностных сосудов. Флебология. 2021;15(3):211–244. DOI: 10.17116/flebo202115031211","Bontinis A., Pouliopoulou I., Bontinis V., Liakopoulos V., Giannopoulos A., Chatzimpalasi T., et al. Anticoagulants for the treatment of isolated lower limb superficial vein thrombosis a Bayesian network meta-analysis of randomized controlled trials. Thrombosis Res. 2024;241:109101. DOI: 10.1016/j.thromres.2024.109101","Noppeney T., Rabe E., Hoffmann U., Schimke A., Heinken A., Langer F., et al. Varicose vein surgery after acute isolated superficial vein thrombosis in daily practice: INSIGHTS-SVT study. J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2024;12(6):101917. DOI: 10.1016/j.jvsv.2024.101917","Karathanos C., Chatzis D., Latzios P., Papakostas I., Goumas K., Giannoukas A.D. Treatment of superficial vein thrombosis with intermediate dose of tinzaparin: A real word cohort study. The SeVEN EXTension study. Phlebology. 2021;36(6):423–31. DOI: 10.1177/0268355520947300","Casian D., Bzovii F., Culiuc V., Gutu E. Urgent surgery versus anticoagulation for treatment of superficial vein thrombosis in patients with varicose veins. Vasa. 2022;51(3):174–81. DOI: 10.1024/0301-1526/a001000","Kakkos S.K., Gohel M., Baekgaard N., Bauersachs R., Bellmunt-Montoya S., Black S.A., et al. Editor’s choice — European Society for Vascular Surgery (ESVS) 2021 Clinical practice guidelines on the management of venous thrombosis. Eur J Vasc Endovasc Surg. 2021;61(1):9–82. DOI: 10.1016/J.EJVS.2020.09.023","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С., Мурасов А.М., Ибрагимов Д.Р. Тотальный стриппинг большой подкожной вены у пациентов с варикозной болезнью, перенесших тромбофлебит. Креативная хирургия и онкология. 2024;14(3):223–8. DOI: 10.24060/2076-3093-2024-14-3-223-228","Камаев А.А., Булатов В.Л., Вахратьян П.Е., Волков А.М., Волков А.С., Гаврилов Е.К. и др. Варикозное расширение вен. Флебология. 2022;16(1):41–108. DOI: 10.17116/flebo20221601141","Carradice D., Leung C., Chetter I. Laser; best practice techniques and evidence. Phlebology. 2015;30(2):36–41. DOI: 10.1177/0268355515591440. PMID: 26556701","Vuylsteke M., Klitfod L., Mansilha A. Endovenous ablation. Int Angiol. 2019;38(1):22–38. DOI: 10.23736/S0392-9590.18.04047-6","Spinedi L., Stricker H., Staub D., Uthoff H. Laser ablation for treatment of a partially thrombosed proximal great saphenous vein. Case Rep. Endovenous Vasc Med. 2019;2019:1–3. DOI: 10.1155/2019/1726978","Brown C.S., Obi A.T., Cronenwett J.L., Kabnick L., Wakefield T.W., Osborne N.H. Outcomes after truncal ablation with or without concomitant phlebectomy for isolated symptomatic varicose veins (C2 disease). J Vasc Surg Venous Lymphat Disord. 2021;9(2):369–76. DOI: 10.1016/j.jvsv.2020.05.016","Hager E., Ozvath K., Dillavou E. Evidence summary of combined saphenous ablation and treatment of varicosities versus staged phlebectomy. J Vasc Surg: Venous Lymph Dis. 2017;5(1):134–7. DOI: 10.1016/j.jvsv.2016.07.009","Михайлов И.П., Козловский Б.В., Арустамян В.А. Хирургическое лечение варикозной болезни нижних конечностей. Журнал им. Н.В. Склифосовского Неотложная медицинская помощь. 2023;12(3):471–80. DOI: 10.23934/2223-9022-2023-12-3-471-480","Мурасов Т.М., Тимербулатов М.В., Казбулатов С.С. Cпособ эндовазальной лазерной коагуляции подкожной вены при варикозной болезни нижних конечностей, осложненной перенесенным тромбофлебитом: патент Российская Федерация 2827090 C1 от 23.09.2024.","Минаев В.П., Богачев В.Ю., Капериз К.А. Эндовенозная лазерная коагуляция варикозно расширенных вен: эволюция продолжается. Амбулаторная хирургия. 2023;20(1):174–84. DOI: 10.21518/akh2023-002","Yang X., Li J., Bai X., Zhou L., Xu W. Endovenous microwave ablation versus radiofrequency ablation for the treatment of lower limb varicose veins. Ann Vasc Surg. 2024;98:301–8. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.06.024","Tan J., Li J., Bai X., Wang C., Xu W. One year follow-up of endovascular microwave ablation and concomitant foam sclerotherapy in the treatment of primary small saphenous vein insufficiency. Ann Vasc Surg. 2023;96:374–81. DOI: 10.1016/j.avsg.2023.04.037","Мазайшвили К.В., Агаларов Р.М. Этапы жизни медицинской технологии по J. McKinlay на примере эндовенозной лазерной облитерации. Флебология. 2019;13(2):146–53. DOI: 10.17116/flebo201913021146"],"dc.identifier.uri":["http://hdl.handle.net/123456789/8909"],"dc.date.accessioned_dt":"2025-07-09T13:58:51Z","dc.date.accessioned":["2025-07-09T13:58:51Z"],"dc.date.available":["2025-07-09T13:58:51Z"],"publication_grp":["123456789/8909"],"bi_4_dis_filter":["тромбофлебит\n|||\nтромбофлебит","варикозная болезнь\n|||\nварикозная болезнь","lower extremity\n|||\nlower extremity","endovenous laser coagulation\n|||\nendovenous laser coagulation","эндовенозная лазерная коагуляция\n|||\nэндовенозная лазерная коагуляция","varicose\n|||\nvaricose","great saphenous vein\n|||\ngreat saphenous vein","большая подкожная вена\n|||\nбольшая подкожная вена","нижняя конечность\n|||\nнижняя конечность","thrombophlebitis\n|||\nthrombophlebitis"],"bi_4_dis_partial":["great saphenous vein","varicose","endovenous laser coagulation","нижняя конечность","тромбофлебит","варикозная болезнь","thrombophlebitis","lower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция","большая подкожная вена"],"bi_4_dis_value_filter":["great saphenous vein","varicose","endovenous laser coagulation","нижняя конечность","тромбофлебит","варикозная болезнь","thrombophlebitis","lower extremity","эндовенозная лазерная коагуляция","большая подкожная вена"],"bi_sort_1_sort":"modification of endovenous laser coagulation of great saphenous veins in patients with varicose: stage of declined thrombophlebitis","bi_sort_3_sort":"2025-07-09T13:58:51Z","read":["g0"],"_version_":1837178061661929472},{"SolrIndexer.lastIndexed":"2025-07-09T13:58:56.392Z","search.uniqueid":"2-8029","search.resourcetype":2,"search.resourceid":8029,"handle":"123456789/8918","location":["m195","l687"],"location.comm":["195"],"location.coll":["687"],"withdrawn":"false","discoverable":"true","dc.doi":["10.24060/2076-3093-2025-15-1-72-78"],"dc.abstract":["

Introduction. Primary mature retroperitoneal dermoid cysts constitute a fairly rare pathology that is uncommon in men aged 50 years and older. In this article, we describe a case of a 68-year-old man with a large mature paravesical dermoid cyst extending into the rectovesical pouch and its successful surgical treatment using a da Vinci Xi robotic surgical system. Aim. To discuss the advantages of robotic access in the removal of large pelvic masses to achieve a speedy, successful outcome.

Materials and methods. An oval-shaped mass in the right side of the lesser pelvis measuring 66×85×62 mm was detected during a pelvic MRI exam performed as a follow-up after an adenomectomy. The attempted ultrasoundguided puncture was unsuccessful. A diagnostic laparoscopy was indicated to collect biopsy samples of the mass, with its subsequent removal if possible. Histology results verified the presence of a retroperitoneal dermoid cyst. In order to ascertain its localization and relationship with surrounding tissues, as well as to determine the structural parameters, a PET CT scan was performed. The planned robot-assisted laparoscopic excision of the retroperitoneal pelvic mass was performed.

Results and discussion. A general visual examination showed the removed specimen to be a cyst filled with a mushy mass of dirty white color, having an unpleasant odor and a large number of follicles. The histological study revealed an inflamed, ruptured retroperitoneal dermoid cyst.

Conclusion. The clinical case shows that old age mature dermoid cysts are found in the elderly; however, with timely diagnosis, they can be fully treated.

","

Введение. Первичные зрелые дермоидные кисты забрюшинного пространства — это довольно редкая патология, которая нечасто встречается у мужчин в возрасте 50 лет и старше. В данной статье мы описываем случай наличия паравезикальной крупной зрелой дермоидной кисты с распространением в пузырно-прямокишечную ямку у 68-летнего мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением робот-ассистированной хирургической системы da Vinci Xi. Цель. Обсудить преимущества роботизированного доступа для удаления крупных образований таза и скорейшего благополучного исхода.

Материалы и методы. Образование овальной формы в правых отделах малого таза размером 66×85×62 мм случайно было выявлено при МРТ ОМТ во время обследования после аденомэктомии в анамнезе. Попытка пункции под контролем УЗИ безуспешна. Показано проведение диагностической лапароскопии с целью взятия биопсийных образцов образования с последующим удалением при возможности. По результатам гистологии верифицирована забрюшинная дермоидная киста. Для точности локализации, взаимоотношения с окружающими тканями и определения структурных параметров была проведена ПЭТ-КТ. В плановом порядке выполнено робот-ассистированное лапароскопическое иссечение забрюшинного образования малого таза.

Результаты и обсуждение. При общем визуальном осмотре удаленный образец представлял собой кисту, заполненную кашицеобразной массой грязно-белого цвета с неприятным запахом и с наличием большого количества волос. Заключение гистологического исследования — дермоидная киста забрюшинного пространства с разрывом стенки и воспалением.

Заключение. Клинический случай показывает, что пожилой возраст не является исключением для выявления зрелых дермоидных кист, но при своевременной диагностике возможно их полноценное лечение.

"],"dc.abstract.en":["

Introduction. Primary mature retroperitoneal dermoid cysts constitute a fairly rare pathology that is uncommon in men aged 50 years and older. In this article, we describe a case of a 68-year-old man with a large mature paravesical dermoid cyst extending into the rectovesical pouch and its successful surgical treatment using a da Vinci Xi robotic surgical system. Aim. To discuss the advantages of robotic access in the removal of large pelvic masses to achieve a speedy, successful outcome.

Materials and methods. An oval-shaped mass in the right side of the lesser pelvis measuring 66×85×62 mm was detected during a pelvic MRI exam performed as a follow-up after an adenomectomy. The attempted ultrasoundguided puncture was unsuccessful. A diagnostic laparoscopy was indicated to collect biopsy samples of the mass, with its subsequent removal if possible. Histology results verified the presence of a retroperitoneal dermoid cyst. In order to ascertain its localization and relationship with surrounding tissues, as well as to determine the structural parameters, a PET CT scan was performed. The planned robot-assisted laparoscopic excision of the retroperitoneal pelvic mass was performed.

Results and discussion. A general visual examination showed the removed specimen to be a cyst filled with a mushy mass of dirty white color, having an unpleasant odor and a large number of follicles. The histological study revealed an inflamed, ruptured retroperitoneal dermoid cyst.

Conclusion. The clinical case shows that old age mature dermoid cysts are found in the elderly; however, with timely diagnosis, they can be fully treated.

"],"subject":["dermoid cyst","mature teratoma","retroperitoneal space","old age","germ cell tumor","extragonadal localization","robotic surgical procedures","дермоидная киста","зрелая тератома","забрюшинное пространство","пожилой возраст","герминогенная опухоль","внегонадная локализация","роботизированные хирургические операции"],"subject_keyword":["dermoid cyst","dermoid cyst","mature teratoma","mature teratoma","retroperitoneal space","retroperitoneal space","old age","old age","germ cell tumor","germ cell tumor","extragonadal localization","extragonadal localization","robotic surgical procedures","robotic surgical procedures","дермоидная киста","дермоидная киста","зрелая тератома","зрелая тератома","забрюшинное пространство","забрюшинное пространство","пожилой возраст","пожилой возраст","герминогенная опухоль","герминогенная опухоль","внегонадная локализация","внегонадная локализация","роботизированные хирургические операции","роботизированные хирургические операции"],"subject_ac":["dermoid cyst\n|||\ndermoid cyst","mature teratoma\n|||\nmature teratoma","retroperitoneal space\n|||\nretroperitoneal space","old age\n|||\nold age","germ cell tumor\n|||\ngerm cell tumor","extragonadal localization\n|||\nextragonadal localization","robotic surgical procedures\n|||\nrobotic surgical procedures","дермоидная киста\n|||\nдермоидная киста","зрелая тератома\n|||\nзрелая тератома","забрюшинное пространство\n|||\nзабрюшинное пространство","пожилой возраст\n|||\nпожилой возраст","герминогенная опухоль\n|||\nгерминогенная опухоль","внегонадная локализация\n|||\nвнегонадная локализация","роботизированные хирургические операции\n|||\nроботизированные хирургические операции"],"subject_tax_0_filter":["dermoid cyst\n|||\ndermoid cyst","mature teratoma\n|||\nmature teratoma","retroperitoneal space\n|||\nretroperitoneal space","old age\n|||\nold age","germ cell tumor\n|||\ngerm cell tumor","extragonadal localization\n|||\nextragonadal localization","robotic surgical procedures\n|||\nrobotic surgical procedures","дермоидная киста\n|||\nдермоидная киста","зрелая тератома\n|||\nзрелая тератома","забрюшинное пространство\n|||\nзабрюшинное пространство","пожилой возраст\n|||\nпожилой возраст","герминогенная опухоль\n|||\nгерминогенная опухоль","внегонадная локализация\n|||\nвнегонадная локализация","роботизированные хирургические операции\n|||\nроботизированные хирургические операции"],"subject_filter":["dermoid cyst\n|||\ndermoid cyst","mature teratoma\n|||\nmature teratoma","retroperitoneal space\n|||\nretroperitoneal space","old age\n|||\nold age","germ cell tumor\n|||\ngerm cell tumor","extragonadal localization\n|||\nextragonadal localization","robotic surgical procedures\n|||\nrobotic surgical procedures","дермоидная киста\n|||\nдермоидная киста","зрелая тератома\n|||\nзрелая тератома","забрюшинное пространство\n|||\nзабрюшинное пространство","пожилой возраст\n|||\nпожилой возраст","герминогенная опухоль\n|||\nгерминогенная опухоль","внегонадная локализация\n|||\nвнегонадная локализация","роботизированные хирургические операции\n|||\nроботизированные хирургические операции"],"dc.subject_mlt":["dermoid cyst","mature teratoma","retroperitoneal space","old age","germ cell tumor","extragonadal localization","robotic surgical procedures","дермоидная киста","зрелая тератома","забрюшинное пространство","пожилой возраст","герминогенная опухоль","внегонадная локализация","роботизированные хирургические операции"],"dc.subject":["dermoid cyst","mature teratoma","retroperitoneal space","old age","germ cell tumor","extragonadal localization","robotic surgical procedures","дермоидная киста","зрелая тератома","забрюшинное пространство","пожилой возраст","герминогенная опухоль","внегонадная локализация","роботизированные хирургические операции"],"dc.subject.en":["dermoid cyst","mature teratoma","retroperitoneal space","old age","germ cell tumor","extragonadal localization","robotic surgical procedures"],"title":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"title_keyword":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"title_ac":["dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: clinical case\n|||\nDermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай\n|||\nДермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"dc.title_sort":"Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","dc.title_hl":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"dc.title_mlt":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"dc.title":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case","Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"dc.title_stored":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nen","Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nnull\n|||\nru"],"dc.title.en":["Dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: Clinical case"],"dc.abstract.ru":["

Введение. Первичные зрелые дермоидные кисты забрюшинного пространства — это довольно редкая патология, которая нечасто встречается у мужчин в возрасте 50 лет и старше. В данной статье мы описываем случай наличия паравезикальной крупной зрелой дермоидной кисты с распространением в пузырно-прямокишечную ямку у 68-летнего мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением робот-ассистированной хирургической системы da Vinci Xi. Цель. Обсудить преимущества роботизированного доступа для удаления крупных образований таза и скорейшего благополучного исхода.

Материалы и методы. Образование овальной формы в правых отделах малого таза размером 66×85×62 мм случайно было выявлено при МРТ ОМТ во время обследования после аденомэктомии в анамнезе. Попытка пункции под контролем УЗИ безуспешна. Показано проведение диагностической лапароскопии с целью взятия биопсийных образцов образования с последующим удалением при возможности. По результатам гистологии верифицирована забрюшинная дермоидная киста. Для точности локализации, взаимоотношения с окружающими тканями и определения структурных параметров была проведена ПЭТ-КТ. В плановом порядке выполнено робот-ассистированное лапароскопическое иссечение забрюшинного образования малого таза.

Результаты и обсуждение. При общем визуальном осмотре удаленный образец представлял собой кисту, заполненную кашицеобразной массой грязно-белого цвета с неприятным запахом и с наличием большого количества волос. Заключение гистологического исследования — дермоидная киста забрюшинного пространства с разрывом стенки и воспалением.

Заключение. Клинический случай показывает, что пожилой возраст не является исключением для выявления зрелых дермоидных кист, но при своевременной диагностике возможно их полноценное лечение.

"],"dc.fileName":["cover_article_1055_ru_RU.jpg"],"dc.fileName.ru":["cover_article_1055_ru_RU.jpg"],"dc.fullHTML":["

ВВЕДЕНИЕ

Дермоидная киста — доброкачественное новообразование, возникает при патологии развития эмбриональных гонад, которые в норме участвуют в формировании половых желез в местах замещения щели дермой. Оно является одной из разновидностей зрелой тератомы, которую называют хористией. Этому образованию свойственно появление ткани, не характерной для данного органа. Оно представляет собой полостное образование с толстой оболочкой, заполненное кашицеобразной массой грязно-белого цвета с неприятным запахом. Содержимое кисты состоит из слущившегося эпидермиса, продуктов выделения сальных, потовых желез и волосяных фолликулов, иногда с наличием волос [1]. Этот вид новообразования встречается очень редко, чаще в детском возрасте (3,4–3,8 %) [2]. Они могут локализоваться в разных частях организма, при этом в основном поражают яичники (15–20 %), голову, в том числе головной мозг (0,2–2 %) [3]. Первичные забрюшинные тератомы возникают в основном в крестцово-копчиковой области у детей. Они составляют менее 4 % от всех экстрагонадных тератом. Согласно последним данным, зарегистрировано менее 300 случаев, среди которых лишь 10–11 % являются случаем обнаружения тератомы у лиц взрослого населения [4][5]. Прогнозируемая 5-летняя выживаемость после радикальной резекции составляет 100 % при доброкачественных опухолях [6].

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Приводим клинический случай лечения мужчины 68 лет, который был госпитализирован в онкологическое отделение клиники БГМУ с жалобами на наличие объемного образования, компрессионный синдром, вызванный сдавлением внутренних органов малого таза, создающий дискомфорт. В анамнезе открытая позадилонная аденомэктомия в июле 2016 года. Послеоперационный период прошел без осложнений. В марте 2023 года самостоятельно прошел МРТ ОМТ. По данным МРТ в правом отделе полости малого таза обнаружено объемное образование без достоверной органной принадлежности, овальной формы, с наличием неравномерной капсулы толщиной до 3 мм, четкими неровными контурами, смешанной структуры, размерами: вертикальный 66 мм, сагиттальный 85 мм, поперечный 62 мм. Образование вызывало компрессию рядом расположенных структур, а именно, мочевого пузыря, внутренней запирательной мышцы и прямой кишки, без признаков инвазии в них. Широко прилегает к семенным пузырькам. По данным МРТ образование, вероятнее всего, происходило из правого семенного пузырька.

В связи с подозрением на объемное образование в малом тазу пациент направлен на первичную биопсию под контролем УЗИ для уточнения диагноза. Попытка пункции под контролем УЗИ оказалось безуспешной. Показано проведение диагностической лапароскопии с целью биопсии и (при возможности) одномоментного удаления новообразования. При осуществлении диагностической лапароскопии была выполнена только биопсия новообразования. По результатам гистологического исследования выявлена бесструктурная ткань с небольшими прослойками фиброзно-мышечной ткани и рыхлыми массами фибрина. Согласно описанию, гистологи предположили, что данное образование является забрюшинной дермоидной кистой, что исключает злокачественную природу данной патологии.

ПЭТ-КТ с 18-ФДГ (фтордезоксиглюкоза, меченая атомом фтора-18) выявило в полости малого таза справа объемное образование, неоднородной структуры, плотностью до –61 HU, размерами до 75×85×73 мм, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков (рис. 1). Органы малого таза без очагов гиперфиксации радиофармпрепарата. Тазовые и периферические лимфоузлы не увеличены. Костная система и мягкие ткани без признаков остеобластических или остеолитических изменений с патологической гиперфиксацией радиофармпрепарата.

В клинике БГМУ в плановом порядке было проведено робот-ассистированное лапароскопическое иссечение дермоидной кисты забрюшинного пространства. После трехкратной обработки операционного поля спиртовым раствором хлоргексидина произведен разрез параумбиликальной области до 12 мм. Установлен 12-мм троакар параумбиликально, наложен пневмоперитонеум. Установлены 3 дополнительных роботических троакара 8 мм (2 по среднеключичной линии, 1 по передне-подмышечной линии слева) и 2 ассистентских троакара (1 троакар 15 мм и 1 троакар 5 мм). В положении Транделенбурга произведено совмещение роботической системы PatientCart и установленных троакаров. Осуществлен доступ в брюшную полость. При обзорно-диагностической лапароскопии в брюшной полости и в малом тазу особенностей не выявлено. Следующим этапом было произведено вскрытие брюшины малого таза над мочевым пузырем. По задней стенке мочевого пузыря, в толще забрюшинной клетчатки, найдено опухолевидное образование больших размеров, в диаметре до 10 см, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков. Поэтапная мобилизация верхнего полюса образования была произведена со значительными техническими трудностями. При попытке дальнейшего выделения кисты из ложа ее капсула порвалась и наблюдалось выделение желеобразного содержимого с элементами волос плотной консистенции. Капсула вылущена из ложа. Ложе промыто раствором NaCl 0,9 %, до чистых вод. В ложе установлено трубчатый ПВХ дренаж. Контроль гемостаза — кровотечения нет. Последовательное удаление портов — кровотечения нет. Удалены троакары. Образование удалено в пластиковом резервуаре Endobag через расширенный разрез над пупком. Послойное ушивание ран. Асептические повязки на кожу.

Гистологическое исследование выявило дермоидную кисту забрюшинного пространства с разрывом стенки и воспалением. Фиброзированная стенка кисты, выстланная многослойным плоским эпителием, в просвете кисты роговые массы, фрагменты волос (рис. 2). Стенка кисты с диффузной лимфоцитарной инфильтрацией, преимущественно под многослойным плоским эпителием, с полнокровными сосудами и отеком (рис. 3).

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Послеоперационный период прошел без осложнений, пациент чувствовал себя хорошо. По данным УЗИ органов брюшной полости и органов малого таза в динамике все показатели в пределах нормы, свободной жидкости в брюшной полости не определяется, перистальтика определяется во всех отделах. Стенки мочевого пузыря не утолщены, признаков повреждения нет. Пациент на пятые сутки после операции в удовлетворительном состоянии выписан с рекомендациями на руках. Результат лечения благополучный. При ретроспективном сборе анамнеза через 6 месяцев после операции пациент не предъявляет никаких жалоб, по данным МРТ исследования — данных за рецидив нет.

Забрюшинные дермоидные кисты у взрослых наблюдается очень редко. В основном они встречаются в детском и юношеском возрасте, преимущественно в крестцово-копчиковой области [6][7]. Дермоидная киста происходит из тканей одного зародышевого листка, а именно, эктодермы, в то время как тератома развивается из двух и более зародышевых листков (эктодермы, мезодермы или энтодермы) [5][8].

Сами тератомы по своей структуре бывают зрелыми и незрелыми. Незрелые тератомы, как правило, являются низкодифференцированными злокачественными опухолями (тератобластомы). Зрелые тератомы, в свою очередь, делятся на кистозные и солидные (табл. 1). Они отличаются друг от друга в основном макроскопически. Солидные тератомы (без кист) плотные по своей консистенции. К кистозным тератомам относится дермоидная киста, которая характеризуется мягкой консистенцией. Она представлена однокамерным (редко может быть и многокамерным) образованием с мутным содержимым, которое содержит в себе зрелые волосы. Иногда дермоидные кисты могут содержать рудиментарные органы (зубы, хрящи, ногти, железы). Риск малигнизации этих новообразований колеблется от 6,8 до 36,3 % и увеличивается с возрастом у лиц мужского пола, наличием незрелых тканей и солидных компонентов [4][9]. Тератомы, которые развиваются из эмбриональных клеток, как правило, герминогенные и обнаруживаются во внегонадных местах в отличие от тех тератом, которые образуются из половых клеток и обнаруживаются в яичниках и семенниках [8][10].

Так как у данного пациента было первичное обнаружение забрюшинного образования в области семенных пузырьков, дифференциальная диагностика была проведена с похожими образованиями, которые могли развиваться в этой области.

Тератомы забрюшинного пространства в зачастую протекают без какой-либо симптоматики и являются диагностической находкой. Но в зависимости от их размера и расположения, они могут оказывать механическое воздействие на окружающие органы брюшной полости и малого таза. При этом данные образования нарушают функции органов, которые они смещают, что проявляется возникновением соответствующих симптомов. При больших размерах тератом обычно отмечаются симптомы нарушения мочеиспускания (изменения частоты), боли в животе или в поясничной области, запоры, вздутие живота, отеки нижней конечности [4][8]. В случае разрыва кисты могут присоединиться признаки острого живота с развитием перитонеальной симптоматики [4].

В случае, описанном Эндрю Тиу и соавторами, была обнаружена зрелая кистозная тератома забрюшинного пространства, которая не проявлялась клиническими симптомами, несмотря на значительные размеры образования (8,6×8,3 см). Этот случай подчеркивает важность своевременной диагностики таких образований, поскольку они могут оставаться бессимптомными на протяжении длительного времени, что затрудняет их обнаружение. Была произведена операция по иссечению образования, что обеспечило хороший результат без послеоперационных осложнений. Гистологическое исследование подтвердило, что образование представляет собой дермоидную кисту с признаками хронического воспаления и дистрофической кальцификацией [4]. Аналогичный случай, был описан в статье M. F. Mahjoubi и соавторов. Мужчина поступает с левосторонней болью в животе, что может указывать на различные патологии, однако наличие гетерогенного забрюшинного образования стало ключевым моментом для диагностики. Операция, включая срединную лапаротомию и резекцию образования, показала необходимость хирургического вмешательства для устранения потенциальной угрозы [5]. В статье K. Chalhoub и соавторов наблюдается зрелая кистозная тератома, которая проявилась симптомами со стороны мочеполовой системы. При помощи МРТ-исследования, выявлено наличие значительного кистозного компонента, что указывает на характер тератомы. Нижнесрединная лапаротомия с радикальной резекцией опухоли позволила успешно устранить образование. МРТ через год продемонстрировала отсутствие рецидивов, что свидетельствует о успешности проведенного лечения [8]. Следующий клинический случай, указывает на важность дифференциальной диагностики опухолей у молодых женщин, особенно при наличии болевого синдрома в нижней части живота и промежности. Образование, локализовавшееся в левой седалищно-ректальной ямке, требовало хирургического вмешательства с лапаротомным доступом к паравезикальной области. Успешное послеоперационное течение и отсутствие рецидивов на протяжении двух лет наблюдения подчеркивает необходимость тщательного патологоанатомического исследования для уточнения морфологической природы опухоли и дальнейшего наблюдения за пациентами после операции [11].

S. A. Mohammed и соавторы описали случай обнаружения большой забрюшинной тератомы у 32-летнего мужчины, требующей хирургического вмешательства. Примененная торакоабдоминальная лапаротомия по Куино позволила хирургу успешно удалить образование, несмотря на осложнения, связанные с его прикреплением к важным анатомическим структурам, таким как почка и полая вена. Постоперационное восстановление без осложнений также указывает на успешное хирургическое вмешательство и эффективное управление состоянием пациента [12]. Следующий, не менее интересный случай, описанный в 2021 году автором X. Ma, показывает клинический пример забрюшинной дермоидной кисты, изначально диагностированной как липосаркома на основе визуализационных данных. Контрастное поглощение фтордезоксиглюкозы (18 F-ФДГ) указало на более активный метаболизм опухоли, что также может быть характерно для злокачественных процессов. Учитывая цепочку спаек с важными анатомическими структурами, такими как надпочечник и почки, данный случай мог напоминать злокачественное новообразование и вызывать серьезные клинические опасения. Однако после хирургического удаления образование оказалось дермоидной кистой. Это подчеркивает необходимость тщательной интерпретации визуализационных данных, поскольку злокачественные и доброкачественные опухоли могут иметь схожие характеристики на первичном этапе диагностики [13].

Завершая анализ, можно выделить несколько важных моментов: необходимость многопрофильного подхода в диагностике абдоминальных образований, включая визуализационные методы и морфологические исследования, а также осознание возможности ошибочной интерпретации диагностических данных.

Рентгенографические исследования играют важную роль в диагностике тератом. Обычные рентгенограммы в 92 % случаев выявляют кальцинированные элементы, тогда как ультразвуковое исследование (УЗИ) существенно позволяет дифференцировать кистозные и солидные элементы [14][15]. Особенностью рентгенологического проявления зрелой тератомы забрюшинного пространства являются сложные образования, содержащие хорошо отграниченный жидкий компонент, жировую ткань и/или кожное сало в виде жирово-жидкостного слоя. В ряде случаев могут наблюдаться кальциноз в застывшей или линейной форме. Эти результаты лучше демонстрируются с помощью КТ [16]. Компьютерная томография (КТ) и магнитно-резонансная томография (МРТ) играют существенно важную роль в характеристике и оценке распространенности заболевания и вовлечения соседних и отдаленных структур. КТ позволяет различить жировые и кальцинированные костные массы, в то время как МРТ очень хорошо визуализирует мягкие ткани. Это очень сильно помогает при дифференцировке доброкачественных и злокачественных образований и оценки стадии агрессивных поражений [15][17]. Однако, как правило, окончательный диагноз тератом выставляется на основании патоморфологических исследований.

Все неорганные забрюшинные новообразования лечатся хирургическим методом. Доступ при оперативном вмешательстве в основном зависит от размера самого новообразования и особенностей его анатомического расположения. Лапаратомный доступ показан при опухолях более 10 см. Данный подход может быть использован в исключительных случаях, при отсутствии лапароскопических технологий. Малоинвазивные вмешательства существенно облегчают выполнение операции при удалении образований менее 10 см, которые расположены в трудных для манипуляций областях и малых анатомических пространствах, в случае прилежания опухоли к магистральным сосудам. К таким методам относятся лапароскопические и робот-ассистированные хирургические технологии [18]. Впервые лапароскопическое удаление неорганной забрюшинной опухоли (ретроперитонеальная дермоидная киста малого таза) было описано L. Scharpe и соавт. в 1995 г. [19]. К известным преимуществам операций с использованием роботических технологий относятся малая инвазивность вмешательства, трехмерная визуализация операционного поля, высокая точность движений инструментов и, как следствие, минимальная интраоперационная кровопотеря, короткий срок госпитализации, быстрое восстановление и быстрая реабилитация в послеоперационном периоде [20].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Дермоидная киста забрюшинного пространства крайне редко встречается у мужчин старше 50 лет. При обнаружении такого образования в первую очередь необходимо исключить тератому гонад с возможным его забрюшинным метастазированием. Важную роль для благополучного прогноза играет оценка возраста пациента и местоположение новообразования. Современные роботические технологии облегчают лечение за счет своих возможностей и преимуществ в области хирургии. Робот-ассистированные вмешательства при данных заболеваниях осуществимы, безопасны и могут стать золотым стандартом оперативного лечения будущего.

"],"dc.fullHTML.ru":["

ВВЕДЕНИЕ

Дермоидная киста — доброкачественное новообразование, возникает при патологии развития эмбриональных гонад, которые в норме участвуют в формировании половых желез в местах замещения щели дермой. Оно является одной из разновидностей зрелой тератомы, которую называют хористией. Этому образованию свойственно появление ткани, не характерной для данного органа. Оно представляет собой полостное образование с толстой оболочкой, заполненное кашицеобразной массой грязно-белого цвета с неприятным запахом. Содержимое кисты состоит из слущившегося эпидермиса, продуктов выделения сальных, потовых желез и волосяных фолликулов, иногда с наличием волос [1]. Этот вид новообразования встречается очень редко, чаще в детском возрасте (3,4–3,8 %) [2]. Они могут локализоваться в разных частях организма, при этом в основном поражают яичники (15–20 %), голову, в том числе головной мозг (0,2–2 %) [3]. Первичные забрюшинные тератомы возникают в основном в крестцово-копчиковой области у детей. Они составляют менее 4 % от всех экстрагонадных тератом. Согласно последним данным, зарегистрировано менее 300 случаев, среди которых лишь 10–11 % являются случаем обнаружения тератомы у лиц взрослого населения [4][5]. Прогнозируемая 5-летняя выживаемость после радикальной резекции составляет 100 % при доброкачественных опухолях [6].

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ

Приводим клинический случай лечения мужчины 68 лет, который был госпитализирован в онкологическое отделение клиники БГМУ с жалобами на наличие объемного образования, компрессионный синдром, вызванный сдавлением внутренних органов малого таза, создающий дискомфорт. В анамнезе открытая позадилонная аденомэктомия в июле 2016 года. Послеоперационный период прошел без осложнений. В марте 2023 года самостоятельно прошел МРТ ОМТ. По данным МРТ в правом отделе полости малого таза обнаружено объемное образование без достоверной органной принадлежности, овальной формы, с наличием неравномерной капсулы толщиной до 3 мм, четкими неровными контурами, смешанной структуры, размерами: вертикальный 66 мм, сагиттальный 85 мм, поперечный 62 мм. Образование вызывало компрессию рядом расположенных структур, а именно, мочевого пузыря, внутренней запирательной мышцы и прямой кишки, без признаков инвазии в них. Широко прилегает к семенным пузырькам. По данным МРТ образование, вероятнее всего, происходило из правого семенного пузырька.

В связи с подозрением на объемное образование в малом тазу пациент направлен на первичную биопсию под контролем УЗИ для уточнения диагноза. Попытка пункции под контролем УЗИ оказалось безуспешной. Показано проведение диагностической лапароскопии с целью биопсии и (при возможности) одномоментного удаления новообразования. При осуществлении диагностической лапароскопии была выполнена только биопсия новообразования. По результатам гистологического исследования выявлена бесструктурная ткань с небольшими прослойками фиброзно-мышечной ткани и рыхлыми массами фибрина. Согласно описанию, гистологи предположили, что данное образование является забрюшинной дермоидной кистой, что исключает злокачественную природу данной патологии.

ПЭТ-КТ с 18-ФДГ (фтордезоксиглюкоза, меченая атомом фтора-18) выявило в полости малого таза справа объемное образование, неоднородной структуры, плотностью до –61 HU, размерами до 75×85×73 мм, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков (рис. 1). Органы малого таза без очагов гиперфиксации радиофармпрепарата. Тазовые и периферические лимфоузлы не увеличены. Костная система и мягкие ткани без признаков остеобластических или остеолитических изменений с патологической гиперфиксацией радиофармпрепарата.

В клинике БГМУ в плановом порядке было проведено робот-ассистированное лапароскопическое иссечение дермоидной кисты забрюшинного пространства. После трехкратной обработки операционного поля спиртовым раствором хлоргексидина произведен разрез параумбиликальной области до 12 мм. Установлен 12-мм троакар параумбиликально, наложен пневмоперитонеум. Установлены 3 дополнительных роботических троакара 8 мм (2 по среднеключичной линии, 1 по передне-подмышечной линии слева) и 2 ассистентских троакара (1 троакар 15 мм и 1 троакар 5 мм). В положении Транделенбурга произведено совмещение роботической системы PatientCart и установленных троакаров. Осуществлен доступ в брюшную полость. При обзорно-диагностической лапароскопии в брюшной полости и в малом тазу особенностей не выявлено. Следующим этапом было произведено вскрытие брюшины малого таза над мочевым пузырем. По задней стенке мочевого пузыря, в толще забрюшинной клетчатки, найдено опухолевидное образование больших размеров, в диаметре до 10 см, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков. Поэтапная мобилизация верхнего полюса образования была произведена со значительными техническими трудностями. При попытке дальнейшего выделения кисты из ложа ее капсула порвалась и наблюдалось выделение желеобразного содержимого с элементами волос плотной консистенции. Капсула вылущена из ложа. Ложе промыто раствором NaCl 0,9 %, до чистых вод. В ложе установлено трубчатый ПВХ дренаж. Контроль гемостаза — кровотечения нет. Последовательное удаление портов — кровотечения нет. Удалены троакары. Образование удалено в пластиковом резервуаре Endobag через расширенный разрез над пупком. Послойное ушивание ран. Асептические повязки на кожу.

Гистологическое исследование выявило дермоидную кисту забрюшинного пространства с разрывом стенки и воспалением. Фиброзированная стенка кисты, выстланная многослойным плоским эпителием, в просвете кисты роговые массы, фрагменты волос (рис. 2). Стенка кисты с диффузной лимфоцитарной инфильтрацией, преимущественно под многослойным плоским эпителием, с полнокровными сосудами и отеком (рис. 3).

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Послеоперационный период прошел без осложнений, пациент чувствовал себя хорошо. По данным УЗИ органов брюшной полости и органов малого таза в динамике все показатели в пределах нормы, свободной жидкости в брюшной полости не определяется, перистальтика определяется во всех отделах. Стенки мочевого пузыря не утолщены, признаков повреждения нет. Пациент на пятые сутки после операции в удовлетворительном состоянии выписан с рекомендациями на руках. Результат лечения благополучный. При ретроспективном сборе анамнеза через 6 месяцев после операции пациент не предъявляет никаких жалоб, по данным МРТ исследования — данных за рецидив нет.

Забрюшинные дермоидные кисты у взрослых наблюдается очень редко. В основном они встречаются в детском и юношеском возрасте, преимущественно в крестцово-копчиковой области [6][7]. Дермоидная киста происходит из тканей одного зародышевого листка, а именно, эктодермы, в то время как тератома развивается из двух и более зародышевых листков (эктодермы, мезодермы или энтодермы) [5][8].

Сами тератомы по своей структуре бывают зрелыми и незрелыми. Незрелые тератомы, как правило, являются низкодифференцированными злокачественными опухолями (тератобластомы). Зрелые тератомы, в свою очередь, делятся на кистозные и солидные (табл. 1). Они отличаются друг от друга в основном макроскопически. Солидные тератомы (без кист) плотные по своей консистенции. К кистозным тератомам относится дермоидная киста, которая характеризуется мягкой консистенцией. Она представлена однокамерным (редко может быть и многокамерным) образованием с мутным содержимым, которое содержит в себе зрелые волосы. Иногда дермоидные кисты могут содержать рудиментарные органы (зубы, хрящи, ногти, железы). Риск малигнизации этих новообразований колеблется от 6,8 до 36,3 % и увеличивается с возрастом у лиц мужского пола, наличием незрелых тканей и солидных компонентов [4][9]. Тератомы, которые развиваются из эмбриональных клеток, как правило, герминогенные и обнаруживаются во внегонадных местах в отличие от тех тератом, которые образуются из половых клеток и обнаруживаются в яичниках и семенниках [8][10].

Так как у данного пациента было первичное обнаружение забрюшинного образования в области семенных пузырьков, дифференциальная диагностика была проведена с похожими образованиями, которые могли развиваться в этой области.

Тератомы забрюшинного пространства в зачастую протекают без какой-либо симптоматики и являются диагностической находкой. Но в зависимости от их размера и расположения, они могут оказывать механическое воздействие на окружающие органы брюшной полости и малого таза. При этом данные образования нарушают функции органов, которые они смещают, что проявляется возникновением соответствующих симптомов. При больших размерах тератом обычно отмечаются симптомы нарушения мочеиспускания (изменения частоты), боли в животе или в поясничной области, запоры, вздутие живота, отеки нижней конечности [4][8]. В случае разрыва кисты могут присоединиться признаки острого живота с развитием перитонеальной симптоматики [4].

В случае, описанном Эндрю Тиу и соавторами, была обнаружена зрелая кистозная тератома забрюшинного пространства, которая не проявлялась клиническими симптомами, несмотря на значительные размеры образования (8,6×8,3 см). Этот случай подчеркивает важность своевременной диагностики таких образований, поскольку они могут оставаться бессимптомными на протяжении длительного времени, что затрудняет их обнаружение. Была произведена операция по иссечению образования, что обеспечило хороший результат без послеоперационных осложнений. Гистологическое исследование подтвердило, что образование представляет собой дермоидную кисту с признаками хронического воспаления и дистрофической кальцификацией [4]. Аналогичный случай, был описан в статье M. F. Mahjoubi и соавторов. Мужчина поступает с левосторонней болью в животе, что может указывать на различные патологии, однако наличие гетерогенного забрюшинного образования стало ключевым моментом для диагностики. Операция, включая срединную лапаротомию и резекцию образования, показала необходимость хирургического вмешательства для устранения потенциальной угрозы [5]. В статье K. Chalhoub и соавторов наблюдается зрелая кистозная тератома, которая проявилась симптомами со стороны мочеполовой системы. При помощи МРТ-исследования, выявлено наличие значительного кистозного компонента, что указывает на характер тератомы. Нижнесрединная лапаротомия с радикальной резекцией опухоли позволила успешно устранить образование. МРТ через год продемонстрировала отсутствие рецидивов, что свидетельствует о успешности проведенного лечения [8]. Следующий клинический случай, указывает на важность дифференциальной диагностики опухолей у молодых женщин, особенно при наличии болевого синдрома в нижней части живота и промежности. Образование, локализовавшееся в левой седалищно-ректальной ямке, требовало хирургического вмешательства с лапаротомным доступом к паравезикальной области. Успешное послеоперационное течение и отсутствие рецидивов на протяжении двух лет наблюдения подчеркивает необходимость тщательного патологоанатомического исследования для уточнения морфологической природы опухоли и дальнейшего наблюдения за пациентами после операции [11].

S. A. Mohammed и соавторы описали случай обнаружения большой забрюшинной тератомы у 32-летнего мужчины, требующей хирургического вмешательства. Примененная торакоабдоминальная лапаротомия по Куино позволила хирургу успешно удалить образование, несмотря на осложнения, связанные с его прикреплением к важным анатомическим структурам, таким как почка и полая вена. Постоперационное восстановление без осложнений также указывает на успешное хирургическое вмешательство и эффективное управление состоянием пациента [12]. Следующий, не менее интересный случай, описанный в 2021 году автором X. Ma, показывает клинический пример забрюшинной дермоидной кисты, изначально диагностированной как липосаркома на основе визуализационных данных. Контрастное поглощение фтордезоксиглюкозы (18 F-ФДГ) указало на более активный метаболизм опухоли, что также может быть характерно для злокачественных процессов. Учитывая цепочку спаек с важными анатомическими структурами, такими как надпочечник и почки, данный случай мог напоминать злокачественное новообразование и вызывать серьезные клинические опасения. Однако после хирургического удаления образование оказалось дермоидной кистой. Это подчеркивает необходимость тщательной интерпретации визуализационных данных, поскольку злокачественные и доброкачественные опухоли могут иметь схожие характеристики на первичном этапе диагностики [13].

Завершая анализ, можно выделить несколько важных моментов: необходимость многопрофильного подхода в диагностике абдоминальных образований, включая визуализационные методы и морфологические исследования, а также осознание возможности ошибочной интерпретации диагностических данных.

Рентгенографические исследования играют важную роль в диагностике тератом. Обычные рентгенограммы в 92 % случаев выявляют кальцинированные элементы, тогда как ультразвуковое исследование (УЗИ) существенно позволяет дифференцировать кистозные и солидные элементы [14][15]. Особенностью рентгенологического проявления зрелой тератомы забрюшинного пространства являются сложные образования, содержащие хорошо отграниченный жидкий компонент, жировую ткань и/или кожное сало в виде жирово-жидкостного слоя. В ряде случаев могут наблюдаться кальциноз в застывшей или линейной форме. Эти результаты лучше демонстрируются с помощью КТ [16]. Компьютерная томография (КТ) и магнитно-резонансная томография (МРТ) играют существенно важную роль в характеристике и оценке распространенности заболевания и вовлечения соседних и отдаленных структур. КТ позволяет различить жировые и кальцинированные костные массы, в то время как МРТ очень хорошо визуализирует мягкие ткани. Это очень сильно помогает при дифференцировке доброкачественных и злокачественных образований и оценки стадии агрессивных поражений [15][17]. Однако, как правило, окончательный диагноз тератом выставляется на основании патоморфологических исследований.

Все неорганные забрюшинные новообразования лечатся хирургическим методом. Доступ при оперативном вмешательстве в основном зависит от размера самого новообразования и особенностей его анатомического расположения. Лапаратомный доступ показан при опухолях более 10 см. Данный подход может быть использован в исключительных случаях, при отсутствии лапароскопических технологий. Малоинвазивные вмешательства существенно облегчают выполнение операции при удалении образований менее 10 см, которые расположены в трудных для манипуляций областях и малых анатомических пространствах, в случае прилежания опухоли к магистральным сосудам. К таким методам относятся лапароскопические и робот-ассистированные хирургические технологии [18]. Впервые лапароскопическое удаление неорганной забрюшинной опухоли (ретроперитонеальная дермоидная киста малого таза) было описано L. Scharpe и соавт. в 1995 г. [19]. К известным преимуществам операций с использованием роботических технологий относятся малая инвазивность вмешательства, трехмерная визуализация операционного поля, высокая точность движений инструментов и, как следствие, минимальная интраоперационная кровопотеря, короткий срок госпитализации, быстрое восстановление и быстрая реабилитация в послеоперационном периоде [20].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Дермоидная киста забрюшинного пространства крайне редко встречается у мужчин старше 50 лет. При обнаружении такого образования в первую очередь необходимо исключить тератому гонад с возможным его забрюшинным метастазированием. Важную роль для благополучного прогноза играет оценка возраста пациента и местоположение новообразования. Современные роботические технологии облегчают лечение за счет своих возможностей и преимуществ в области хирургии. Робот-ассистированные вмешательства при данных заболеваниях осуществимы, безопасны и могут стать золотым стандартом оперативного лечения будущего.

"],"dc.fullRISC":["Дермоидная киста — доброкачественное новообразование, возникает при патологии развития эмбриональных гонад, которые в норме участвуют в формировании половых желез в местах замещения щели дермой. Оно является одной из разновидностей зрелой тератомы, которую называют хористией. Этому образованию свойственно появление ткани, не характерной для данного органа. Оно представляет собой полостное образование с толстой оболочкой, заполненное кашицеобразной массой грязно-белого цвета с неприятным запахом. Содержимое кисты состоит из слущившегося эпидермиса, продуктов выделения сальных, потовых желез и волосяных фолликулов, иногда с наличием волос [1]. Этот вид новообразования встречается очень редко, чаще в детском возрасте (3,4–3,8 %) [2]. Они могут локализоваться в разных частях организма, при этом в основном поражают яичники (15–20 %), голову, в том числе головной мозг (0,2–2 %) [3]. Первичные забрюшинные тератомы возникают в основном в крестцово-копчиковой области у детей. Они составляют менее 4 % от всех экстрагонадных тератом. Согласно последним данным, зарегистрировано менее 300 случаев, среди которых лишь 10–11 % являются случаем обнаружения тератомы у лиц взрослого населения [4, 5]. Прогнозируемая 5-летняя выживаемость после радикальной резекции составляет 100 % при доброкачественных опухолях [6].\n\n \n\nМАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ\n\nПриводим клинический случай лечения мужчины 68 лет, который был госпитализирован в онкологическое отделение клиники БГМУ с жалобами на наличие объемного образования, компрессионный синдром, вызванный сдавлением внутренних органов малого таза, создающий дискомфорт. В анамнезе открытая позадилонная аденомэктомия в июле 2016 года. Послеоперационный период прошел без осложнений. В марте 2023 года самостоятельно прошел МРТ ОМТ. По данным МРТ в правом отделе полости малого таза обнаружено объемное образование без достоверной органной принадлежности, овальной формы, с наличием неравномерной капсулы толщиной до 3 мм, четкими неровными контурами, смешанной структуры, размерами: вертикальный 66 мм, сагиттальный 85 мм, поперечный 62 мм. Образование вызывало компрессию рядом расположенных структур, а именно, мочевого пузыря, внутренней запирательной мышцы и прямой кишки, без признаков инвазии в них. Широко прилегает к семенным пузырькам. По данным МРТ образование, вероятнее всего, происходило из правого семенного пузырька.\n\nВ связи с подозрением на объемное образование в малом тазу пациент направлен на первичную биопсию под контролем УЗИ для уточнения диагноза. Попытка пункции под контролем УЗИ оказалось безуспешной. Показано проведение диагностической лапароскопии с целью биопсии и (при возможности) одномоментного удаления новообразования. При осуществлении диагностической лапароскопии была выполнена только биопсия новообразования. По результатам гистологического исследования выявлена бесструктурная ткань с небольшими прослойками фиброзно-мышечной ткани и рыхлыми массами фибрина. Согласно описанию, гистологи предположили, что данное образование является забрюшинной дермоидной кистой, что исключает злокачественную природу данной патологии.\n\nПЭТ-КТ с 18-ФДГ (фтордезоксиглюкоза, меченая атомом фтора-18) выявило в полости малого таза справа объемное образование, неоднородной структуры, плотностью до –61 HU, размерами до 75×85×73 мм, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков (рис. 1). Органы малого таза без очагов гиперфиксации радиофармпрепарата. Тазовые и периферические лимфоузлы не увеличены. Костная система и мягкие ткани без признаков остеобластических или остеолитических изменений с патологической гиперфиксацией радиофармпрепарата.\n\nВ клинике БГМУ в плановом порядке было проведено робот-ассистированное лапароскопическое иссечение дермоидной кисты забрюшинного пространства. После трехкратной обработки операционного поля спиртовым раствором хлоргексидина произведен разрез параумбиликальной области до 12 мм. Установлен 12-мм троакар параумбиликально, наложен пневмоперитонеум. Установлены 3 дополнительных роботических троакара 8 мм (2 по среднеключичной линии, 1 по передне-подмышечной линии слева) и 2 ассистентских троакара (1 троакар 15 мм и 1 троакар 5 мм). В положении Транделенбурга произведено совмещение роботической системы PatientCart и установленных троакаров. Осуществлен доступ в брюшную полость. При обзорно-диагностической лапароскопии в брюшной полости и в малом тазу особенностей не выявлено. Следующим этапом было произведено вскрытие брюшины малого таза над мочевым пузырем. По задней стенке мочевого пузыря, в толще забрюшинной клетчатки, найдено опухолевидное образование больших размеров, в диаметре до 10 см, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков. Поэтапная мобилизация верхнего полюса образования была произведена со значительными техническими трудностями. При попытке дальнейшего выделения кисты из ложа ее капсула порвалась и наблюдалось выделение желеобразного содержимого с элементами волос плотной консистенции. Капсула вылущена из ложа. Ложе промыто раствором NaCl 0,9 %, до чистых вод. В ложе установлено трубчатый ПВХ дренаж. Контроль гемостаза — кровотечения нет. Последовательное удаление портов — кровотечения нет. Удалены троакары. Образование удалено в пластиковом резервуаре Endobag через расширенный разрез над пупком. Послойное ушивание ран. Асептические повязки на кожу.\n\nГистологическое исследование выявило дермоидную кисту забрюшинного пространства с разрывом стенки и воспалением. Фиброзированная стенка кисты, выстланная многослойным плоским эпителием, в просвете кисты роговые массы, фрагменты волос (рис. 2). Стенка кисты с диффузной лимфоцитарной инфильтрацией, преимущественно под многослойным плоским эпителием, с полнокровными сосудами и отеком (рис. 3).\n\n \n\nРЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ\n\nПослеоперационный период прошел без осложнений, пациент чувствовал себя хорошо. По данным УЗИ органов брюшной полости и органов малого таза в динамике все показатели в пределах нормы, свободной жидкости в брюшной полости не определяется, перистальтика определяется во всех отделах. Стенки мочевого пузыря не утолщены, признаков повреждения нет. Пациент на пятые сутки после операции в удовлетворительном состоянии выписан с рекомендациями на руках. Результат лечения благополучный. При ретроспективном сборе анамнеза через 6 месяцев после операции пациент не предъявляет никаких жалоб, по данным МРТ исследования — данных за рецидив нет.\n\nЗабрюшинные дермоидные кисты у взрослых наблюдается очень редко. В основном они встречаются в детском и юношеском возрасте, преимущественно в крестцово-копчиковой области [6, 7]. Дермоидная киста происходит из тканей одного зародышевого листка, а именно, эктодермы, в то время как тератома развивается из двух и более зародышевых листков (эктодермы, мезодермы или энтодермы) [5, 8].\n\nСами тератомы по своей структуре бывают зрелыми и незрелыми. Незрелые тератомы, как правило, являются низкодифференцированными злокачественными опухолями (тератобластомы). Зрелые тератомы, в свою очередь, делятся на кистозные и солидные (табл. 1). Они отличаются друг от друга в основном макроскопически. Солидные тератомы (без кист) плотные по своей консистенции. К кистозным тератомам относится дермоидная киста, которая характеризуется мягкой консистенцией. Она представлена однокамерным (редко может быть и многокамерным) образованием с мутным содержимым, которое содержит в себе зрелые волосы. Иногда дермоидные кисты могут содержать рудиментарные органы (зубы, хрящи, ногти, железы). Риск малигнизации этих новообразований колеблется от 6,8 до 36,3 % и увеличивается с возрастом у лиц мужского пола, наличием незрелых тканей и солидных компонентов [4, 9]. Тератомы, которые развиваются из эмбриональных клеток, как правило, герминогенные и обнаруживаются во внегонадных местах в отличие от тех тератом, которые образуются из половых клеток и обнаруживаются в яичниках и семенниках [8, 10].\n\nТак как у данного пациента было первичное обнаружение забрюшинного образования в области семенных пузырьков, дифференциальная диагностика была проведена с похожими образованиями, которые могли развиваться в этой области.\n\nТератомы забрюшинного пространства в зачастую протекают без какой-либо симптоматики и являются диагностической находкой. Но в зависимости от их размера и расположения, они могут оказывать механическое воздействие на окружающие органы брюшной полости и малого таза. При этом данные образования нарушают функции органов, которые они смещают, что проявляется возникновением соответствующих симптомов. При больших размерах тератом обычно отмечаются симптомы нарушения мочеиспускания (изменения частоты), боли в животе или в поясничной области, запоры, вздутие живота, отеки нижней конечности [4, 8]. В случае разрыва кисты могут присоединиться признаки острого живота с развитием перитонеальной симптоматики [4].\n\nВ случае, описанном Эндрю Тиу и соавторами, была обнаружена зрелая кистозная тератома забрюшинного пространства, которая не проявлялась клиническими симптомами, несмотря на значительные размеры образования (8,6×8,3 см). Этот случай подчеркивает важность своевременной диагностики таких образований, поскольку они могут оставаться бессимптомными на протяжении длительного времени, что затрудняет их обнаружение. Была произведена операция по иссечению образования, что обеспечило хороший результат без послеоперационных осложнений. Гистологическое исследование подтвердило, что образование представляет собой дермоидную кисту с признаками хронического воспаления и дистрофической кальцификацией [4]. Аналогичный случай, был описан в статье M. F. Mahjoubi и соавторов. Мужчина поступает с левосторонней болью в животе, что может указывать на различные патологии, однако наличие гетерогенного забрюшинного образования стало ключевым моментом для диагностики. Операция, включая срединную лапаротомию и резекцию образования, показала необходимость хирургического вмешательства для устранения потенциальной угрозы [5]. В статье K. Chalhoub и соавторов наблюдается зрелая кистозная тератома, которая проявилась симптомами со стороны мочеполовой системы. При помощи МРТ-исследования, выявлено наличие значительного кистозного компонента, что указывает на характер тератомы. Нижнесрединная лапаротомия с радикальной резекцией опухоли позволила успешно устранить образование. МРТ через год продемонстрировала отсутствие рецидивов, что свидетельствует о успешности проведенного лечения [8]. Следующий клинический случай, указывает на важность дифференциальной диагностики опухолей у молодых женщин, особенно при наличии болевого синдрома в нижней части живота и промежности. Образование, локализовавшееся в левой седалищно-ректальной ямке, требовало хирургического вмешательства с лапаротомным доступом к паравезикальной области. Успешное послеоперационное течение и отсутствие рецидивов на протяжении двух лет наблюдения подчеркивает необходимость тщательного патологоанатомического исследования для уточнения морфологической природы опухоли и дальнейшего наблюдения за пациентами после операции [11].\n\nS. A. Mohammed и соавторы описали случай обнаружения большой забрюшинной тератомы у 32-летнего мужчины, требующей хирургического вмешательства. Примененная торакоабдоминальная лапаротомия по Куино позволила хирургу успешно удалить образование, несмотря на осложнения, связанные с его прикреплением к важным анатомическим структурам, таким как почка и полая вена. Постоперационное восстановление без осложнений также указывает на успешное хирургическое вмешательство и эффективное управление состоянием пациента [12]. Следующий, не менее интересный случай, описанный в 2021 году автором X. Ma, показывает клинический пример забрюшинной дермоидной кисты, изначально диагностированной как липосаркома на основе визуализационных данных. Контрастное поглощение фтордезоксиглюкозы (18 F-ФДГ) указало на более активный метаболизм опухоли, что также может быть характерно для злокачественных процессов. Учитывая цепочку спаек с важными анатомическими структурами, такими как надпочечник и почки, данный случай мог напоминать злокачественное новообразование и вызывать серьезные клинические опасения. Однако после хирургического удаления образование оказалось дермоидной кистой. Это подчеркивает необходимость тщательной интерпретации визуализационных данных, поскольку злокачественные и доброкачественные опухоли могут иметь схожие характеристики на первичном этапе диагностики [13].\n\nЗавершая анализ, можно выделить несколько важных моментов: необходимость многопрофильного подхода в диагностике абдоминальных образований, включая визуализационные методы и морфологические исследования, а также осознание возможности ошибочной интерпретации диагностических данных.\n\nРентгенографические исследования играют важную роль в диагностике тератом. Обычные рентгенограммы в 92 % случаев выявляют кальцинированные элементы, тогда как ультразвуковое исследование (УЗИ) существенно позволяет дифференцировать кистозные и солидные элементы [14, 15]. Особенностью рентгенологического проявления зрелой тератомы забрюшинного пространства являются сложные образования, содержащие хорошо отграниченный жидкий компонент, жировую ткань и/или кожное сало в виде жирово-жидкостного слоя. В ряде случаев могут наблюдаться кальциноз в застывшей или линейной форме. Эти результаты лучше демонстрируются с помощью КТ [16]. Компьютерная томография (КТ) и магнитно-резонансная томография (МРТ) играют существенно важную роль в характеристике и оценке распространенности заболевания и вовлечения соседних и отдаленных структур. КТ позволяет различить жировые и кальцинированные костные массы, в то время как МРТ очень хорошо визуализирует мягкие ткани. Это очень сильно помогает при дифференцировке доброкачественных и злокачественных образований и оценки стадии агрессивных поражений [15, 17]. Однако, как правило, окончательный диагноз тератом выставляется на основании патоморфологических исследований.\n\nВсе неорганные забрюшинные новообразования лечатся хирургическим методом. Доступ при оперативном вмешательстве в основном зависит от размера самого новообразования и особенностей его анатомического расположения. Лапаратомный доступ показан при опухолях более 10 см. Данный подход может быть использован в исключительных случаях, при отсутствии лапароскопических технологий. Малоинвазивные вмешательства существенно облегчают выполнение операции при удалении образований менее 10 см, которые расположены в трудных для манипуляций областях и малых анатомических пространствах, в случае прилежания опухоли к магистральным сосудам. К таким методам относятся лапароскопические и робот-ассистированные хирургические технологии [18]. Впервые лапароскопическое удаление неорганной забрюшинной опухоли (ретроперитонеальная дермоидная киста малого таза) было описано L. Scharpe и соавт. в 1995 г. [19]. К известным преимуществам операций с использованием роботических технологий относятся малая инвазивность вмешательства, трехмерная визуализация операционного поля, высокая точность движений инструментов и, как следствие, минимальная интраоперационная кровопотеря, короткий срок госпитализации, быстрое восстановление и быстрая реабилитация в послеоперационном периоде [20].\n\n \n\nЗАКЛЮЧЕНИЕ\n\nДермоидная киста забрюшинного пространства крайне редко встречается у мужчин старше 50 лет. При обнаружении такого образования в первую очередь необходимо исключить тератому гонад с возможным его забрюшинным метастазированием. Важную роль для благополучного прогноза играет оценка возраста пациента и местоположение новообразования. Современные роботические технологии облегчают лечение за счет своих возможностей и преимуществ в области хирургии. Робот-ассистированные вмешательства при данных заболеваниях осуществимы, безопасны и могут стать золотым стандартом оперативного лечения будущего."],"dc.fullRISC.ru":["Дермоидная киста — доброкачественное новообразование, возникает при патологии развития эмбриональных гонад, которые в норме участвуют в формировании половых желез в местах замещения щели дермой. Оно является одной из разновидностей зрелой тератомы, которую называют хористией. Этому образованию свойственно появление ткани, не характерной для данного органа. Оно представляет собой полостное образование с толстой оболочкой, заполненное кашицеобразной массой грязно-белого цвета с неприятным запахом. Содержимое кисты состоит из слущившегося эпидермиса, продуктов выделения сальных, потовых желез и волосяных фолликулов, иногда с наличием волос [1]. Этот вид новообразования встречается очень редко, чаще в детском возрасте (3,4–3,8 %) [2]. Они могут локализоваться в разных частях организма, при этом в основном поражают яичники (15–20 %), голову, в том числе головной мозг (0,2–2 %) [3]. Первичные забрюшинные тератомы возникают в основном в крестцово-копчиковой области у детей. Они составляют менее 4 % от всех экстрагонадных тератом. Согласно последним данным, зарегистрировано менее 300 случаев, среди которых лишь 10–11 % являются случаем обнаружения тератомы у лиц взрослого населения [4, 5]. Прогнозируемая 5-летняя выживаемость после радикальной резекции составляет 100 % при доброкачественных опухолях [6].\n\n \n\nМАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ\n\nПриводим клинический случай лечения мужчины 68 лет, который был госпитализирован в онкологическое отделение клиники БГМУ с жалобами на наличие объемного образования, компрессионный синдром, вызванный сдавлением внутренних органов малого таза, создающий дискомфорт. В анамнезе открытая позадилонная аденомэктомия в июле 2016 года. Послеоперационный период прошел без осложнений. В марте 2023 года самостоятельно прошел МРТ ОМТ. По данным МРТ в правом отделе полости малого таза обнаружено объемное образование без достоверной органной принадлежности, овальной формы, с наличием неравномерной капсулы толщиной до 3 мм, четкими неровными контурами, смешанной структуры, размерами: вертикальный 66 мм, сагиттальный 85 мм, поперечный 62 мм. Образование вызывало компрессию рядом расположенных структур, а именно, мочевого пузыря, внутренней запирательной мышцы и прямой кишки, без признаков инвазии в них. Широко прилегает к семенным пузырькам. По данным МРТ образование, вероятнее всего, происходило из правого семенного пузырька.\n\nВ связи с подозрением на объемное образование в малом тазу пациент направлен на первичную биопсию под контролем УЗИ для уточнения диагноза. Попытка пункции под контролем УЗИ оказалось безуспешной. Показано проведение диагностической лапароскопии с целью биопсии и (при возможности) одномоментного удаления новообразования. При осуществлении диагностической лапароскопии была выполнена только биопсия новообразования. По результатам гистологического исследования выявлена бесструктурная ткань с небольшими прослойками фиброзно-мышечной ткани и рыхлыми массами фибрина. Согласно описанию, гистологи предположили, что данное образование является забрюшинной дермоидной кистой, что исключает злокачественную природу данной патологии.\n\nПЭТ-КТ с 18-ФДГ (фтордезоксиглюкоза, меченая атомом фтора-18) выявило в полости малого таза справа объемное образование, неоднородной структуры, плотностью до –61 HU, размерами до 75×85×73 мм, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков (рис. 1). Органы малого таза без очагов гиперфиксации радиофармпрепарата. Тазовые и периферические лимфоузлы не увеличены. Костная система и мягкие ткани без признаков остеобластических или остеолитических изменений с патологической гиперфиксацией радиофармпрепарата.\n\nВ клинике БГМУ в плановом порядке было проведено робот-ассистированное лапароскопическое иссечение дермоидной кисты забрюшинного пространства. После трехкратной обработки операционного поля спиртовым раствором хлоргексидина произведен разрез параумбиликальной области до 12 мм. Установлен 12-мм троакар параумбиликально, наложен пневмоперитонеум. Установлены 3 дополнительных роботических троакара 8 мм (2 по среднеключичной линии, 1 по передне-подмышечной линии слева) и 2 ассистентских троакара (1 троакар 15 мм и 1 троакар 5 мм). В положении Транделенбурга произведено совмещение роботической системы PatientCart и установленных троакаров. Осуществлен доступ в брюшную полость. При обзорно-диагностической лапароскопии в брюшной полости и в малом тазу особенностей не выявлено. Следующим этапом было произведено вскрытие брюшины малого таза над мочевым пузырем. По задней стенке мочевого пузыря, в толще забрюшинной клетчатки, найдено опухолевидное образование больших размеров, в диаметре до 10 см, с компрессией стенок мочевого пузыря, предстательной железы, семенных пузырьков. Поэтапная мобилизация верхнего полюса образования была произведена со значительными техническими трудностями. При попытке дальнейшего выделения кисты из ложа ее капсула порвалась и наблюдалось выделение желеобразного содержимого с элементами волос плотной консистенции. Капсула вылущена из ложа. Ложе промыто раствором NaCl 0,9 %, до чистых вод. В ложе установлено трубчатый ПВХ дренаж. Контроль гемостаза — кровотечения нет. Последовательное удаление портов — кровотечения нет. Удалены троакары. Образование удалено в пластиковом резервуаре Endobag через расширенный разрез над пупком. Послойное ушивание ран. Асептические повязки на кожу.\n\nГистологическое исследование выявило дермоидную кисту забрюшинного пространства с разрывом стенки и воспалением. Фиброзированная стенка кисты, выстланная многослойным плоским эпителием, в просвете кисты роговые массы, фрагменты волос (рис. 2). Стенка кисты с диффузной лимфоцитарной инфильтрацией, преимущественно под многослойным плоским эпителием, с полнокровными сосудами и отеком (рис. 3).\n\n \n\nРЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ\n\nПослеоперационный период прошел без осложнений, пациент чувствовал себя хорошо. По данным УЗИ органов брюшной полости и органов малого таза в динамике все показатели в пределах нормы, свободной жидкости в брюшной полости не определяется, перистальтика определяется во всех отделах. Стенки мочевого пузыря не утолщены, признаков повреждения нет. Пациент на пятые сутки после операции в удовлетворительном состоянии выписан с рекомендациями на руках. Результат лечения благополучный. При ретроспективном сборе анамнеза через 6 месяцев после операции пациент не предъявляет никаких жалоб, по данным МРТ исследования — данных за рецидив нет.\n\nЗабрюшинные дермоидные кисты у взрослых наблюдается очень редко. В основном они встречаются в детском и юношеском возрасте, преимущественно в крестцово-копчиковой области [6, 7]. Дермоидная киста происходит из тканей одного зародышевого листка, а именно, эктодермы, в то время как тератома развивается из двух и более зародышевых листков (эктодермы, мезодермы или энтодермы) [5, 8].\n\nСами тератомы по своей структуре бывают зрелыми и незрелыми. Незрелые тератомы, как правило, являются низкодифференцированными злокачественными опухолями (тератобластомы). Зрелые тератомы, в свою очередь, делятся на кистозные и солидные (табл. 1). Они отличаются друг от друга в основном макроскопически. Солидные тератомы (без кист) плотные по своей консистенции. К кистозным тератомам относится дермоидная киста, которая характеризуется мягкой консистенцией. Она представлена однокамерным (редко может быть и многокамерным) образованием с мутным содержимым, которое содержит в себе зрелые волосы. Иногда дермоидные кисты могут содержать рудиментарные органы (зубы, хрящи, ногти, железы). Риск малигнизации этих новообразований колеблется от 6,8 до 36,3 % и увеличивается с возрастом у лиц мужского пола, наличием незрелых тканей и солидных компонентов [4, 9]. Тератомы, которые развиваются из эмбриональных клеток, как правило, герминогенные и обнаруживаются во внегонадных местах в отличие от тех тератом, которые образуются из половых клеток и обнаруживаются в яичниках и семенниках [8, 10].\n\nТак как у данного пациента было первичное обнаружение забрюшинного образования в области семенных пузырьков, дифференциальная диагностика была проведена с похожими образованиями, которые могли развиваться в этой области.\n\nТератомы забрюшинного пространства в зачастую протекают без какой-либо симптоматики и являются диагностической находкой. Но в зависимости от их размера и расположения, они могут оказывать механическое воздействие на окружающие органы брюшной полости и малого таза. При этом данные образования нарушают функции органов, которые они смещают, что проявляется возникновением соответствующих симптомов. При больших размерах тератом обычно отмечаются симптомы нарушения мочеиспускания (изменения частоты), боли в животе или в поясничной области, запоры, вздутие живота, отеки нижней конечности [4, 8]. В случае разрыва кисты могут присоединиться признаки острого живота с развитием перитонеальной симптоматики [4].\n\nВ случае, описанном Эндрю Тиу и соавторами, была обнаружена зрелая кистозная тератома забрюшинного пространства, которая не проявлялась клиническими симптомами, несмотря на значительные размеры образования (8,6×8,3 см). Этот случай подчеркивает важность своевременной диагностики таких образований, поскольку они могут оставаться бессимптомными на протяжении длительного времени, что затрудняет их обнаружение. Была произведена операция по иссечению образования, что обеспечило хороший результат без послеоперационных осложнений. Гистологическое исследование подтвердило, что образование представляет собой дермоидную кисту с признаками хронического воспаления и дистрофической кальцификацией [4]. Аналогичный случай, был описан в статье M. F. Mahjoubi и соавторов. Мужчина поступает с левосторонней болью в животе, что может указывать на различные патологии, однако наличие гетерогенного забрюшинного образования стало ключевым моментом для диагностики. Операция, включая срединную лапаротомию и резекцию образования, показала необходимость хирургического вмешательства для устранения потенциальной угрозы [5]. В статье K. Chalhoub и соавторов наблюдается зрелая кистозная тератома, которая проявилась симптомами со стороны мочеполовой системы. При помощи МРТ-исследования, выявлено наличие значительного кистозного компонента, что указывает на характер тератомы. Нижнесрединная лапаротомия с радикальной резекцией опухоли позволила успешно устранить образование. МРТ через год продемонстрировала отсутствие рецидивов, что свидетельствует о успешности проведенного лечения [8]. Следующий клинический случай, указывает на важность дифференциальной диагностики опухолей у молодых женщин, особенно при наличии болевого синдрома в нижней части живота и промежности. Образование, локализовавшееся в левой седалищно-ректальной ямке, требовало хирургического вмешательства с лапаротомным доступом к паравезикальной области. Успешное послеоперационное течение и отсутствие рецидивов на протяжении двух лет наблюдения подчеркивает необходимость тщательного патологоанатомического исследования для уточнения морфологической природы опухоли и дальнейшего наблюдения за пациентами после операции [11].\n\nS. A. Mohammed и соавторы описали случай обнаружения большой забрюшинной тератомы у 32-летнего мужчины, требующей хирургического вмешательства. Примененная торакоабдоминальная лапаротомия по Куино позволила хирургу успешно удалить образование, несмотря на осложнения, связанные с его прикреплением к важным анатомическим структурам, таким как почка и полая вена. Постоперационное восстановление без осложнений также указывает на успешное хирургическое вмешательство и эффективное управление состоянием пациента [12]. Следующий, не менее интересный случай, описанный в 2021 году автором X. Ma, показывает клинический пример забрюшинной дермоидной кисты, изначально диагностированной как липосаркома на основе визуализационных данных. Контрастное поглощение фтордезоксиглюкозы (18 F-ФДГ) указало на более активный метаболизм опухоли, что также может быть характерно для злокачественных процессов. Учитывая цепочку спаек с важными анатомическими структурами, такими как надпочечник и почки, данный случай мог напоминать злокачественное новообразование и вызывать серьезные клинические опасения. Однако после хирургического удаления образование оказалось дермоидной кистой. Это подчеркивает необходимость тщательной интерпретации визуализационных данных, поскольку злокачественные и доброкачественные опухоли могут иметь схожие характеристики на первичном этапе диагностики [13].\n\nЗавершая анализ, можно выделить несколько важных моментов: необходимость многопрофильного подхода в диагностике абдоминальных образований, включая визуализационные методы и морфологические исследования, а также осознание возможности ошибочной интерпретации диагностических данных.\n\nРентгенографические исследования играют важную роль в диагностике тератом. Обычные рентгенограммы в 92 % случаев выявляют кальцинированные элементы, тогда как ультразвуковое исследование (УЗИ) существенно позволяет дифференцировать кистозные и солидные элементы [14, 15]. Особенностью рентгенологического проявления зрелой тератомы забрюшинного пространства являются сложные образования, содержащие хорошо отграниченный жидкий компонент, жировую ткань и/или кожное сало в виде жирово-жидкостного слоя. В ряде случаев могут наблюдаться кальциноз в застывшей или линейной форме. Эти результаты лучше демонстрируются с помощью КТ [16]. Компьютерная томография (КТ) и магнитно-резонансная томография (МРТ) играют существенно важную роль в характеристике и оценке распространенности заболевания и вовлечения соседних и отдаленных структур. КТ позволяет различить жировые и кальцинированные костные массы, в то время как МРТ очень хорошо визуализирует мягкие ткани. Это очень сильно помогает при дифференцировке доброкачественных и злокачественных образований и оценки стадии агрессивных поражений [15, 17]. Однако, как правило, окончательный диагноз тератом выставляется на основании патоморфологических исследований.\n\nВсе неорганные забрюшинные новообразования лечатся хирургическим методом. Доступ при оперативном вмешательстве в основном зависит от размера самого новообразования и особенностей его анатомического расположения. Лапаратомный доступ показан при опухолях более 10 см. Данный подход может быть использован в исключительных случаях, при отсутствии лапароскопических технологий. Малоинвазивные вмешательства существенно облегчают выполнение операции при удалении образований менее 10 см, которые расположены в трудных для манипуляций областях и малых анатомических пространствах, в случае прилежания опухоли к магистральным сосудам. К таким методам относятся лапароскопические и робот-ассистированные хирургические технологии [18]. Впервые лапароскопическое удаление неорганной забрюшинной опухоли (ретроперитонеальная дермоидная киста малого таза) было описано L. Scharpe и соавт. в 1995 г. [19]. К известным преимуществам операций с использованием роботических технологий относятся малая инвазивность вмешательства, трехмерная визуализация операционного поля, высокая точность движений инструментов и, как следствие, минимальная интраоперационная кровопотеря, короткий срок госпитализации, быстрое восстановление и быстрая реабилитация в послеоперационном периоде [20].\n\n \n\nЗАКЛЮЧЕНИЕ\n\nДермоидная киста забрюшинного пространства крайне редко встречается у мужчин старше 50 лет. При обнаружении такого образования в первую очередь необходимо исключить тератому гонад с возможным его забрюшинным метастазированием. Важную роль для благополучного прогноза играет оценка возраста пациента и местоположение новообразования. Современные роботические технологии облегчают лечение за счет своих возможностей и преимуществ в области хирургии. Робот-ассистированные вмешательства при данных заболеваниях осуществимы, безопасны и могут стать золотым стандартом оперативного лечения будущего."],"dc.height":["485"],"dc.height.ru":["485"],"dc.originalFileName":["2-.jpg"],"dc.originalFileName.ru":["2-.jpg"],"dc.subject.ru":["дермоидная киста","зрелая тератома","забрюшинное пространство","пожилой возраст","герминогенная опухоль","внегонадная локализация","роботизированные хирургические операции"],"dc.title.ru":["Дермоидная киста у пожилого мужчины и ее успешное хирургическое лечение с применением роботических технологий: клинический случай"],"dc.width":["500"],"dc.width.ru":["500"],"dc.issue.volume":["15"],"dc.issue.number":["1"],"dc.pages":["72-78"],"dc.rights":["CC BY 4.0"],"dc.section":["CLINICAL CASE","КЛИНИЧЕСКИЙ СЛУЧАЙ"],"dc.section.en":["CLINICAL CASE"],"dc.section.ru":["КЛИНИЧЕСКИЙ СЛУЧАЙ"],"dc.source":["Creative surgery and oncology","Креативная хирургия и онкология"],"dc.source.en":["Creative surgery and oncology"],"dc.source.ru":["Креативная хирургия и онкология"],"author":["М. Ф. Урманцев","M. F. Urmantsev","А. И. Исмоилов","A. I. Ismoilov","М. Р. Бакеев","M. R. Bakeev"],"author_keyword":["М. Ф. Урманцев","M. F. Urmantsev","А. И. Исмоилов","A. I. Ismoilov","М. Р. Бакеев","M. R. Bakeev"],"author_ac":["м. ф. урманцев\n|||\nМ. Ф. Урманцев","m. f. urmantsev\n|||\nM. F. Urmantsev","а. и. исмоилов\n|||\nА. И. Исмоилов","a. i. ismoilov\n|||\nA. I. Ismoilov","м. р. бакеев\n|||\nМ. Р. Бакеев","m. r. bakeev\n|||\nM. R. Bakeev"],"author_filter":["м. ф. урманцев\n|||\nМ. Ф. Урманцев","m. f. urmantsev\n|||\nM. F. Urmantsev","а. и. исмоилов\n|||\nА. И. Исмоилов","a. i. ismoilov\n|||\nA. I. Ismoilov","м. р. бакеев\n|||\nМ. Р. Бакеев","m. r. bakeev\n|||\nM. R. Bakeev"],"dc.author.name":["М. Ф. Урманцев","M. F. Urmantsev","А. И. Исмоилов","A. I. Ismoilov","М. Р. Бакеев","M. R. Bakeev"],"dc.author.name.ru":["М. Ф. Урманцев","А. И. Исмоилов","М. Р. Бакеев"],"dc.author.affiliation":["Башкирский государственный медицинский университет","Bashkir State Medical University","Городская клиническая больница № 13","City Clinical Hospital No.13","Башкирский государственный медицинский университет","Bashkir State Medical University"],"dc.author.affiliation.ru":["Башкирский государственный медицинский университет","Городская клиническая больница № 13","Башкирский государственный медицинский университет"],"dc.author.full":["М. Ф. Урманцев | Башкирский государственный медицинский университет","M. F. Urmantsev | Bashkir State Medical University","А. И. Исмоилов | Городская клиническая больница № 13","A. I. Ismoilov | City Clinical Hospital No.13","М. Р. Бакеев | Башкирский государственный медицинский университет","M. R. Bakeev | Bashkir State Medical University"],"dc.author.full.ru":["М. Ф. Урманцев | Башкирский государственный медицинский университет","А. И. Исмоилов | Городская клиническая больница № 13","М. Р. Бакеев | Башкирский государственный медицинский университет"],"dc.author.name.en":["M. F. Urmantsev","A. I. Ismoilov","M. R. Bakeev"],"dc.author.affiliation.en":["Bashkir State Medical University","City Clinical Hospital No.13","Bashkir State Medical University"],"dc.author.full.en":["M. F. Urmantsev | Bashkir State Medical University","A. I. Ismoilov | City Clinical Hospital No.13","M. R. Bakeev | Bashkir State Medical University"],"dc.authors":["{\"authors\": [{\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-4657-6625\", \"affiliation\": \"\\u0411\\u0430\\u0448\\u043a\\u0438\\u0440\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u043c\\u0435\\u0434\\u0438\\u0446\\u0438\\u043d\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0443\\u043d\\u0438\\u0432\\u0435\\u0440\\u0441\\u0438\\u0442\\u0435\\u0442\", \"full_name\": \"\\u041c. \\u0424. \\u0423\\u0440\\u043c\\u0430\\u043d\\u0446\\u0435\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-4657-6625\", \"affiliation\": \"Bashkir State Medical University\", \"full_name\": \"M. F. Urmantsev\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"\", \"affiliation\": \"\\u0413\\u043e\\u0440\\u043e\\u0434\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u043a\\u043b\\u0438\\u043d\\u0438\\u0447\\u0435\\u0441\\u043a\\u0430\\u044f \\u0431\\u043e\\u043b\\u044c\\u043d\\u0438\\u0446\\u0430 \\u2116 13\", \"full_name\": \"\\u0410. \\u0418. \\u0418\\u0441\\u043c\\u043e\\u0438\\u043b\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"\", \"affiliation\": \"City Clinical Hospital No.13\", \"full_name\": \"A. I. Ismoilov\"}}, {\"ru\": {\"orcid\": \"0000-0002-4160-2820\", \"affiliation\": \"\\u0411\\u0430\\u0448\\u043a\\u0438\\u0440\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0433\\u043e\\u0441\\u0443\\u0434\\u0430\\u0440\\u0441\\u0442\\u0432\\u0435\\u043d\\u043d\\u044b\\u0439 \\u043c\\u0435\\u0434\\u0438\\u0446\\u0438\\u043d\\u0441\\u043a\\u0438\\u0439 \\u0443\\u043d\\u0438\\u0432\\u0435\\u0440\\u0441\\u0438\\u0442\\u0435\\u0442\", \"full_name\": \"\\u041c. \\u0420. \\u0411\\u0430\\u043a\\u0435\\u0435\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-4160-2820\", \"affiliation\": \"Bashkir State Medical University\", \"full_name\": \"M. R. Bakeev\"}}]}"],"dateIssued":["2025-04-01"],"dateIssued_keyword":["2025-04-01","2025"],"dateIssued_ac":["2025-04-01\n|||\n2025-04-01","2025"],"dateIssued.year":[2025],"dateIssued.year_sort":"2025","dc.date.published":["2025-04-01"],"dc.origin":["https://surgonco.elpub.ru/jour/article/view/1055"],"dc.citation":["Купрашвили М.И., Глазкова О.Л., Игнатченко О.Ю., Шевякова Т.В., Романовская О.А., Сумятина Л.В. и др. Наблюдение зрелой тератомы с необычными клиническим течением и эхографическими характеристиками у молодой женщины. Проблемы репродукции. 2017;23(6):24–7. DOI: 10.17116/repro201723624-27","Chibani H., El Ouardani S., Rezzoug F., Arghal M., Jabi R., Nassira K., et al. A rare case of retroperitoneal immature teratoma in a young adult male: a case report from eastern Morocco. Cureus. 2024;16(8):e66290. DOI: 10.7759/cureus.66290","Varlas V.N., Cloțea E.M., Varlas R.G., Pop A., Peneș O., Crețoiu D., et al. Immature sacrococcygeal teratoma: a case report and extensive review of the literature. Diagnostics (Basel). 2024;14(3):246. DOI: 10.3390/diagnostics14030246","Tiu A., Sovani V., Khan N., Hooda S. Primary retroperitoneal mature cystic teratoma (dermoid cyst) in a 51-year-old male: case report and historical literature review. SAGE Open Med Case Rep. 2017;5:2050313X17700745. DOI: 10.1177/2050313X17700745","Mahjoubi M.F., Hamdi Kbir G., Maatouk M., Messaoudi S., Rezgui B., Ben Moussa M. Extra-gonadal mature teratoma: A case report of retroperitoneal location with a literature review. Clin Case Rep. 2022;10(7):e6093. DOI: 10.1002/ccr3.6093","Poljo A., Klasen J.M., von Strauss Und Torney M., Posabella A., Taha-Mehlitz S., Hummer B., et al. A rare case of retroperitoneal teratoma with evidence of papillary thyroid carcinoma: a case report. BMC Endocr Disord. 2024;24(1):85. DOI: 10.1186/s12902-024-01606-4","Xiao J., Cai L., Pu J., Liu W., Jia C., He X. Clinical characteristics and prognosis of cystic degeneration in retroperitoneal schwannoma: A retrospective study of 79 patients. Cancer Med. 2023;12(5):5615–29. DOI: 10.1002/cam4.5411","Chalhoub K., Abou Zahr R., Mansour E., Aoun M., Jabbour M. Primary mature cystic teratoma compressing the prostate in a 28-year-old male: a case report and literature review. Case Rep Urol. 2019:8970172. DOI: 10.1155/2019/8970172","Sellke N., Tay K., Zhou E., Harper H., Ahmed A., Hagos T., et al. Case — giant primary retroperitoneal teratoma with neuroendocrine components. Can Urol Assoc J. 2023;17(11):E405–7. DOI: 10.5489/cuaj.8401","Trivedi J., Sutherland T., Page M. Incidental findings in and around the prostate on prostate MRI: a pictorial review. Insights Imaging. 2021;12(1):37. DOI: 10.1186/s13244-021-00979-7","Kelly-Hedrick M., Frerich J.M., Peairs E.M., Cardona D.M., Arcot R., Smith B., et al. Retroperitoneal dermoid cyst presenting with radiculopathy symptoms: a case report. J Surg Case Rep. 2022;2022(12):rjac588. DOI: 10.1093/jscr/rjac588","Mohammed S.A., Kazali B.A., Ibrahim B.M., Mohammed H.Y., Gebrechristos S., Mersha M.K. Primary retroperitoneal mature teratoma in a young female: case report. Int J Surg Case Rep. 2024;115:109321. DOI: 10.1016/j.ijscr.2024.109321","Ma X., Xiao J., Wang W. Retroperitoneal dermoid cyst mimicking a liposarcoma based on imaging assessment: case report and literature review. Gland Surg. 2021;10(6):2062–8. DOI: 10.21037/gs-21-65","Liu R., Chen J., Shao C., Cheng N. Primary immature teratoma in the liver with growing teratoma syndrome and gliomatosis peritonei: a rare case report. Diagn Pathol. 2022;17(1):86. DOI: 10.1186/s13000-022-01267-8","Tojal A., Santos N., Vicente J., Carrilho N., Casimiro C. Retroperitoneal mature cystic teratoma involving the left adrenal gland in a 75-year-old male: a case report and literature review. J Surg Case Rep. 2020;2020(11):rjaa451. DOI: 10.1093/jscr/rjaa451","Zhang Y., Liu H., Hou W., Cheng H., Wang F., Zhang L., et al. Retroperitoneal dermoid cyst complicated with uterine adenomyoma: a case report and literature review. J Int Med Res. 2024;52(6):3000605241255810. DOI: 10.1177/03000605241255810","Mudhher R., Agha Z.Z.A., Melder G., Shokouh-Amiri H., Covington J.D., LaBarre N.T., et al. Literature review and robotic management of a rare case of primary retroperitoneal mucinous cystadenoma. Radiol Case Rep. 2024;19(12):5798–803. DOI: 10.1016/j.radcr.2024.08.057","Gutt C.N., Oniu T., Mehrabi A., Kashfi A., Schemmer P., Büchler M.W. Robot-assisted abdominal surgery. Br J Surg. 2004;91(11):1390–7. DOI: 10.1002/bjs.4700","Кригер А.Г., Берелавичус С.В., Сон А.И., Горин Д.С., Ахтанин Е.А., Калдаров А.Р., и др. Хирургическое лечение неорганных забрюшинных опухолей. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2017;1:15–26. DOI: 10.17116/hirurgia2017115-26","Пушкарь Д.Ю., Колонтарев К.Б. Робот-ассистированная радикальная простатэктомия. Функциональный результат. Часть I. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2019;3:111–20. DOI: 10.17116/hirurgia2019031111","Купрашвили М.И., Глазкова О.Л., Игнатченко О.Ю., Шевякова Т.В., Романовская О.А., Сумятина Л.В. и др. Наблюдение зрелой тератомы с необычными клиническим течением и эхографическими характеристиками у молодой женщины. Проблемы репродукции. 2017;23(6):24–7. DOI: 10.17116/repro201723624-27","Chibani H., El Ouardani S., Rezzoug F., Arghal M., Jabi R., Nassira K., et al. A rare case of retroperitoneal immature teratoma in a young adult male: a case report from eastern Morocco. Cureus. 2024;16(8):e66290. DOI: 10.7759/cureus.66290","Varlas V.N., Cloțea E.M., Varlas R.G., Pop A., Peneș O., Crețoiu D., et al. Immature sacrococcygeal teratoma: a case report and extensive review of the literature. Diagnostics (Basel). 2024;14(3):246. DOI: 10.3390/diagnostics14030246","Tiu A., Sovani V., Khan N., Hooda S. Primary retroperitoneal mature cystic teratoma (dermoid cyst) in a 51-year-old male: case report and historical literature review. SAGE Open Med Case Rep. 2017;5:2050313X17700745. DOI: 10.1177/2050313X17700745","Mahjoubi M.F., Hamdi Kbir G., Maatouk M., Messaoudi S., Rezgui B., Ben Moussa M. Extra-gonadal mature teratoma: A case report of retroperitoneal location with a literature review. Clin Case Rep. 2022;10(7):e6093. DOI: 10.1002/ccr3.6093","Poljo A., Klasen J.M., von Strauss Und Torney M., Posabella A., Taha-Mehlitz S., Hummer B., et al. A rare case of retroperitoneal teratoma with evidence of papillary thyroid carcinoma: a case report. BMC Endocr Disord. 2024;24(1):85. DOI: 10.1186/s12902-024-01606-4","Xiao J., Cai L., Pu J., Liu W., Jia C., He X. Clinical characteristics and prognosis of cystic degeneration in retroperitoneal schwannoma: A retrospective study of 79 patients. Cancer Med. 2023;12(5):5615–29. DOI: 10.1002/cam4.5411","Chalhoub K., Abou Zahr R., Mansour E., Aoun M., Jabbour M. Primary mature cystic teratoma compressing the prostate in a 28-year-old male: a case report and literature review. Case Rep Urol. 2019:8970172. DOI: 10.1155/2019/8970172","Sellke N., Tay K., Zhou E., Harper H., Ahmed A., Hagos T., et al. Case — giant primary retroperitoneal teratoma with neuroendocrine components. Can Urol Assoc J. 2023;17(11):E405–7. DOI: 10.5489/cuaj.8401","Trivedi J., Sutherland T., Page M. Incidental findings in and around the prostate on prostate MRI: a pictorial review. Insights Imaging. 2021;12(1):37. DOI: 10.1186/s13244-021-00979-7","Kelly-Hedrick M., Frerich J.M., Peairs E.M., Cardona D.M., Arcot R., Smith B., et al. Retroperitoneal dermoid cyst presenting with radiculopathy symptoms: a case report. J Surg Case Rep. 2022;2022(12):rjac588. DOI: 10.1093/jscr/rjac588","Mohammed S.A., Kazali B.A., Ibrahim B.M., Mohammed H.Y., Gebrechristos S., Mersha M.K. Primary retroperitoneal mature teratoma in a young female: case report. Int J Surg Case Rep. 2024;115:109321. DOI: 10.1016/j.ijscr.2024.109321","Ma X., Xiao J., Wang W. Retroperitoneal dermoid cyst mimicking a liposarcoma based on imaging assessment: case report and literature review. Gland Surg. 2021;10(6):2062–8. DOI: 10.21037/gs-21-65","Liu R., Chen J., Shao C., Cheng N. Primary immature teratoma in the liver with growing teratoma syndrome and gliomatosis peritonei: a rare case report. Diagn Pathol. 2022;17(1):86. DOI: 10.1186/s13000-022-01267-8","Tojal A., Santos N., Vicente J., Carrilho N., Casimiro C. Retroperitoneal mature cystic teratoma involving the left adrenal gland in a 75-year-old male: a case report and literature review. J Surg Case Rep. 2020;2020(11):rjaa451. DOI: 10.1093/jscr/rjaa451","Zhang Y., Liu H., Hou W., Cheng H., Wang F., Zhang L., et al. Retroperitoneal dermoid cyst complicated with uterine adenomyoma: a case report and literature review. J Int Med Res. 2024;52(6):3000605241255810. DOI: 10.1177/03000605241255810","Mudhher R., Agha Z.Z.A., Melder G., Shokouh-Amiri H., Covington J.D., LaBarre N.T., et al. Literature review and robotic management of a rare case of primary retroperitoneal mucinous cystadenoma. Radiol Case Rep. 2024;19(12):5798–803. DOI: 10.1016/j.radcr.2024.08.057","Gutt C.N., Oniu T., Mehrabi A., Kashfi A., Schemmer P., Büchler M.W. Robot-assisted abdominal surgery. Br J Surg. 2004;91(11):1390–7. DOI: 10.1002/bjs.4700","Кригер А.Г., Берелавичус С.В., Сон А.И., Горин Д.С., Ахтанин Е.А., Калдаров А.Р., и др. Хирургическое лечение неорганных забрюшинных опухолей. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2017;1:15–26. DOI: 10.17116/hirurgia2017115-26","Пушкарь Д.Ю., Колонтарев К.Б. Робот-ассистированная радикальная простатэктомия. Функциональный результат. Часть I. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2019;3:111–20. DOI: 10.17116/hirurgia2019031111"],"dc.citation.ru":["Купрашвили М.И., Глазкова О.Л., Игнатченко О.Ю., Шевякова Т.В., Романовская О.А., Сумятина Л.В. и др. Наблюдение зрелой тератомы с необычными клиническим течением и эхографическими характеристиками у молодой женщины. Проблемы репродукции. 2017;23(6):24–7. DOI: 10.17116/repro201723624-27","Chibani H., El Ouardani S., Rezzoug F., Arghal M., Jabi R., Nassira K., et al. A rare case of retroperitoneal immature teratoma in a young adult male: a case report from eastern Morocco. Cureus. 2024;16(8):e66290. DOI: 10.7759/cureus.66290","Varlas V.N., Cloțea E.M., Varlas R.G., Pop A., Peneș O., Crețoiu D., et al. Immature sacrococcygeal teratoma: a case report and extensive review of the literature. Diagnostics (Basel). 2024;14(3):246. DOI: 10.3390/diagnostics14030246","Tiu A., Sovani V., Khan N., Hooda S. Primary retroperitoneal mature cystic teratoma (dermoid cyst) in a 51-year-old male: case report and historical literature review. SAGE Open Med Case Rep. 2017;5:2050313X17700745. DOI: 10.1177/2050313X17700745","Mahjoubi M.F., Hamdi Kbir G., Maatouk M., Messaoudi S., Rezgui B., Ben Moussa M. Extra-gonadal mature teratoma: A case report of retroperitoneal location with a literature review. Clin Case Rep. 2022;10(7):e6093. DOI: 10.1002/ccr3.6093","Poljo A., Klasen J.M., von Strauss Und Torney M., Posabella A., Taha-Mehlitz S., Hummer B., et al. A rare case of retroperitoneal teratoma with evidence of papillary thyroid carcinoma: a case report. BMC Endocr Disord. 2024;24(1):85. DOI: 10.1186/s12902-024-01606-4","Xiao J., Cai L., Pu J., Liu W., Jia C., He X. Clinical characteristics and prognosis of cystic degeneration in retroperitoneal schwannoma: A retrospective study of 79 patients. Cancer Med. 2023;12(5):5615–29. DOI: 10.1002/cam4.5411","Chalhoub K., Abou Zahr R., Mansour E., Aoun M., Jabbour M. Primary mature cystic teratoma compressing the prostate in a 28-year-old male: a case report and literature review. Case Rep Urol. 2019:8970172. DOI: 10.1155/2019/8970172","Sellke N., Tay K., Zhou E., Harper H., Ahmed A., Hagos T., et al. Case — giant primary retroperitoneal teratoma with neuroendocrine components. Can Urol Assoc J. 2023;17(11):E405–7. DOI: 10.5489/cuaj.8401","Trivedi J., Sutherland T., Page M. Incidental findings in and around the prostate on prostate MRI: a pictorial review. Insights Imaging. 2021;12(1):37. DOI: 10.1186/s13244-021-00979-7","Kelly-Hedrick M., Frerich J.M., Peairs E.M., Cardona D.M., Arcot R., Smith B., et al. Retroperitoneal dermoid cyst presenting with radiculopathy symptoms: a case report. J Surg Case Rep. 2022;2022(12):rjac588. DOI: 10.1093/jscr/rjac588","Mohammed S.A., Kazali B.A., Ibrahim B.M., Mohammed H.Y., Gebrechristos S., Mersha M.K. Primary retroperitoneal mature teratoma in a young female: case report. Int J Surg Case Rep. 2024;115:109321. DOI: 10.1016/j.ijscr.2024.109321","Ma X., Xiao J., Wang W. Retroperitoneal dermoid cyst mimicking a liposarcoma based on imaging assessment: case report and literature review. Gland Surg. 2021;10(6):2062–8. DOI: 10.21037/gs-21-65","Liu R., Chen J., Shao C., Cheng N. Primary immature teratoma in the liver with growing teratoma syndrome and gliomatosis peritonei: a rare case report. Diagn Pathol. 2022;17(1):86. DOI: 10.1186/s13000-022-01267-8","Tojal A., Santos N., Vicente J., Carrilho N., Casimiro C. Retroperitoneal mature cystic teratoma involving the left adrenal gland in a 75-year-old male: a case report and literature review. J Surg Case Rep. 2020;2020(11):rjaa451. DOI: 10.1093/jscr/rjaa451","Zhang Y., Liu H., Hou W., Cheng H., Wang F., Zhang L., et al. Retroperitoneal dermoid cyst complicated with uterine adenomyoma: a case report and literature review. J Int Med Res. 2024;52(6):3000605241255810. DOI: 10.1177/03000605241255810","Mudhher R., Agha Z.Z.A., Melder G., Shokouh-Amiri H., Covington J.D., LaBarre N.T., et al. Literature review and robotic management of a rare case of primary retroperitoneal mucinous cystadenoma. Radiol Case Rep. 2024;19(12):5798–803. DOI: 10.1016/j.radcr.2024.08.057","Gutt C.N., Oniu T., Mehrabi A., Kashfi A., Schemmer P., Büchler M.W. Robot-assisted abdominal surgery. Br J Surg. 2004;91(11):1390–7. DOI: 10.1002/bjs.4700","Кригер А.Г., Берелавичус С.В., Сон А.И., Горин Д.С., Ахтанин Е.А., Калдаров А.Р., и др. Хирургическое лечение неорганных забрюшинных опухолей. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2017;1:15–26. DOI: 10.17116/hirurgia2017115-26","Пушкарь Д.Ю., Колонтарев К.Б. Робот-ассистированная радикальная простатэктомия. Функциональный результат. Часть I. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2019;3:111–20. DOI: 10.17116/hirurgia2019031111"],"dc.citation.en":["Купрашвили М.И., Глазкова О.Л., Игнатченко О.Ю., Шевякова Т.В., Романовская О.А., Сумятина Л.В. и др. Наблюдение зрелой тератомы с необычными клиническим течением и эхографическими характеристиками у молодой женщины. Проблемы репродукции. 2017;23(6):24–7. DOI: 10.17116/repro201723624-27","Chibani H., El Ouardani S., Rezzoug F., Arghal M., Jabi R., Nassira K., et al. A rare case of retroperitoneal immature teratoma in a young adult male: a case report from eastern Morocco. Cureus. 2024;16(8):e66290. DOI: 10.7759/cureus.66290","Varlas V.N., Cloțea E.M., Varlas R.G., Pop A., Peneș O., Crețoiu D., et al. Immature sacrococcygeal teratoma: a case report and extensive review of the literature. Diagnostics (Basel). 2024;14(3):246. DOI: 10.3390/diagnostics14030246","Tiu A., Sovani V., Khan N., Hooda S. Primary retroperitoneal mature cystic teratoma (dermoid cyst) in a 51-year-old male: case report and historical literature review. SAGE Open Med Case Rep. 2017;5:2050313X17700745. DOI: 10.1177/2050313X17700745","Mahjoubi M.F., Hamdi Kbir G., Maatouk M., Messaoudi S., Rezgui B., Ben Moussa M. Extra-gonadal mature teratoma: A case report of retroperitoneal location with a literature review. Clin Case Rep. 2022;10(7):e6093. DOI: 10.1002/ccr3.6093","Poljo A., Klasen J.M., von Strauss Und Torney M., Posabella A., Taha-Mehlitz S., Hummer B., et al. A rare case of retroperitoneal teratoma with evidence of papillary thyroid carcinoma: a case report. BMC Endocr Disord. 2024;24(1):85. DOI: 10.1186/s12902-024-01606-4","Xiao J., Cai L., Pu J., Liu W., Jia C., He X. Clinical characteristics and prognosis of cystic degeneration in retroperitoneal schwannoma: A retrospective study of 79 patients. Cancer Med. 2023;12(5):5615–29. DOI: 10.1002/cam4.5411","Chalhoub K., Abou Zahr R., Mansour E., Aoun M., Jabbour M. Primary mature cystic teratoma compressing the prostate in a 28-year-old male: a case report and literature review. Case Rep Urol. 2019:8970172. DOI: 10.1155/2019/8970172","Sellke N., Tay K., Zhou E., Harper H., Ahmed A., Hagos T., et al. Case — giant primary retroperitoneal teratoma with neuroendocrine components. Can Urol Assoc J. 2023;17(11):E405–7. DOI: 10.5489/cuaj.8401","Trivedi J., Sutherland T., Page M. Incidental findings in and around the prostate on prostate MRI: a pictorial review. Insights Imaging. 2021;12(1):37. DOI: 10.1186/s13244-021-00979-7","Kelly-Hedrick M., Frerich J.M., Peairs E.M., Cardona D.M., Arcot R., Smith B., et al. Retroperitoneal dermoid cyst presenting with radiculopathy symptoms: a case report. J Surg Case Rep. 2022;2022(12):rjac588. DOI: 10.1093/jscr/rjac588","Mohammed S.A., Kazali B.A., Ibrahim B.M., Mohammed H.Y., Gebrechristos S., Mersha M.K. Primary retroperitoneal mature teratoma in a young female: case report. Int J Surg Case Rep. 2024;115:109321. DOI: 10.1016/j.ijscr.2024.109321","Ma X., Xiao J., Wang W. Retroperitoneal dermoid cyst mimicking a liposarcoma based on imaging assessment: case report and literature review. Gland Surg. 2021;10(6):2062–8. DOI: 10.21037/gs-21-65","Liu R., Chen J., Shao C., Cheng N. Primary immature teratoma in the liver with growing teratoma syndrome and gliomatosis peritonei: a rare case report. Diagn Pathol. 2022;17(1):86. DOI: 10.1186/s13000-022-01267-8","Tojal A., Santos N., Vicente J., Carrilho N., Casimiro C. Retroperitoneal mature cystic teratoma involving the left adrenal gland in a 75-year-old male: a case report and literature review. J Surg Case Rep. 2020;2020(11):rjaa451. DOI: 10.1093/jscr/rjaa451","Zhang Y., Liu H., Hou W., Cheng H., Wang F., Zhang L., et al. Retroperitoneal dermoid cyst complicated with uterine adenomyoma: a case report and literature review. J Int Med Res. 2024;52(6):3000605241255810. DOI: 10.1177/03000605241255810","Mudhher R., Agha Z.Z.A., Melder G., Shokouh-Amiri H., Covington J.D., LaBarre N.T., et al. Literature review and robotic management of a rare case of primary retroperitoneal mucinous cystadenoma. Radiol Case Rep. 2024;19(12):5798–803. DOI: 10.1016/j.radcr.2024.08.057","Gutt C.N., Oniu T., Mehrabi A., Kashfi A., Schemmer P., Büchler M.W. Robot-assisted abdominal surgery. Br J Surg. 2004;91(11):1390–7. DOI: 10.1002/bjs.4700","Кригер А.Г., Берелавичус С.В., Сон А.И., Горин Д.С., Ахтанин Е.А., Калдаров А.Р., и др. Хирургическое лечение неорганных забрюшинных опухолей. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2017;1:15–26. DOI: 10.17116/hirurgia2017115-26","Пушкарь Д.Ю., Колонтарев К.Б. Робот-ассистированная радикальная простатэктомия. Функциональный результат. Часть I. Хирургия. Журнал им. Н.И. Пирогова. 2019;3:111–20. DOI: 10.17116/hirurgia2019031111"],"dc.identifier.uri":["http://hdl.handle.net/123456789/8918"],"dc.date.accessioned_dt":"2025-07-09T13:58:56Z","dc.date.accessioned":["2025-07-09T13:58:56Z"],"dc.date.available":["2025-07-09T13:58:56Z"],"publication_grp":["123456789/8918"],"bi_4_dis_filter":["забрюшинное пространство\n|||\nзабрюшинное пространство","роботизированные хирургические операции\n|||\nроботизированные хирургические операции","mature teratoma\n|||\nmature teratoma","retroperitoneal space\n|||\nretroperitoneal space","old age\n|||\nold age","extragonadal localization\n|||\nextragonadal localization","внегонадная локализация\n|||\nвнегонадная локализация","дермоидная киста\n|||\nдермоидная киста","герминогенная опухоль\n|||\nгерминогенная опухоль","зрелая тератома\n|||\nзрелая тератома","germ cell tumor\n|||\ngerm cell tumor","dermoid cyst\n|||\ndermoid cyst","robotic surgical procedures\n|||\nrobotic surgical procedures","пожилой возраст\n|||\nпожилой возраст"],"bi_4_dis_partial":["robotic surgical procedures","зрелая тератома","пожилой возраст","germ cell tumor","extragonadal localization","забрюшинное пространство","mature teratoma","герминогенная опухоль","dermoid cyst","old age","retroperitoneal space","дермоидная киста","роботизированные хирургические операции","внегонадная локализация"],"bi_4_dis_value_filter":["robotic surgical procedures","зрелая тератома","пожилой возраст","germ cell tumor","extragonadal localization","забрюшинное пространство","mature teratoma","герминогенная опухоль","dermoid cyst","old age","retroperitoneal space","дермоидная киста","роботизированные хирургические операции","внегонадная локализация"],"bi_sort_1_sort":"dermoid cyst in an elderly man and its successful surgical treatment using robotic technologies: clinical case","bi_sort_3_sort":"2025-07-09T13:58:56Z","read":["g0"],"_version_":1837178066210652160}]},"facet_counts":{"facet_queries":{},"facet_fields":{},"facet_dates":{},"facet_ranges":{},"facet_intervals":{}},"highlighting":{"2-8043":{"dc.author.affiliation.en":["Omsk State Medical University ; City Clinical Hospital No. 1 named after A.N. Kabanov"],"dc.authors":["\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0009-0005-7362-8290\", \"affiliation\": \"Omsk State Medical University ; City Clinical"],"dc.author.full":["A. M. Suzdaltsev | Omsk State Medical University ; City Clinical Hospital No. 1 named after A"],"dc.author.affiliation":["Omsk State Medical University ; City Clinical Hospital No. 1 named after A.N. Kabanov"],"dc.author.full.en":["A. M. Suzdaltsev | Omsk State Medical University ; City Clinical Hospital No. 1 named after A"]},"2-8021":{"dc.author.affiliation.en":["Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced"],"dc.authors":["\": \"Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced Medical"],"dc.author.full":["D. O. Kornev | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State"],"dc.author.affiliation":["Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State Institute for Advanced"],"dc.abstract.en":[" were treated at the Oncology Center No. 1 of the S.S. Yudin City Clinical Hospital (Moscow) from June"],"dc.author.full.en":["D. O. Kornev | Oncology Center No. 1, S.S. Yudin City Clinical Hospital; Novokuznetsk State"],"dc.abstract":[" were treated at the Oncology Center No. 1 of the S.S. Yudin City Clinical Hospital (Moscow) from June"]},"2-8020":{"dc.author.affiliation.en":["Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr"],"dc.authors":["\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"0000-0002-1919-0997\", \"affiliation\": \"Bashkir State Medical University; City"],"dc.author.full":["T. M. Murasov | Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr"],"dc.author.affiliation":["Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr"],"dc.author.full.en":["T. M. Murasov | Bashkir State Medical University; City Clinical Hospital No. 21; Bashmedcentr"]},"2-8029":{"dc.author.affiliation.en":["City Clinical Hospital No.13"],"dc.authors":["\\u0441\\u043c\\u043e\\u0438\\u043b\\u043e\\u0432\"}, \"en\": {\"orcid\": \"\", \"affiliation\": \"City Clinical"],"dc.author.full":["A. I. Ismoilov | City Clinical Hospital No.13"],"dc.author.affiliation":["City Clinical Hospital No.13"],"dc.author.full.en":["A. I. Ismoilov | City Clinical Hospital No.13"]}}} -->